Я вам что, Пушкин? Том 1 (СИ)

Тайна переписки? Пф-ф, ерунда какая. Отмотав на вчерашний день, подруга остановилась на вечерних сообщениях. Примерно в это время мы с Моникой как раз возвращались из клиники, кажется. Или уже пончики трескали?
Саёри: я у тебя завтра алгебру спишу, ок? просто с физикой завал, я к контрольной вообще не готова. на что-то другое времени ноль
Нацуки: ну спиши, конечно
Н: только не факт что там все правильно. я в этой теме не оч шарю
С: да мне хотя бы что-то. д. меня с потрохами сожрет иначе ◞‸◟
Н: тогда ок. давай я тебе щас сфотаю и скину тогда. завтра хз, где буду перед уроком
С: давай! это было бы прекрасно. спасибо, Нат, ты чудо!
Н: мое имя так не сокращается ⩺_⩹
Я с показным укором уставился на Саёри. В чистоплюйстве меня не упрекнешь, всегда считал, что если где-то можно углы срезать, надо срезать. Но раздолбаем себя перед девочками показывать неохота. Рано им встречаться с настоящим мной, это чревато потрясениями. Долго со мной в гляделки Сайка не продержалась — застеснялась и отвела глаза.
— Я плохо поступила, да? — робко произнесла она.
— Очень, — каменным тоном произнес я, — а я еще думал, из-за кого младенец Иисус вторые сутки навзрыд ревет? Теперь все понятно. Ясно как день. Что ж, Сайка, можешь не ждать от Санты к рождеству корзинку печенья…
— Эй! — надулась она, — если я покушать люблю, это еще не значит, что и подарки должны быть съедобными.
Отличная работа, Игорек. Вот тебе возможность добавить парочку недостающих элементов в досье. Не упусти ее.
И я ухватился.
— А что бы ты хотела тогда?
Вместо ответа на вопрос она как-то странно на меня посмотрела. Словно намекала, что Гару и самому хорошо бы такие штуки знать, без подсказок. Но не на того напала — в угадайку я разлюбил играть еще в своих первых отношениях. А поскольку дар телепатии мне так и не подвезли, то и разные намеки пролетали мимо.
(над гнездом кукухи)
— Ты смотри давай дальше, — заявила Саёри.
Диалог на экране прервался минут на пятнадцать. Наверное, в это время подружка перекатывала решения со скринов Нацуки. Но потом возобновился.
Н: саёри
С:???
Н: а гару тебе не писал, чё с ним?
С: не-а. я скидывала смс Монике где-то час назад, она ответила, что они еще в клинике.
Н: моника с ним поехала???
С: ну как бы да, наверное
Н: вот она конечно та еще
Н: мне сказала, что никакой помощи гару не надо, мол врачи все знают и нечего им мешать
Н: а сама
Н: я конечно говорить ничего не буду, на нее где сядешь там и слезешь, но это как-то не по-подружески
С: если ты за Гару переживаешь, напиши ему! думаю, он обрадуется ^_^
Н: пф-ф
Н: кто переживает-то? я? вот еще. из-за этого париться! просто знаешь, для клуба было бы очень плохо, если бы он внезапно помер…
С: хихи. ну ладно. я ему скажу тогда, что ты спрашивала
Н: НЕ ВЗДУМАЙ
Н: НЕ СМЕЙ
Н: САЁРИ СЛЫШИШЬ
Однако сегодня она ж ни о чем таком меня не спрашивала… И как только я промотал диалог до конца, то понял, почему. Саёри, бесхитростная и простая как две медных копейки девчонка, разыграла многоходовочку по нотам и выторговала у смущенной Нацуки молчание в обмен на пирог с заварным кремом.
(сегодня после того, как винду Саёри переставишь, попробуй выяснить, а по нраву ли ей creampie)
— Вот видишь, говорю же, — обрадовалась моя спутница, — Нат просто стесняется, поэтому и ведет себя…
— Ладно-ладно, убедила, — признал я, — давай есть, лапша стынет.
После этого мы снова принялись за еду. Сайка быстро расправилась, зато у меня энтузиазм совсем увял. Еще и с палочками управляться не привык, а вилку было как-то неловко просить — Гару же по идее с рождения ими орудует. Потом заказали три порции мороженого. Одну для меня и две для Саёри. Я вообще сначала брать себе не хотел, но Саёри вновь насупилась и дала мне понять, что есть только один социально одобряемый выбор. Поэтому взял себе вазочку кофейного. Дождь за окном вроде как успокоился, но погода навряд ли сильно улучшилась. От одной мысли о том, что придется из теплой кафешки выходить и по лужам домой шлепать, мораль падала ниже плинтуса. Но делать нечего.
 
Заплатив за обед (пригодилась наличка, которая была на одежду отложена), мы выбрались на улицу. Небо все еще оставалось хмурым и пасмурным, но по крайней мере с него уже не лило. Так, моросило слегка, но это уже мелочи.
Я вдохнул посвежевший воздух и огляделся по сторонам. В голове возникла ассоциация с Гавайями в сезон дождей. Тоже зелень буквально повсюду в глаза бросается, несмотря на туман и сырость. Всегда хотел поехать туда в море поплескаться, еще с тех времен как смотрел по ящику былинный сериал «Остаться в живых». И до сих пор хочу, но уж больно цены хардкорные, даже с моей айтишной зарплатой не потянуть. Поэтому приходится довольствоваться тем, что есть.
(тебе даже ТАЙНУ подвезли. да, это не компьютер, в который надо числа вводить, и путешествий во времени не будет, но зато есть загадочная консоль. почти артефакт!)
И двух кварталов не прошли, как Саёри взяла меня за руку. Абсолютно естественно, как будто так и должно быть. Может, вот почему именно ее скрипт подпихивал главному герою в подружки. Пусть даже в касте имелись и девчонки привлекательнее. Тараканов у Сайки в голове хватает, но все же по сравнению с остальными преимущества очевидны. Из нее не надо слова щипцами вытягивать, тянуться к ВЫСОКИМ стандартам или терпеть тычки и потоки словесного поноса. Превосходный вариант для такого тепловоза, как исходный Гару. А уж если его место займет человек с функционирующим мозгом… В моем случае даже чересчур активным. Ничем ее расстройство не триггерить, и все будет в шоколаде. Ничего сложного.
— Один парень, который часто со мной на физике сидит, Брок, говорит, что в этом году будет отмечать Хэллоуин, представляешь! У него родители уезжают куда-то за город, и он собирает тусовку дома… неофициальную, конечно, никто об этом знать не должен. Мне подруга по секрету сказала, она собирается пойти… и меня с собой зовет. И я подумала… Гару, а это что у тебя?
Неожиданный всплеск тревоги в ее голосе заставил меня остановиться. Тревоги и громкости.
— Где? Что такое? — спросил я.
— Н-на шее, — пояснила Саёри уже гораздо тише.
Я осторожно ощупал указанную область сначала слева, потом справа. Ничего особенного. Боль есть, но слабая и ноющая, очень хорошо знакомая — это остеохондроз так нарождается потихоньку. Для айтишника это профессиональная штука и для задрота, пожалуй, тоже. Но беспокойство-то у нее в голосе вполне настоящее, не шутка. Я взял мобильный и открыл камеру. И как только поймал удачный ракурс, аж сердце в пятки уронил.
На память о прошедшей ночи глава нашего клуба оставила мне на память не только милую записку и завтрак. Справа на шее красовалась смачная отметина. Утром там наверняка и следы зубов еще были. И как я не заметил ее, когда умывался?
(запросто. ты же был в таком зомби-режиме, что вполне мог на уроки без штанов уйти)
И даже заметь я ее, что бы сделал? Тональником замазал? Или гримом клоунским?
Молчание затянулось — Саёри больше ничего не говорила. Может, сообразила, что вопрос этот слишком личный. Я же снова расчехлил старое доброе колесо отмазок и теперь крутил-вертел его в поте лица. Но ничего более-менее удовлетворительного не подбиралось.
— Да черт знает, — сказал я наконец и вернул телефон в карман, — спал сегодня с открытым окном, потому что душно ночью было. Какая-нибудь летающая тварь залетела и тяпнула, наверное, вот след и остался.
(молись, чтобы эта тварь не залетела, Игорек, а то будешь потом алименты с зарплаты отчислять)
Версия, прямо скажем, вышла жалкая, как моя поделка из соломы и пластилина в первом классе на ИЗО. Я ей абсолютно не гордился, но промолчать было бы еще хуже.
— Понятно, — вздохнула Саёри, — будь осторожнее только, ладно?