Чудеса на седьмом этаже (СИ)

Прощай».
Сергей сложил слегка помятые листы и убрал их в конверт, найденный им только что под дверью. И тяжело вздохнул.
Он не был кареглазым и тем более теплооким, его не звали Александром, и у него никогда не было знакомой по имени Снежанна или Жанна.
Загадочная незнакомка, подложившая под дверь его квартиры письмо, ошиблась адресом.
Внизу хлопнула подъездная дверь. Сергей вскинул голову и по наитию, не отдавая отчета своим действиям, кинулся вниз. Выскочил на улицу и сразу приметил медленно бредущую в сторону остановки невысокую худенькую девушку с огромными голубыми глазами. В ней не было ничего особенного — просто и скромно одета, немного сутулая, не сказать что красавица, но почему-то его сердце екнуло.
— Эй, подожди! — сжимая письмо, он бросился вслед за незнакомкой. — Ты Снежанна? — спросил обернувшуюся к нему девушку.
— Д-да, — неуверенно ответила она.
— Я… — Сергей бросил взгляд на ее письмо — Снежанна стремительно покраснела. — Случайно прочитал. Думал, это мне… Но ошибся. Я не хотел! — пылко закончил он.
Девушка молчала, пытаясь удержать набежавшие на глаза слезы, а потом тихо проговорила:
— Извини… Боже, как глупо!
— Нет! — вдруг воскликнул Сергей. — Совсем не глупо! — он еще раз посмотрел на письмо и порывисто порвал его на мелкие части. — К черту его, правда?
Снежанна слабо улыбнулась в ответ. Сергей выдохнул, набрался смелости и произнес:
— А что ты делаешь сегодня вечером?..»
— Ну как? — спрашиваю у Ярика, который утром, проспав в моей гостиной почти до одиннадцати, первым делом вытребовал прочитать написанное ночью.
— А они поженятся? — уточняет он, отрываясь от монитора.
— Понятия не имею, — пожимаю плечами.
— Ну вроде ничего так, — рецензирует парнишка. — Я, кстати, тоже как-то был безнадежно влюблен. В первом классе. В Олю.
— И что?
— Ничего. Во втором мне уже нравилась Маша, — и широко улыбается.
— Балбес! — смеюсь, отвесив ему легкий подзатыльник. — Ладно, собирайся! Пошли в магазин за продуктами, — предлагаю. — Да и вообще, неплохо бы подышать свежим воздухом.
На обратном пути с нами в лифт заходит Снежанна — я ее сразу узнала. Ярик толкает меня в бок и делает большие глаза. Я цокаю на него. Но потом понимаю, на что он пытается обратить мое внимание.
Девушка улыбалась.
  
3. О сложностях отношений и немишленовских макаронах
 
— Нет. Я не думаю, что нам стоит встречаться, — повторяю в пятый раз в телефон, стоя у окна и уперевшись лбом в холодное стекло. Вот уже третий день подряд Михаила одолевает новая навязчивая идея: наш развод был ошибкой, это лишь временные трудности — у многих пар такое случается, но все еще можно исправить… Нам надо обязательно встретиться и поговорить! — Не надо ко мне приезжать. Миш, я не знаю, кто там и чего тебе насоветовал… Зачем возвращаться к прошлому? Мне это не нужно.
— Ань! — орет с кухни Ярик. — Что делать, если макароны слипаются? А то, кажется, у меня сейчас пудинг получится!
Фыркаю от смеха и выглядываю в коридор, прикрыв трубку рукой, кричу:
— Холодной водой промой! И масла оливкового добавь.
— Ага! — отзывается мой юный кулинар, затеявший сегодня лично приготовить спагетти болоньезе. Боюсь представить, чем нам в итоге придется ужинать, но пущай тренируется.
— Миша, да е-мое! — восклицаю, вернувшись к разговору с бывшим мужем. — Ну что ты несешь? Да это мои проблемы — выйду я снова замуж или нет! — в этот момент он вдруг скатывается к смешным угрозам, напирая на то, что я очень сильно рискую остаться одна на всю оставшуюся жизнь, особенно с моим характером и отношением к супружеским обязанностям, а ведь мне уже не двадцать и не такая уж я красавица, чтобы воротить носом от человека, который готов терпеть все мои недостатки. Офигенный аргумент! Я сразу вдохновилась. — Иди в жопу! — срываюсь. — О себе лучше подумай! Раз ты такой идеальный мужчина, так найди себе, блин, такую же идеальную женщину! На хрен я-то тебе сдалась?
В мой кабинет заглядывает встревоженный Ярик. Собственно, он тоже уже третий день подряд слушает мои ведущие в никуда препирательства с Михаилом, а потом наблюдает за тем, как я нервно курю на балконе и тихо матерюсь. Слава богу, хоть с комментариями не лезет — ума хватает.
 
Машу ему рукой, мол, иди, тебя не касается, но Яр, не сводя с меня насупленного взгляда, качает недовольно головой, цокает языком и вдруг…
— Зая, я тебя еще долго буду ждать? — громко произносит он басовитым голосом, приблизившись ко мне. — Я уже соскучился! Хватит болтать с подружками! — игриво так.
У меня вытягивается лицо… И Мишин словесный поток тоже прерывается.
Пауза.
— Так вот почему мы расстались, — произносит наконец бывший муж. — Ты, оказывается, уже… И давно? Ты из-за него меня бросила? Поэтому не хотела совместно квартиру покупать? С ним жить планировала? — несет Мишу. — Сука ты! И дрянь! А я-то! — и короткие гудки.
Молчу, хлопая глазами. Откладываю телефон на стол. Нормальный поворот событий. Оборачиваюсь к Ярику.
— Какого лешего? — спрашиваю. — Ты что творишь?
— Ань, — Яр виновато трет кончик носа. — Слушай… Ну а чего он тебя достает?
— Не твое дело! — бросаю. — Ты как вообще додумался до такого?
— Никак. Случайно получилось, — пожимает плечами Ярик. — Блин, ну прости. Но, может… — запинается, — этот твой бывший муж отстанет теперь от тебя.
Кидаю взгляд на телефон.
— Может, и отстанет, — успокаиваюсь. — Но на будущее — без твоих идиотских спектаклей обойдусь. Такие вещи… — замолкаю, вздохнув, — только двое между собой решать должны.
— Ну я же твой друг. Я переживал, — тихо произносит Ярик.
— Друг, — качаю головой с усмешкой. — Ладно, друг… Что там с твоими макаронами?
— Я сам! — подрывается Ярик на кухню. — С ними все в порядке!
Складываю руки на груди и погружаюсь в задумчивость. Как же порой сложно отпустить прошлое и отказаться от иллюзорной стабильности. Искать чувства там, где их уже нет. Играть… Постоянно играть в трагедию, в итоге превращая ее в фарс.
Сидим с Яриком на балконе, распахнув створки окон лоджии, наблюдаем за подростками, тусующимися на лавочке возле подъезда, и ужинаем его подобием спагетти.
— Ну как? — интересуется мой юный кулинар.
— На мишленовские пять звезд, конечно, не тянет, но в принципе, ничего, съедобно, — одобрительно киваю. — Какая девчонка симпатичная, — замечаю, ткнув вилкой в компанию молодежи, где по центру скамейки сидит длинноволосая брюнеточка.
— Это Агата, — сообщает Ярик.
— Ты всех девочек в округе по именам знаешь? — смеюсь.
— Нет, — внезапно смущается дружочек мой новоявленный и прячет взгляд в тарелке. — Это… Она просто училась раньше в моей школе. На два года старше. Сейчас уже на втором курсе в университете. Вроде на юридическом.
— А чего ты так покраснел, а? Яр! — толкаю его в бок. — Она тебе нравится, да? Признавайся!
— Нет, — упрямо мотнув головой, отвечает Ярик и отворачивается.
— Оно и видно, — возвращаюсь взглядом к девице. Хм… Нет, определение «симпатичная» ее никак не характеризует. На самом деле, у нее очень интересная внешность — выразительная, с изюминкой: густые темные волосы, достающие до середины предплечий, расчесаны на пробор и подчеркивают правильный овал лица. Невероятные глаза: большие — даже с седьмого этажа видно, смуглая ровная кожа, красивые губы. Худенькая, в тонком черном пальто, но вокруг шеи намотан ярко-розовый шарф, розовые же колготки в тон обтягивают жеребячьи ноги с острыми коленками, тяжеловесные полусапоги с цепями. Ее обнимает за плечи высокий парень в смешной шапочке, из-под которой торчат светлые кудри, и что-то ей говорит. Она слабо улыбается, но я замечаю, как девушка почти незаметно передергивает плечами. Словно ей неприятно.
 
Кошусь на Ярика, который жадным взором следит за Агатой.
— Вы общаетесь? — интересуюсь.
— Нет, — вздыхает Яр. — Она… Ай! — взмахивает рукой и возвращается к спагетти — сидит и бездумно накручивает их на вилку.