Спасение (ЛП)

— Почему ты не сказал ей об этом вчера? И где сейчас Рэй? — рявкнула она.
— Рэй попросил меня держать это в секрете, и он пытается все исправить. — Взгляд Медведя метнулся ко мне. — Клянусь, Джет, он пытается все исправить.
Я встала и крикнула:
— Как? С помощью азартных игр? Воровства? Он, черт возьми, точно не будет устраиваться официантом в «Бенниган», столько капусты ему там не настругать!
Медведь тоже встал.
— Он пытается поступить правильно!
Лавонн высоко подняла руку и снова отвесила ему щелбан.
— Не ори на Джет, — огрызнулась она.
Все посмотрели на Медведя, и лицо Медведя покраснело, а затем он взорвался.
— Почему все злятся на меня? Я не просаживал сорок пять штук в покер. Это не моя вина. — Затем он решил, что разумный способ закончить все это — отвлечь внимание от себя. — И вообще, Джет работает в баре с сиськами.
Черт.
Все затаили дыхание, когда широко раскрытые, злые глаза Лавонн обратились ко мне.
— Что?
— Лавонн… — начала я, но она меня перебила.
— Ты работаешь в баре с сиськами?
Ну, класс.
— Я не танцую, просто обслуживаю столики, — заверила я ее.
Лавонн не чувствовала себя убежденной.
— Бар с сиськами — это бар с сиськами. Ты не из тех девушек, которые работают в баре с сиськами. Я знаю, что твоя мама не так тебя воспитывала, — парировала она.
Я выпрямилась.
Во-первых, не было ничего зазорного в том, чтобы работать в баре с сиськами. Это хорошая, честная работа, и там работали хорошие, честные люди (ладно, может, Ричи, один из вышибал, был немного козлом). Во-вторых, на комоде у мамы стояла рамка с фотографией Лотти, растянувшейся на крыше «Корвета», с прижатыми к нему голыми сиськами, и задранной кверху задницей в стрингах. Мама полностью воспитала нас такими.
— Нет ничего плохого в том, чтобы работать в баре с сиськами, — возразила я.
Лавонн ловко обошла мою защиту в адрес бара с сиськами.
— Твоя мама знает об этом? — спросила Лавонн.
Я кивнула.
— Что она говорит?
Я замешкалась, вздохнула и снова села в кресло. Затем рассказала Левонн остальную часть истории.
Когда я закончила, она подошла к маленькому письменному столу в углу (на котором были вырезаны сердечки), достала листок бумаги и протянула его мне. Затем вернулась к столу, зажала сигарету между губами и заговорила, опасно покачивая сигаретой.
— Напиши на этом листе свой адрес и номер телефона. Дитя, я не могу поверить, что ты не сказала мне, что восемь месяцев назад у Нэнси был инсульт. Что должна думать Нэнси, если никого из ее друзей нет поблизости? — Она порылась в столе, схватила что-то и начала писать. — Еще маленькой ты всегда брала на себя слишком много. Никогда не делилась бременем. Столько спускала людям. Твой отец пользовался твоей добротой, Лотти наслаждалась собой, не заботясь ни о чем в этом гребаном мире, пока ты мыла кухонный пол. Ты — Золушка, мать ее, вот ты кто.
Она вырвала лист из чековой книжки и протянула мне, вынув сигарету изо рта и выпустив огромный шлейф дыма.
— За исключением того, что у Золушки не было выбора, у тебя есть.
Я взяла чек и посмотрела на него. Он был на пятьсот долларов.
— Лавонн! Я не могу этого принять!
Лавонн раздавила сигарету в пепельнице в форме сердечка и скрестила руки на плоской груди.
— Можешь и примешь, обналичишь чек и воспользуешься деньгами.
Я уставилась на чек, потом на нее.
— Я знаю, что у тебя нет таких денег.
— Верно, нет. Это моя Рождественская кубышка. Копила весь год, чтобы купить этому придурку телевизор с плоским экраном. После сегодняшнего пусть об этом забудет.
Медведь рухнул на диван и хлопнул ладонью по лбу.
Лавонн кивнула мне.
— Счастливого Рождества.
Я попыталась вернуть ей чек.
— Правда, я не могу.
— Твоя мама знает, что Рэй в городе и о том, что с тобой происходит? — спросила она.
Ой-ой.
Я медленно покачала головой.
— Она и дальше будет оставаться в неведении, если я узнаю, что чек обналичен.
Ого. Лавонн была хороша.
— Не знаю, что сказать, — заявила я ей.
Ее лицо чуть смягчилось, а уголки губ приподнялись.
 
— Скажи «спасибо» и береги себя. Если мы увидим или услышим что-нибудь от Рэя, мы тебе позвоним.
— Ты тоже? — прогремел Текс, и все подскочили. Удивительно, но я забыла, что он в комнате, Текс, нахмурив брови и прищурившись, смотрел на Медведя.
— Что, я тоже? — спросил Медведь.
— Увидишь ее отца или услышишь о нем, ты ей позвонишь, да?
Медведь махнул рукой, все еще переживая потерю телевизора с плоским экраном.
— Да, — подтвердил он.
Я записала свой адрес и номер телефона и отдала Лавонн, и она проводила нас до двери.
— Я заскочу к Нэнси, как только смогу, — пообещала мне Лавонн.
Я повернулась к ней и улыбнулась.
— Ей было бы приятно.
Мы с Лавонн обнялись, все попрощались, и мы сели в «Мустанг».
— Кажется, я хочу стать ею, когда вырасту, — сказала Элли. — Но без никчемного муженька.
Я улыбнулась Элли, и тут зазвонил мой сотовый. Я достала его из сумочки и посмотрела на экран.
Там было написано: «Неизвестный номер». Я все равно нажала «ответить», надеясь, что это папа.
Прежде чем я успела сказать хоть слово, в трубке раздалось:
— Где ты сейчас находишься?
Это был Эдди, или, я бы сказала, не очень довольный Эдди.
Я запаниковала и, чтобы выиграть время, промычала: «Гм». Но тянула так долго, как только могла.
Инди сидела рядом со мной на заднем сиденье, со стороны пассажира. Раздался стук в ее окно, и все подскочили.
Я повернула голову, как и все остальные. Через окно я увидела узкие бедра в джинсах. Сердце остановилось, думая, что это Эдди, затем к окну наклонился Ли, посмотрел на нас и поманил пальцем Инди.
Ли выглядел таким же довольным, каким Эдди звучал по телефону.
Черт.
Черт, черт, черт.
— Срань господня, — прошептала Инди.
Она права. Момент дерьмовый. Не говоря уже о том, что Ли, очевидно, увидел нас и позвонил Эдди. Нехорошо. По крайней мере, это казалось нехорошо для Инди.
Что ж, хорошей новостью (для меня) было то, что Эдди разговаривал по телефону, а не был с Ли.
Затем раздался стук в окно с моей стороны.
Все повернули головы в другую сторону, и через свое окно я увидела узкие бедра в джинсах и ремень со знакомой серебряной пряжкой.
— Выходи из машины, Джет, — сказал Эдди мне на ухо, а затем связь оборвалась.
Мое сердце остановилось. К сожалению, я боялась, что «срань господня» не описывала в полной мере настоящий момент.
  
Глава 9
 
Для меня, если бы ситуация могла стать еще хуже, она бы стала
— Что, парни, веселитесь? — спросил Текс, выходя из машины.
Элли тоже вышла и оставила водительское сиденье откинутым вперед. В салон протиснулась мужская рука и схватила мою, «помогая» выбраться из машины.
Не успела я поставить ногу на тротуар, как меня потащил вперед быстро шагающий, взбешенный Эдди Чавес.
Я пролетела мимо симпатичного чернокожего парня, худощавого, высокого, с курчавыми волосами, который смотрел на меня с ухмылкой от уха до уха. Времени поздороваться не было, так как Эдди продолжал тащить меня за собой.
Я оглянулась через плечо. Не знаю, почему, может, чтобы крикнуть «помогите», и увидела, что Ли тащит Инди в противоположном направлении.
Фантастика. Теперь я втянула Инди в неприятности.
Эдди остановился через пару домов, повернулся ко всем спиной и развернул меня так, чтобы отгородить от всех.
— Что ты здесь делаешь? — спросили мы в унисон.
Эдди сделал шаг ближе, его глаза сверкнули.
— Я первый, — сказал он, глядя на меня.
— Я навещала друзей, — ответила я, чем не совсем солгала.
Глаза Эдди сузились.
— Значит, это не имеет никакого отношения к тому факту, что твой отец провел здесь ночь?