Я вам что, Пушкин? Том 1 (СИ)

Мужик прищурился и поправил очки. Линзы у него были как у персонажа из старых комедий — толщиной с хорошее блюдце. Все в каком-то дерьме, мути и перхоти.
— Ну смотрите. Потом когда домой придете, первым делом чаю заварите себе. Горячего и крепкого, если есть сбор с малиной или травами — вообще отлично. Обогреватель на полную не стесняйтесь врубать, лучше потом на десятку больше заплатить, зато не подхватить ничего. И самое главное — не пытайтесь что-то изменить.
Что?
Я поперхнулся на вдохе и сильно закашлялся. Перед глазами заметались черные мушки. Они кружились в воздухе, выпархивая из-под нашего укрытия в водяную пелену. Чует мое сердце, что рановато я расслабился. Вдруг этот чухан в свитере, похожий на Неда, мать его, Фландерса, и есть новый владелец консоли. Им же может оказаться кто угодно, а я детективов в свое время дохрена и больше проглотил. Поэтому знаю, что по законам жанра злодеем обязательно окажется дворецкий тот, на кого меньше всего думаешь.
(а помнишь, как в одной серии соседи Фландерсу дом построили, который сужался?)
Бля, надо сосредоточиться. Но гребаный кашель душит, воздух не тем путем пошел…
Помощь наконец пришла — Саёри постучала мне по спине. Причем хорошо так побарабанила, от души. Приходя в себя, я порадовался, что рядом не оказалось Нацуки, коротышка не упустила бы случая меня отдубасить.
— Что вы сказали? — прохрипел я в сторону мужика, — последнее повторите, пожалуйста.
— Если не так что-то, то извините, говорю, — с легким смущением проговорил «Фландерс», — вы просто так на меня смотрите исподлобья. Вот и подумал, что не в свое дело лезу.
А смекалистый черт, оказывается. Сообразил, что не вовремя на нашем с Саёри горизонте появился. Но Сайка вряд ли одобрит, если я этого бедолагу щас нахер пошлю. Да и не виноват он в том, что неловкий. Это все разница менталитетов. У нас вот не принято с прохожими на улице заговаривать, а тут все по-другому.
— Нет, ничего, — выдавил я из себя слабую улыбку, — спасибо вам за советы… но мы правда лучше пойдем.
Мужик одернул свитер и посмотрел на нас с недоверием.
— Я бы еще переждал, конечно. Но дело ваше, ребятки.
И затянулся новой сигаретой. Мы сочли это окончанием беседы и отправились дальше. Вот будет потеха, если еще и кафешка закрыта. С сегодняшним везением такое вполне могло произойти. Однако нам повезло. Даже мест свободных нашлось полным-полно… ну почти. В зале всего-то стояло восемь столиков и шесть из них пустовали. Я встряхнулся, потер озябшие ладони и уставился в меню. Саёри последовала моему примеру. Цыпленок в кунжуте, суши «блю фин», такояки, дим самы — типичная мешанина из азиатских кухонь. Все позиции казались привлекательными, но сейчас душа требовала чего-то для обогрева…
— Я буду булочку… — начала Саёри.
— Погоди с булочками, — мягко прервал ее я, — тебе горячего надо щас съесть, а то простудишься. Давай по раменчику бахнем.
С этими словами я ткнул пальцем в две позиции из раздела «горячее». От одного взгляда чуть слюни на скатерть не потекли. Ведь знаю же, как делается такое оформление, работали когда-то с братом на пару в одной харчевне, соцсеточками заведовали. Такие фотки обычно знатно в фотошопе марафетят перед тем как их в дизайне использовать. Но сейчас эффект все равно был достигнут — жрать захотелось дьявольски.
— Давай, — Саёри против моей идеи возражать не стала, — я возьму со свининой.
Я кивнул.
— Превосходно, тогда мне с говядиной.
Официант, лохматый пацанчик по возрасту примерно как мы с Саёри, плюс-минус пара лет, принял наш заказ и молча удалился. Я ограничился раменом и чашкой чая — местные десерты не прельщали совершенно, да и пиццу пробовать не тянуло.
В ожидании еды постарался устроиться поудобнее на стуле и задумался. Может ли такое быть, что от стресса я правда поехал крышей и начал ловить смысловые слуховые галлюцинации? Может. Но настырный курильщик стопудово сказал то, что сказал. Шум шумом, а я был готов поручиться за это собственной селезенкой. Не пытайтесь что-то изменить — он сказал так и не иначе.
 
(ТЫСЯЧИ ПОСМОТРЕВШИХ СОЙДУТ С УМА. ДОСМОТ?)
Один посмотревший уже шизанулся на отличненько, можно не сомневаться. Или? Вдруг это такой своеобразный привет от скрипта в ответ на мои ПРАВКИ. Дружеское напоминание, мол, не брыкайся, приятель, стой в стойле смирно. А не то прострелим тебе, такому прыткому, колено.
(а ведь оно случилось аккурат после того, как ты взбесил клубную альфа-самку, брат, помни об этом. может, не лучшей идеей было ее отчитывать, м?)
Очень заманчиво так думать, но нет. Этот разговор между нами назревал так или иначе. Если бы пришлось его проводить во втором акте, когда у меня на руках поехавшая Юри и глючащий на каждом шагу мир, я бы поседел или облысел от стресса.
— Гару, что не так? — спросила Саёри с беспокойством, — у тебя такое лицо сейчас напряженное. Из-за Моники переживаешь?
Можно и так сказать, милая, можно и так сказать.
— Что там у вас случилось? Я ее никогда такой расстроенной не видела… и Нацуки под горячую руку попала…
Я вздохнул и подпер ладонью подбородок.
— Ничего особенного, Сайка, не бери в голову. Мне просто не понравилось, как она оборвала Юри, и я об этом сказал, только и всего. Это сугубо мое мнение, но если ты берешься работать с коллективом, даже маленьким, как наш клуб, то будь добр, умей найти подход к каждому. Ты на то и президент, чтоб такие штуки на себя брать. Я ее не так хорошо знаю, как вы, но и дураку понятно, что Юри человек специфический. Она грубости в свой адрес мимо ушей не пропустит, а только замкнется и внутри себя будет это пережевывать, перемалывать, еще и по…
Чуть было не сказал «порежется», но вовремя остановился. Как раз в это время официант вернулся и поставил на стол перед нами две миски с дымящейся лапшой в бульоне. Порции — мое почтение. Миски по размерам напоминали маленькие тазики. Саёри немедленно распилила кусок мяса в миске и принялась уплетать лапшу. Я невольно улыбнулся. Похоже, этот мир и впрямь от Японии довольно далек, по крайней мере, никаких итадакимасов тут перед едой говорить не принято.
Рамен оказался неплох, хоть и постноват на мой вкус — еще со студенческих лет предпочитал дошик поострее, чтоб после ужина огонь из ноздрей шел, как у дракона. Хотел попросить соус у официанта, но потом увидел, что этот гений сервиса на соседний столик принес хлеб в кармане штанов. Меня даже кринж до костей пробрал. Вот это обслуживание, черт возьми.
— Саёри, — шикнул я подруге, — булочки здесь не бери.
Она оторвалась от плошки с раменом, уже успевшей наполовину опустеть, и глянула на меня с удивлением.
— А что такое, Гару?
— Они тут… эмм, с сюрпризом.
— С игрушкой внутри? — обрадовалась Сайка, — я знаю, что в американских бургерных такое бывает.
— Не совсем, — произнес я неловко, — если ты, конечно, кишечную палочку за игрушку не считаешь. Санинспекцию бы сюда вызвать.
(надо было об этом подумать до того, как ты рамен жрать начал)
— Давай лучше Нацуки попросим булочек испечь. Если сказать, что это для тебя, она точно не откажет.
Саёри просияла.
— Это точно, Нацуки солнышко!
Ага. Солнышко, как из старой игры про Марио. Со свирепой мордой и стремлением испепелить тебя на месте.
— Ну да, типа того, — пришлось признать мне.
— Гару, — погрозила пальцем подруга, — ты опять начинаешь? Чем тебе Нацуки не нравится?
— Мне-то всем нравится…
(красотою лепа боярыня, червлена губами, бровьми союзна…)
— … но когда на меня изо дня в день агрессируют, я от человека стараюсь держаться на расстоянии. Это только поначалу прикольно, а потом утомлять начинает.
— Я тебе сейчас докажу, что она шутит. Смотри.
Саёри пихнула мне под нос свой мобильник. На экране замелькала лента сообщений из мессенджера, в котором у нас чатик литературного клуба. Надо бы туда почаще заходить, а то я что-то подзабил. Но сейчас передо мной предстал совсем другой диалог.