50 вариантов яичницы или Спорим, дракон? (СИ)

Но если способы обработки были простыми – относительно – то специи! Теперь Люда поняла, почему в таверне оргов не готовили орочьи блюда. Потому что запашок от такого котла мог оказаться еще тот. И распугать все остальные народы в округе! Иногда ей казалось, будто в котел добавили не очередную кочерыжку с невыговариваемым названием, а... например, умершие от старости носки, которые перед этим рота солдат носила год по очереди, ни разу не постирав.
  
Для нее, человечки, персонально в самом дальнем углу заднего двора сделали еще одну кухоньку, чтобы она там тренировалась. И свои первые, вот точно неправильные блюда она с волнением носила Дрыху, но тот всегда "хвалил" ее стряпню "легким движением бровей". Там же, "со служебного входа", у нее появились свои клиенты "в обход таверны" – орги! Вернее, Душара сама ей их присылала.
Вначале приходили вроде как старейшины – посмотреть, кого такого странного выбрал себе в качестве ыарнеры Торги. Кстати, на ритуале не обязательно мать должна была быть. Мальчики должны были принять свои первые самостоятельные, "непростые" решения – кого выбрать на эту столь почетную, но ответственную должность. Кого-то из своей родни, то есть клана – хоть мать, хоть тетку или бабку, или какую-то уважаемую женщину из соседей. Потому что и сам выбор, и результат "соревнования" уже между женщинами, потом тоже зачтется мальчику! Как первые ступеньки в иерархии клана для "новопроявленного" мужчины.
Теперь понятны были переживания Душары, что человечка может подвести ее родственника.
Однако сироте Торги сделали странную поблажку – ему все же позволили оставить человечку.
Кто знает почему.
***
До дрохгара оставались буквально считаные дни, все меньше времени.
Все больше волновалась из-за возложенной на нее ответственности Люда, все больше зашивалась с делами, все больше походила на зомби.
Кстати, зеркало у нее теперь было – купила у купцов на собственные средства. Но... лучше бы не было: слишком правдиво отражало оно бледное, осунувшееся лицо человечки с заметными синяками под глазами. Ведь по ночам она еще и в Уложения заглядывала при светильнике! Потому что нужно ориентироваться в законах к концу месяца, а он все ближе.
Правда, чаще всего на книгах же засыпала после первых абзацев.
Но ничего, после праздника – или после окончания этого невероятно тяжелого месяца в новом мире, когда закончится чертово пари? – она наконец-то выспится! Возьмет у Душары отпуск... то есть отгулы... мда, еще бы объяснить оргам, что это такое... В общем, найдет способ отдохнуть. Но это потом, а сейчас...
– Мила! Ми-и-ила! – прибежала на разделочный дворик одна из новеньких девчушек из двергов.
За последнее время пришлось еще набрать помощников, не справлялись с потоком клиентов прежними силами.
– Там тебя это... люди... хотят... – выдыхала запыхавшаяся девчонка, не переходя черту их закутка.
– Перехотят, – отозвалась Люда, сосредоточенно вырезая печень из туши теленка. Какая по счету за последние дни? Да и сами дни в последнее время слились у попаданки в сплошной винегрет. – На кухне полно замены, пусть их заказ возьмет кто-нибудь другой.
– Но они хотят именно тебя!
– И Гракгаш еще не сказал, куда им пойти с их хотелками?
Все в таверне прониклись важностью ее подготовки за столь короткий срок. И ладно ради залетного дракона ее могли выдернуть из вотчины Дрыха, но ради людей? Которых здесь, на драконьих землях, не сильно-то любили?
– Энто какие-то важные люди!
Аристократы, что ли? Каким ветром их сюда занесло?
Но Люда не торопилась разгибаться.
– Тебе лучше уделить тем людям внимание, – раздалось более громким, но все равно мелодичным голосом.
Вот же черт! А этого чего сюда, в убойный дворик, занесло?
В первое время айн появлялся здесь часто. Будто любовался. Кто знает на что.
Может, в ожидании, что человечку стошнит в окружении такого количества крови и сырых туш, со своеобразным запахом, или она упадет в обморок, и он позлорадствует? Кстати, зрители из работников таверны и даже "своих" стражников тоже поначалу заглядывали сюда поглазеть на ее, будто не веря, что она настырно продолжает ходить сюда и учиться.
Если честно, то была тогда такая вероятность, но только присутствие вредного блондина и сдерживало попаданку от тошноты или хоть какого-то проявления слабости. Однако теперь ее уже не мутит при разделке, нож держит в руке уже почти профессионально... Вот, кстати, из-за последнего не стоило бы айну лишний мозолить ей глаза... и уши своими "ценными" замечаниями.
Встала, обернулась, покачивая ножом в руке.
– Потому что те людишки все равно будут ждать именно тебя, – растянул губы в знакомой ухмылке блондин.
Не сказать, что она скучала по его белозубой... тьфу! Вот точно именно айна первым забудет, сразу же, как только уедет из таверны.
– Какие-то аристократы? – уточнила Люда с прохладцей.
– Угу, какие-то, – бросили ей в ответ свысока.
З-зараза!
Ладно, не ради людей, так хотя бы ради того, чтобы блондин убрался отсюда, придется отвлечься.
Девушка глянула на Дрыха, тот отпустил ее едва уловимым движением "бровей".
Но она вначале тщательно вычистила нож ветошью под въедливым взором айна – насчет рабочего инструмента Душара была особо строга. Затем также тщательно, не торопясь, вымыла руки в лохани с водой. Сняла и повесила на крючок кожаный передник, защищающий ее одежду в процессе работы.
Дальше тянуть было не с чем. Юная посыльная ее не дождалась, уже давно унеслась обратно. Пришлось возвращаться в таверну, спиной чувствуя присутствие айна, бесшумно плывущего где-то там, позади.
В зале таверны было, как обычно, битком. И шумно. Звенела посуда, зычно подзывали снующих по рядам подавальщиц, иногда было слышно даже громыхание кастрюль и рык Душары в хлопающих дверях на кухню.
Гракгаш встретил ее настороженным черным взглядом. Пробегающая мимо Ангрита указала кивком на небольшой совсем стол около стены. Среди рослых оборотней, широкотелых бородатых двергов здесь практически были незаметны обычные люди.
То есть как раз необычные – одежда хоть и запылившаяся, но по виду дорогая, статусная. Хорошие сапоги, тисненные пояса, отделанные каменьями ножны, плотные камзолы из качественной ткани. Вернее, двое из людей точно побогаче, остальные похожи на рядовую охрану.
Продолжая вытирать на ходу руки куском ткани, особенно под ногтями, Люда подошла к их столу ближе. Едва сдержалась, чтобы не поморщиться.
Да уж, местные люди действительно не сильно заморачивались с гигиеной. И все понятно – в дороге лишний раз принять душ нет возможности, вернее, душ здесь еще не изобрели, но все равно можно что-то придумать! Дверги, которые ездят по тем же дорогам на таких же лошадях, так не попахивают. Находят возможность перед входом в общественное место привести себя в порядок.
– Господа хотели меня видеть?
Нетерпеливо ерзающий на месте мужчина, что сидел к ней спиной, подскочил с лавки, развернулся. Окинул ее быстрым, нечитаемым взглядом и... завис?
Зато теперь был виден второй "богач". Он сидел как раз лицом и сейчас уставился на Люду тоже с каким-то странным выражением в глазах. Этот мужчина был молодым, но на его изначально симпатичном лице уже намертво прикипела маска высокомерия. Презрительный изгиб губ, намечающиеся морщинки в уголках темных глаз и вовсе не "гусиные лапки", которые бывают у веселых людей.
  
Но тут отмер первый мужчина, постарше.
– Господа? Господа?! – сразу на высокой ноте взвыл он, заставляя оборотней за ближайшими столами поморщиться и обернуться на них. – Да как ты смеешь?! Так обращаться к отцу!
Че-его?!
  
Глава 26 Родня
 
Если бы рядом был свободный стул, то Люда точно бы присела. Ноги разом ослабли и чуть не подкосились.