Сломанная стрела

Это Е26.
Как я и думал, машин почти нет. Я смотрю в зеркало заднего вида. Серебристый «Лексус» с матовым лобовым стеклом остаётся припаркованным у станции. Он исчезает вдали, а затем исчезает совсем, когда я поворачиваю.
Трасса E26 неплохая. Она уже, чем скоростная автомагистраль.
Две полосы вместо четырёх. Ещё более клаустрофобно, потому что с обеих сторон её окружают холмы. На дороге много срезов там, где шоссе врезано в склон холма.
  
На дорогах, вырытых из-под земли, возведены огромные бетонные решётки высотой тридцать футов. Во многих случаях их длина достигает ста пятидесяти ярдов.
Я недоумевал по поводу этих решёток, пока не понял, для чего они нужны. Они не декоративные. Япония страдает от землетрясений и штормов. Это означает оползни. Решётки построены для укрепления склона холма над дорожными выемками.
Некоторые из этих срезов просто ужасны. Я плавно притормаживаю на повороте. Слева — срез. Бетонная решётка удерживает пару сотен футов земли и склона, поросшего соснами.
Справа от нас — скалистый выступ. Я бы не назвал его скалой.
Ничего особенного. Просто сорокаградусный склон, уходящий на несколько сотен футов в густой лес. Достаточно, чтобы убить и спрятать тело на месяц.
Трескаться.
Пуля врезается в лобовое стекло между мной и Рин. Насквозь, паутина трещин. Мы выехали из поворота и несёмся навстречу двум чёрным седанам Toyota. Они припаркованы под острым углом, нос к носу…
Нос, перекрывая дорогу. За ними стоят четверо мужчин, направив на нас пистолеты. Они держат оружие равнобедренными хватами, упираясь локтями в капоты и крыши автомобилей.
«Ложись». Я хватаю Рин за плечо и укладываю её на землю. Она ложится на ручник, прижавшись головой к моей ноге.
Она в безопасности за единственным по-настоящему пуленепробиваемым объектом в автомобиле — блоком двигателя.
Я резко тормозлю и останавливаюсь в нескольких дюймах от «Тойоты».
Меня отбрасывает на ремень безопасности. Ещё несколько пуль врезаются в лобовое стекло. Одна из них пролетает мимо моего уха.
Рин пытается встать. Я поворачиваюсь на сиденье, прижимаю её локтем, глядя в заднее стекло. Включаю передачу заднего хода, жму на газ и резко ускоряюсь. Колёса дымятся, пахнет горелой резиной. Я резко выворачиваю руль и резко вхожу в поворот. Перегрузка швыряет Нико через весь салон.
Меня прижимает к водительской двери.
Нет времени на раздумья. Я переключаю передачу, жму на газ. «Хонда» разворачивается, и мы мчимся в противоположном направлении. В зеркало заднего вида я вижу, как якудза торопятся забраться в свои машины.
Я знаю, что найду через четверть мили. Я снимаю «Стерлинг» с передка, передергиваю затвор одной рукой. Предохранитель меня не интересует. Скоро мне придётся выстрелить.
Серебристый «Лексус» мчится на нас. Вместо того чтобы сбавить скорость, я ускоряюсь, чтобы встретить его лоб в лоб. Держу руль левой рукой на отметке двенадцати часов. Поднимаю «Стерлинг», держу вентилируемый глушитель над рулём.
Зафиксирую левый локоть. Что бы ни случилось, «Хонда» едет абсолютно прямо.
На нас наезжает Lexus.
Я нажимаю на курок и стреляю прямо в лобовое стекло. Первые пули рикошетят, проходя сквозь него. Я продолжаю стрелять, пробивая большую дыру в оргстекле. Теперь я точно целюсь. Вижу крошечные отблески света, когда пули попадают в капот и лобовое стекло «Лексуса».
Водитель «Лексуса» теряет управление, и машина виляет. Я держу левую руку заблокированной, бросаю «Стерлинг» на бок. «Лексус» восстанавливает сцепление с дорогой, резко виляет и врезается в бетонную решётку справа от нас. Наклонившись под невероятным углом, он взбирается на склон, а затем падает. Он падает позади нас и переворачивается на крышу.
Я хватаюсь за руль обеими руками и смотрю в зеркало заднего вида. «Тойоты» несутся по повороту. С грохотом первая врезается в «Лексус». Вторая объезжает разбитую машину и продолжает движение.
Нико устраивается поудобнее на заднем сиденье. Лучше поздно, чем никогда, он пристегивает ремень безопасности.
Toyota таранит нас сзади.
Я оглядываюсь. Из пассажирского окна высовывается якудза, направив на нас пистолет. Я включаю фары, и задние фонари «Хонды» оживают.
Водитель «Якудзы» резко тормозит, сбивая напарника с ног. Я даю «Хонде» газу и вырываюсь вперёд.
Водитель «Якудзы» ускоряется и пытается обойти слева. Я резко вильнул и блокирую его. Он резко рванул вправо, протискиваясь между нашей «Хондой» и склоном холма. Его пассажир, отойдя на безопасное расстояние, поднял пистолет.
Я резко выворачиваю руль и врезаюсь в «Тойоту».
Вдавливает седан в проезжую часть. Стрелок засовывает руку с пистолетом обратно в машину. Раздаётся ужасный скрежет металла. Водитель якудзы тормозит и падает назад.
Раскручивает колесо, рывок влево.
Левая рука на руле, на двенадцати часах, я тянусь к «Стерлингу». Поднимаю пистолет-пулемёт так, чтобы дуло было направлено через руку, в сторону открытого пассажирского окна. Упираю магазин в левое плечо.
Вот они. «Тойота» подтягивается. Якудза на пассажирском сиденье целится в тот же миг, как я нажимаю на спусковой крючок. Я стреляю поверх распростертого тела Рина и высыпаю магазин в водительское отделение «Тойоты».
Мои пули попадают в цель. Стрелок роняет пистолет и...
Наклонившись, он врезается в водителя, который теряет управление. Toyota съезжает с дороги и улетает в сторону.
Это не обрыв, но склон достаточно крутой. «Тойота» жёстко приземляется, а затем подпрыгивает и падает вниз по склону. Я запихиваю «Стерлинг» в пространство рядом с ногой и тормозлю «Хонду». «Тойота» заносит в сторону. По инерции она переворачивается и катится в заросли у подножия холма. Поднимается облако пыли, покрывая кусты мелкой пудрой.
Я разрешаю Рин сесть. Вместе мы осматриваем последствия бойни.
Голос Нико ровный. «Молодец, Брид».
«На шесть меньше».
OceanofPDF.com
26
OceanofPDF.com
АРАШИ
Полдень, но небо затянуто облаками, а животы туч словно свинцовые. Я продолжаю движение по трассе E26, всё ближе к заливу Араши. Мой телефон вибрирует, и я подношу его к уху. Это Штейн.
«У меня есть кое-что», — говорит она.
«Надеюсь. Мы едем в Араши вслепую».
«Я перенаправил спутник на наблюдение за заливом Араши. Последние пять лет эти фиктивные компании вкладывали деньги в реконструкцию замка. Там есть центральное отопление и кондиционирование. Вы можете увидеть системы отопления и охлаждения на крыше. Здание плохо изолировано.
Спутниковые снимки показывают термическое цветение у основания».
«Как вы думаете, там есть проходы?»
«Гарантирую. Одна из характерных черт японских замков — прочный каменный фундамент. Хиросимский был достаточно крепок, чтобы выдержать атомную бомбардировку. Но когда вы хотите модернизировать здание, необходимо предусмотреть все современные удобства. Водопровод, горячую воду, кондиционирование и отопление. Всё то, что делает старый, продуваемый сквозняками замок привлекательным для современных жильцов. Вы устанавливаете отопительное и охлаждающее оборудование на крыше. Воздуховоды в комнатах, подвесные потолки и утепленные стены. И прокладываете проходы через…
цоколь. Доступ, чтобы можно было работать в подвале. Трубы, канализация и так далее.
«У компаний, проводивших реконструкцию, наверняка есть планы этажей».
«Можно было бы так подумать, — говорит Штейн. — К сожалению, Arashi Castle Group потребовала вернуть им все планы этажей после завершения работ. Мне кажется, им есть что скрывать».
Я думаю о Бауэре. Сорю взял инициатор и скачал его заметки.
  
После того, как Бауэр завершил работу.
В этой последовательности есть нечто, что находится за пределами моего понимания. Сейчас это лишь отвлекает. Мне нужно сосредоточиться на Штейне.
«Ты же знаешь, они не оставят эти проходы без охраны», — говорю я.
«Подождите. Генерал Конго хочет поговорить с вами».