Однажды я вернусь! (СИ)

С поиском ключа тоже вышла серьёзная заминка: Энья постоянно сидела в своих апартаментах, так что найти и выкрасть его было делом почти нереальным. Но разве сможет что-то остановить талана, если он поставил себе цель? Нет, конечно, и снова Велька справился: выждал, высидел, вытерпел, выкрал и принёс ключ Трею.
Освободив светлейшего, он хотел сразу же бежать ко мне, но пришлось задержаться, потому что император потребовал веских доказательств против императрицы. Свидетельство представителя таланов, не появлявшихся на Кейтаре в качестве фамильяров уже несколько столетий подряд, стало важным аргументом в пользу верховного мага. Велигоний охотно кивал в тех местах, где требовалось его подтверждение. Возможно, Трею и не удалось бы убедить императора, что с его женой что-то не так, но тот и сам уже начал подозревать неладное. Императрица от волнения случайно перепутала флаконы и налила обычного общеукрепляющего вместо зелья, которым давно опаивала мужа, и морок начал постепенно ослабевать и рассеиваться.
  
Вдвоём, хоть и с большим трудом, им удалось уговорить императора, снова отправится в Крайс, чтобы застать императрицу на месте преступления. Вельке вручили магический артефакт связи и отправили изнанкой ко мне, а сами за стеной вместе с отрядом элитных бойцов из гвардии императора слушали и поражались признаниям Эньи. В общем, звёзды благоволили всем нам в тот день, кроме самой императрицы, конечно. Но они и так слишком долго благосклонно взирали на её тёмные делишки.
Каждый раз рассказы моего фамильяра обрастали всё более детальными описаниями, подробностями и событиями, а фигура Велигония становилась в них всё значимее и незаменимее.
Поначалу я обо всём слушала с восторгом и умилением, но постепенно это стало раздражать, а потом и причинять мне боль. Мне было тяжело думать о Трее, потому что дни проходили за днями, а он не появлялся во дворце, как будто навсегда решил вычеркнуть меня из своей жизни.
Зря, наверное, я не отправилась домой, на Землю. Надеялась, что мне достаточно будет того, что я дышу с ним одним воздухом, хожу под одним небом, что в любую минуту смогу его увидеть. Как же я жестоко ошибалась!
Придворная жизнь с нескончаемой чередой балов и толпами воздыхателей безумно раздражала, потому что рядом не было Трея. С момента нашего расставания, я ничего не слышала об ан Алое, он как сквозь землю провалился, затерявшись на просторах Кейтара, а император даже ни разу не упомянул при мне его имени.
Мерцатель, как и обещал, предоставил мне право самой выбрать себе мужа. Поэтому, что ни день, во дворце проходили смотрины. Спасибо, хоть сам не стал набиваться в мужья. Не до того ему было после гибели Эньи: то ли о ней горевал, то ли о своей не слишком удавшейся семейной жизни, а может и совсем разочаровался в женщинах.
В любом случае, ему нужно было время, чтобы прийти в себя, и за это я не уставала благодарить судьбу. Посчитав меня перспективной невестой, он мог бы принудить к браку, но не сделал этого.
А вот женихами со всего Кейтара постарался обеспечить. Передо мной мелькали разные лица: красивые и не очень, добрые и злые, молодые и постарше, но все они были чужими, ненужными, пустыми для меня.
Каждый раз смотрины заканчивались одним и тем же: я отрицательно качала головой на невысказанный вопрос императора о выборе спутника жизни. Аррон Мерцатель злился, это заметно было по его вмиг темнеющим глазам, но никак этого не проявлял. Вот где сила воли и отличное умение владеть собой!
  
Глава 62
 
Отдам любовь в хорошие руки
 
Несмотря на кажущуюся свободу, я чувствовала себя запертой в клетке. И проклятая любовь сжигала меня дотла. Я всё чаще и чаще стала задумываться над тем, чтобы посетить Мириту и попросить её исполнить моё самое горячее желание — избавиться от любви к Трею ан Алою. И вот, наконец, я решилась.
В один из особо пасмурных и тоскливых дней направилась в храм Мириты. Мне очень хотелось повидать исполняющую желания в её доме, в месте, где кейтарцы поклоняются ей, где царит её культ, возможно, там она будет посговорчивее.
Но в центральный столичный храм с его суетой и многочисленными последователями культа богини с такой просьбой ведь не сунешься, а вдруг кто-нибудь услышит, о чём я её буду просить. Поэтому выбрала маленький храм на окраине столицы, утешая себя мыслями, что выбор на него пал случайно: из-за отдалённости района и расположения в тихом живописном месте.
Даже себе не осмелилась признаться, что привлекли меня отнюдь не окружающие пейзажи. Я хотела пойти именно в тот храм, потому что совсем рядом с ним, в цветущем пригороде, располагался столичный дом ан Алоя. Да, я даже это узнала! Во дворце не составило труда разжиться такой информацией. Меня грела неистребимая надежда, что Трей когда-то тоже приходил сюда…
Как одержимая я хотела бывать в тех местах, где бывал он, ходить по тем же дорожкам, смотреть на те же деревья и кустарники, сидеть на тех же скамейках. Как будто это могло вернуть мне Трея, которого я так глупо, необдуманно и поспешно выбросила из своей жизни.
Храм, вместе с внутренним двориком помещённый под прозрачную полусферу, встретил меня прохладой и тишиной. После пыльной и жаркой улицы здесь было уютно и комфортно, что располагало к размышлениям и внутреннему созерцанию. На что я и настроилась.
У этого храма, собственно, как и у всех храмов Мириты, вход и выход располагались раздельно. Прежде чем выйти, предстояло пройти значительный участок по цветущему внутреннему дворику, по самому храму, который больше походил на цветочную оранжерею, а затем по прозрачному коридору, опоясывающему храм по окружности. Проходя в поисках уединённого местечка под сводами лёгкого арочного строения с многочисленными комнатами для медитаций, молитв, магических и духовных практик, вдалеке у выхода я заметила мужчину, от вида которого моё сердце, совершив кульбит, мгновенно ухнуло куда-то вниз: неужели это Трей?
Прибавив шаг, я устремилась за ним, но пока преодолела длинный прозрачный коридор, мужчина успел покинуть храм. Выскочив на улицу, никого и ничего не увидела, кроме кучки гомонящей у одного из домов детворы. Ухнувшее в бездну сердце разлетелось на осколки, которые больно резали изнутри, и я медленно, с неохотой побрела обратно в храм, восстанавливать своё душевное равновесие.
В одной из комнат нашла отличное место для медитаций, зажгла свечу с благовониями, уселась поудобнее и закрыла глаза. Никогда в жизни на Земле я не училась медитациям, никогда не проявляла к ним интереса, а на Кейтаре пришлось начать практиковать. Моя внутренняя провидица настаивала, что это очень полезно для раскрытия дара.
Сегодня я решила обратиться к Мирите со странной просьбой: не знаю, просил ли кто-нибудь её об избавлении от любви. Возможно, я буду первой. Ну и пусть! Я твёрдо решила, что не хочу больше мучится. Раз я не нужна Трею, мне не нужна эта любовь!
С того памятного разговора с богиней в Крайсе прошло уже полторы недели, и за это время так много всего поменялось: обстоятельства, ситуация, я, мои мысли, наши отношения со светлейшим. И в отличие от прошлого раза слезы Мириты со мной не было, она осталась у Трея. Я волновалась, смогу ли достучаться до богини без слезы, найду ли дорогу к ней.
Погрузилась в медитацию и отпустила все чувства на волю, пытаясь воссоздать ту нить, которая связала меня с Миритой в прошлый раз. Очень долго ничего не получалось, я уже отчаялась, как вдруг богиня, исполняющая желания, отозвалась:
  
— Что привело тебя ко мне на этот раз?
Обращаясь к своей далёкой прародительнице, я призвала всё красноречие и убедительность, которые имелись в моём арсенале:
— Доброго дня, матушка Мирита! Могу ли я просить тебя об исполнении заветного желания?
— А не много ли их у тебя? Это будет уже третьим по счёту.
— Я так понимаю, что лимит на исполнение желаний был установлен лишь на Земле. Верно?
— Да, ты правильно поняла. На Кейтаре любой может обратиться с просьбой, и не с одной, если я сочту её разумной и необходимой, она будет исполнена.