Солнце цвета стали
– Кто такие?
– Хаук Лед и его воины, – гордо отозвался конунг. – А кто спрашивает?
– Меня зовут Кнут Башка! – прилетел ответ, – я лендерманн хозяина этих вод Хрольва Пешехода!
– Я слышал о таком, – шепнул Арнвид, – он могучий викинг.
– Раз уж мы представились, – сказал тем временем Хаук, – то, может быть, начнем битву? А то как-то надоело стоять на одном месте!
– Ты так рвешься в бой, конунг? – в голосе Кнута звучала ирония. – Нас в два раза больше, так что это неразумно с твоей стороны. Ответь лучше, ты прибыл сюда с намерением грабить эти земли?
– Нет, – ответил Хаук. – Мы плывем дальше на юг.
– Тогда нам не к чему вступать в бой! От имени ярла Хрольва я приглашаю тебя к нему в гости!
– С каких это пор он стал ярлом? – Арнвид задумчиво почесал лысину. – И где земли, в которых он правит?
– Спасибо за приглашение! – Хаук знаком велел своим опустить оружие. – Но куда плыть?
– Я сам отправлюсь с вами, – Башка махнул рукой, и его драккар начал медленно разворачиваться на юг. Другой, описав дугу, пошел в сторону берега.
– Чудеса, – с некоторым разочарованием сказал Вемунд, – обошлось без драки. Сам себе не верю.
– И я, – поддержал друга Нерейд, снимая с лука тетиву. – Так мы скоро, клянусь залогом Игга, разучимся держать оружие.
Ветер был попутный, и два корабля легко скользили по водной глади, слегка всхолмленной пологими волнами. Ближе к вечеру берег свернул на юго-восток, появилось встречное течение, и пришлось браться за весла.
– Знаю я эти места, – ловко орудуя длинной деревяшкой, заметил Нерейд. – Там, дальше – устье реки Сигна. Мы по ней поднимались два года назад, славно пограбили. Но никто тогда тут ни о каком Хрольве не слышал.
Как и обещал рыжий викинг, вскоре в пару берегу по левому борту справа на горизонте возникла темная полоса. Она приблизилась, и драккар оказался идущим вверх по широкой и глубокой реке. За очередным ее поворотом обнаружилась деревянная пристань, а выше нее, на холме – могучий замок.
Каменные стены украшали причудливой формы зубцы, а черные громады башен отражались в светлой речной воде.
– Ничего себе! – восхитился Нерейд. – И когда это только успели построить?
Корабль Кнута подошел к пристани, с него полетели веревки, засуетились, привязывая их, викинги. Хаук предпочел причалить по старинке – прямо к берегу.
– Со мной – Ивар, Арнвид с учеником, Нерейд и Кари, – приказал он. – Остальные охраняют драккар. Эйрик, как обычно, за старшего.
– Ну вот, – пробурчал кто-то из викингов, – они там пировать будут, а мы тут торчи, в воду плюй…
– Как бы на том пиру нашей кровью не напились! – ответил Ивар, привешивая к поясу меч.
На берегу их ждали: высокий светловолосый человек без кольчуги, в отделанном беличьим мехом плаще, и несколько хмурых воинов в полном вооружении.
– Хей, конунг, – бездоспешный улыбнулся Хауку, и стало ясно – что это и есть Кнут Башка. На поясе его висел меч, в рукояти которого сверкали драгоценные камни. – Рад приветствовать тебя в столице Нордмандии.
– В столице чего? – не удержался от вопроса Нерейд.
Лендерманн вновь улыбнулся, показав щербину на месте передних зубов:
– Земля эта, на которой правит ярл Хрольв, называется теперь Нордмандия.
– Правит? – маска хладнокровия конунга дала заметную трещину. – Каким же образом?
– Гораздо лучше пасти стадо и стричь с него шерсть, чем убивать овец ради нее, – ответил Кнут. – Так что в прошлом году мы построили этот замок и решили остаться тут, чтобы удобнее было добывать богатства. А этой весной испуганный конунг Валланда предложил Хрольву стать ярлом этих мест с обязательством защищать их от набегов других викингов.
– Вот зачем ты спрашивал нас, не грабить ли мы прибыли? – догадался Арнвид.
– Именно так, – кивнул Башка. – С теми, кто посягает на людей, с которых мы кормимся, у нас разговор короткий. Прочих же наших сородичей ярл всегда рад видеть.
– Все ясно, – конунг кивнул, и лицо его вновь застыло. – Веди же нас, лендерманн.
Ночь уже наступила, и у ворот замка зажглись факелы.
Их свет падал на толстенные деревянные створки, окованные железными полосами, заставлял сверкать кольчуги стражников. Внутри стен высилась могучая башня, более высокая, чем мачтовые сосны из Трандхейма, и узкие бойницы ее светились оранжевым.
– Ярл, похоже, уже пирует, – сообщил Башка.
Внутри башни пахло прогорклым жиром, за толстыми каменными стенами было прохладно. Гости вслед за провожатым поднялись по узкой лестнице и оказались в обширном зале. В огромном очаге ревело пламя, от множества факелов шел чад. Смешиваясь с кислым винным ароматом и запахом пота, он превращал воздух в нечто густое, точно масло.
За расположенным в центре зала столом на длинных лавках сидело множество викингов, волосы их были всклокочены, а лица красны. Кое-кто уже лежал на полу.
– Путь домой, путь домой, – гудели нестройные, но мощные голоса, – этот вечный путь домой! Мы помянем это море, если мы придем домой!
Во главе стола в кресле с высокой спинкой восседал удивительно могучий человек. Невольно возникало подозрение, что среди его предков затесались йотуны или даже инеистые великаны. Грудь его была широка, как пивной котел, руки толщиной могли поспорить с бревнами, копна сальных волос падала на могучие плечи.
– Хей, Башка! – гаркнул он так, что перекрыл пение. – Кого это ты привел?
– Конунг Хаук Лед, – ответил Кнут, – из…
– Из Трандхейма, – добавил Хаук.
– А, гости! – обрадовался гигант. – А ну освободите им место!
На лавках никто и не подумал сдвинуться.
Викинги смотрели на гостей пьяными глазами, в которых было и веселье и злость, все что угодно, кроме радушия.
– Теперь я вспомнил, за что его прозвали Пешеходом, – сказал Арнвид. – Ни одна лошадь не в силах снести его на спине.
– Это точно, – мрачно вздохнул Кари. – А я-то думал, что здоровее меня никого нет…
– Хватит стонать, иди лучше, освободи нам место, – приказал ему конунг, – вон там, у самого ярлова кресла.
Сопровождаемые насмешливыми взглядами, гости проследовали к столу. Кари аккуратно присел на краешек скамьи, надавил на соседа плечом. Тот зло рыкнул, а на дальнем конце кто-то с недовольным воплем брякнулся на пол. На освободившееся место сел Нерейд.
Кари нажал еще, и второй викинг слетел со скамьи.
Хрольв громогласно захохотал, ударил ручищей по подлокотнику так, что тот затрещал:
– Да, вы ребята не промах! Всегда знал, что в краю трёндов живут достойные мужи!
– Так же, как и в Йотланде, – вежливо ответил Хаук, последним усаживаясь на лавку.
– Вина моим гостям! – рявкнул ярл с такой силой, что Ивар невольно поморщился, а пламя освещавших помещение факелов колыхнулось.
Появились слуги, расторопные и быстрые, стол перед прибывшими очистили от объедков, и на освободившемся месте как по волшебству выстроились кувшины и кружки.
– Эх, выпьем! – наполняя сосуд в собственной руке, больше похожий на небольшую бочку, сказал Хрольв. – За славных викингов, прибывших сегодня к нашему двору!
– Выпьем! Выпьем! – загалдели его дружинники.
Большинству из них было уже все равно, за что пить.
Вино оказалось кисловатым и неожиданно крепким, Ивар едва не закашлялся.
– Ну что, гости, куда путь держите? – вопросил ярл, одним глотком опустошив кубок.
В искусстве пития хозяин замка на берегу Сигны мог поспорить с самим Тором.
– В Миклагард, – ответил Хаук, обгладывая предложенные в качестве закуски бараньи ребрышки.
Глаза ярла стали как две тарелки.
– Ого! – прогудел он. – Ничего себе! Вам придется обогнуть всю Иберию, а затем еще очень долго плыть на восток…
– Ничего, мы справимся, – со сдержанным достоинством кивнул конунг, – разве не для того живет мужчина, чтобы совершать подвиги?
– Вот уж не знаю, для чего он живет! – захохотал Хрольв. – Но вы бы могли не плыть так далеко, а остаться здесь, на землях Нордмандии. Нас тут слишком мало, нам очень нужны новые поселенцы. Женщин мы бы вам нашли, а ты бы мог получить чин лендерманна, по здешнему – барона. Мы бы завоевывали все новые земли, пока весь Валланд не оказался бы под нашей властью! В год ты бы стал богаче, чем настоящие конунги в Северных Землях!