Елена Прекрасная и Белый Волк (СИ)

– Знаете… я лучше всё-таки сама… – снова упёрлась Лена.
– Ох, дурёха упрямая! – хлопнул себя по бокам пожилой таксист. – Ну, чего ты боишься? Я что, на маньяка похож?
– Не знаю, я с маньяками не знакома… – побурчала она.
– Я тоже. Слушай, у меня внучка, такая как ты! Вот мне уже совсем не до девок молоденьких, – с укоризной покачал головой дедуля. – Я ж просто спать не смогу спокойно, если сейчас уеду. Буду всю ночь гадать – дошла ты до своего зоопарка, или волки дорогой съели… Ну! Мы пока тут спорим, уже бы доехали…
  
Лена с тоской посмотрела на побитую жизнью иномарку, манящую светом фар. Желание поддаться на уговоры и наконец оказаться дома боролось с недоверием к постороннему человеку и ожиданием подвоха…
Дед, и правда, выглядел так, что ему хотелось довериться. А вот брести и дальше в одиночестве вдоль ночной дороги совсем не улыбалось.
– Ладно, – наконец кивнула она. – Поехали! Спасибо вам большое за помощь!
И, мысленно ругая себя последними словами за глупость и доверчивость, Лена направилась к машине.
***
Нырнув на заднее сидение, Лена выдохнула с облегчением – словно разжалась тугая пружина внутри. Уютное тепло машины окутало мягким облаком. На миг оно было потревожено волной морозного воздуха, когда водитель уселся за руль и гулко хлопнул дверцей. Но потом на душе вновь стало спокойно.
Они, наконец, тронулись.
На лобовом стекле болтался из стороны в сторону ароматизатор в виде новогодней ёлочки, распространяя по салону тонкий запах хвои. И Лена улыбнулась – выходит, в итоге ёлочка сработала, она отправляется домой.
Лена огляделась. Машина хоть и старенькая, была чистой, ухоженной. Видно было, что эта старушка дорога хозяину.
Музыку «Дед Мороз» не включал, зато буквально через секунду принялся болтать без умолку:
– Тебя как звать-то, Снегурочка?
– Лена, – откликнулась она, немного расслабившись.
– А! Так ты, стало быть, не Снегурочка, а Елена Прекрасная? – рассмеялся старик.
– Откуда вы знаете? – Лена мгновенно напряглась обратно.
– Что знаю? – не понял водитель.
– Неважно, – она мотнула головой, сообразив, что это просто шутка.
– А я Петрович, – не сбиваясь, продолжил «Дед Мороз». – Так зачем тебе в зоопарк-то ночью?
– Я там работаю. И живу тоже там… рядом… – всё-таки призналась Лена.
– А тут-то как оказалась? – вскинул кустистые седые брови Петрович.
– На автобус опоздала… Пришлось идти пешком.
– Как же ты так? Загулялась? Время не заметила? Небось, на свидание бегала?
– Ага, вроде того… – вздохнула Лена.
– А что же тебя кавалер домой не отвез?
– Да… мы как бы… поссорились…
– И он тебя одну бросил? – возмутился Петрович. – Вот паршивец! А ты тогда его бросай, вот прямо сразу бросай! С таким кашу-то не сваришь, точно говорю.
– Я… уже… – вздохнула Лена.
– Вот и молодец! Эх, не на тех вы, девки, время тратите! Не цените себя. А жизнь-то проходит… Вот раньше-то по-другому было... Я, знаешь, как на моей Катюшеньке женился… С армии пришёл, такой… весь из себя – орёл. А тут мой друг закадычный говорит: «Пойдём, я тебя со своей невестой познакомлю! Она у меня в торговом центре работает»…
Лена вытаращила глаза – неужто этот добрый дедушка когда-то отбил невесту у друга. Но оказалось, она поспешила с выводами.
– И вот, значит, пришли мы в конце смены, – продолжал свой рассказ Петрович. – В отдел зашли. Друг мой чуток отстал, а я прямиком к девушке-продавцу подхожу, обнимаю, поздравляю с предстоящей свадьбой и в щеку целую. А она покраснела, глазёнками хлопает, смотрит так на меня испуганно… Тут и друг мой подлетает и говорит: «Это не моя Наташа! Это Катя, подруга её». Ну, посмеялись, конечно. Я извинился сперва, а потом говорю: «После такого конфуза, Катерина, я обязан на вас жениться. Ну, или хотя бы на свидание позвать…» Так мы вчетвером в тот вечер и пошли гулять в парк. И вот… уже скоро юбилей будет, пятьдесят лет, как вместе… Внучка уже замуж собирается…
Лена слушала милый рассказ таксиста Петровича, улыбалась, радуясь его счастливой судьбе.
Да, у кого-то действительно бывало вот так – всё легко и правильно. Жаль, что это не про неё…
Безмятежный голос старика баюкал не хуже колыбельной, печка грела так, что Лена не просто отогрелась после морозной улицы, а уже разомлела и начала клевать носом.
Но спать было нельзя, да собственно и некогда. Тут ехать-то минут пять…
Она всё поглядывала в окно, чтобы не пропустить нужный поворот, но видела лишь тёмный хвойный лес, припорошенный снегом.
Петрович вдруг резко притормозил, так что Лена едва не ударилась. Сон с отяжелевших век мигом стряхнуло.
– Что случилось? – тревожно уточнила она.
– Да, не пойму… – Петрович напряжённо всматривался в ночь. – Проскочили мы поворот твой, что ли? Там же рядом было… Уже бы приехать давно пора…
Лена промолчала, но мысленно согласилась. В самом деле, ехали слишком долго.
– Вот же, дурак старый, заболтался с тобой и, видать, не заметил в темноте! – посетовал Петрович. – Ничего, сейчас найдём…
Он торопливо развернулся и двинулся обратно в сторону города.
Теперь Лена уже не дремала, смотрела во все глаза…
Но от этого напряжения со зрением и вовсе стали твориться какие-то чудеса. Разделительная полоса, ослепительно белая в свете фар, вдруг начала двоиться и разбегаться на несколько…
Лена моргнула пару раз, сфокусировала взгляд, тряхнула головой – всё прошло. Но буквально через пару секунд дорога снова начала раздваиваться у неё на глазах. Словно над асфальтовым полотном, параллельно с реальным шоссе, появилась ещё одна дорога, сияющая, фантомная лента света…
Лена опять потёрла глаза, но в этот раз не помогло.
– Что это такое? Вы… вы видите? – испуганно вцепилась она в кресло, указывая Петровичу на странную светящуюся ленту.
– Что? Где? – оглянулся на неё старик-водитель.
Очевидно, его ничего не смущало.
Лена открыла было рот, чтобы объяснить причину своей паники, но сделать это так и не успела
Призрачная дорога замерцала ещё ярче, словно в лицо Лене ударил луч мощного прожектора. Белая вспышка ослепила. Она закричала от ужаса. А через миг… ухнула в беспросветную черноту.
***
  
7 Ау! Ау! Ау!
 
Лена проснулась от холода. Она так закоченела, что её уже потряхивало. Просто невыносимо замёрзла. Особенно, лицо, да и руки тоже.
Спросонок не могла понять, отчего ей так зябко. В маленькой комнатушке, где она обитала, всегда было тепло, порой даже жарко. Коморка Елены располагалась в подсобном помещении рядом с кухней и столовой, так что ей доставалось и общее тепло, и проникающие всюду ароматы готовящихся блюд.
Но вот сейчас едой не пахло, скорее уж, морозной свежестью.
Лена распахнула глаза. Вернее, попробовала это сделать. Но сначала ничего не вышло.
Она попыталась поднять голову и… ощутила, как руки проваливаются всё глубже в нечто рыхлое и очень холодное… Это точно не подушка!
Снег! Это же снег!
Осознание накрыло волной цунами. Лена забарахталась в панике, пытаясь выбраться из глубокого сугроба. Наконец ей удалось хотя бы сесть и отдышаться.
С ума сойти! Как её угораздило уснуть в снегу?! Да ещё и… посреди леса!
Лена ошарашенно покрутила головой. Ну, точно – кругом деревья, и ни одной живой души!
Ау, люди добрые! Ау!
Может, она всё ещё спит? Как иначе объяснить всю эту чертовщину?
Но снег и мороз были слишком уж натуральными, чтобы оказаться просто кошмаром.
Очевидно, она действительно пролежала какое-то время, уткнувшись лицом в пушистую гору чистейшего белого снега, вот поэтому и замёрзла так, что зуб на зуб теперь не попадал.
  
Лена стянула шерстяную перчатку, попыталась вытереть и согреть щёки и нос – так ведь и отморозить недолго!
Одновременно с этим она мысленно старалась разобраться с тем, что же с ней произошло. В голове медленно восстанавливалась цепочка событий этого странного вечера.