Непримиримые разногласия (ЛП)

Нил устроился напротив и, заказав три чашки кофе у равнодушной официантки, сказал сквозь зубы:
— Я выслушаю объяснения по поводу вашей встречи тет-а-тет, а затем решу, нужно ли известить Ньюджента и отвезти вас на допрос.
Холли обиделась.
— Это был не тет-а-тет.
— Я ведущий следователь по расследованию убийства. Вы важные свидетели. Что вы делали вместе в парке?
— У меня такое чувство, что ты наткнулся на нас не случайно, — заметил Кроуфорд.
— Верно. Я видел, как вы разговаривали на парковке у здания суда.
— Хм. Освежи мою память. Каков максимальный срок наказания за разговоры на общественной парковке?
Насмешка Кроуфорда возымела действие.
— Когда вы поехали один позади другого, я последовал за вами.
— Почему просто не остановили нас? — спросила Холли.
— Хотел узнать, почему вы секретничаете.
Он не успел сказать больше: официантка принесла кофе. Они отказались от меню, и девушка неторопливо пошла прочь.
К кофе никто не прикоснулся.
Нил заговорил тихо и сердито, обращаясь к Кроуфорду.
— Я следовал за вами до самого парка, но потом пришлось ответить на звонок, и… — он оборвал себя на полуслове. — Я не должен тебе ничего объяснять, а вот ты должен многое объяснить мне. Вы ускользнули под покровом темноты...
Кроуфорд рассмеялся.
— Прости. Просто никогда не слышал, чтобы кто-то на самом деле говорил «под покровом темноты» с серьезным лицом.
Нил упрямо продолжал:
— Вчера вы двое были по разные стороны суда, а сегодня что-то бурно обсуждаете наедине в машине полчаса. Тридцать три минуты, если быть точным, — он бросил взгляд на Холли. — С вашей стороны было бы нарушением этики обсуждать его ходатайство об опеке, а значит, вы говорили о стрельбе в суде, — он усмехнулся, глядя на Кроуфорда. — Или ты просто пытался залезть ей под юбку?
Холли дернулась, как будто ее ударили.
— Как вы смеете...
— Мертвый парень в морге не был стрелком в зале суда.
Как Кроуфорд и предполагал, это полностью лишило Нила апломба и сделало похожим на парня, чей мир только что пошатнулся, но он и пальцем не шевельнул, чтобы облегчить шок детектива Лестера.
Нил посмотрел на Холли.
— О чем он говорит?
— Именно то, что вы слышали, — натянуто ответила она, — и я боюсь, что он прав.
Нил снова обратил взгляд на Кроуфорда.
— Когда ты это понял?
— Когда увидел тело в морге.
— Как?
Кроуфорд рассказал.
Нил, казалось, испытал некоторое облегчение.
— Проколотое ухо? — хохотнул он. — Это твое большое открытие?
—М-а-а-аленькая деталь. Большое открытие.
Нил напрягся и так же, как Холли чуть раньше, попытаться придумать другое объяснение.
— Среди всей этой неразберихи ты просто не заметил дырку у него в ухе.
Кроуфорду пришлось повторить ему свои объяснения.
— Я полностью уверен, что у мужчины в зале суда не было проколото ухо, а у трупа оно проколото. Это два разных человека, — вспомнив, как пнул стрелка, он сказал: — Посмотри левую коленную чашечку Родригеса. Если там есть синяк, я признаю, что неправ. Если синяка нет... — он поднял руки ладонями вверх. — Это не Родригес стрелял в суде.
Нил облизнул губы, перевел взгляд с Кроуфорда на Холли.
— Судья, вы сказали, что «боитесь, что он прав». Вы не уверены?
— Мистер Хант провел небольшой эксперимент: попросил закрыть глаза и описать стрелка. Я делала это вполне уверено до того, как он упомянул о проколотом ухе. Что подтверждает выводы мистера Хант.
— Я спрашивал не об этом, — возразил Нил. — Вы не можете подтвердить его вывод со стопроцентной уверенностью?
— Я уверена на сто процентов, иначе не сидела бы здесь, — холодно ответила Холли.
Даже если Нил не хотел верить Кроуфорду, слова судьи имели вес. Его лицо побледнело под флуоресцентными лампами, которые гудели с запятнанного потолка. Он вытащил бумажную салфетку из настольного дозатора, промокнул пот с верхней губы, скомкал и отбросил в сторону.
— Почему ты не сказал мне, когда мы были в морге? — спросил он Кроуфорда.
— На тот случай, если ошибся. Хотел получить подтверждение судьи Спенсер. Я ей позвонил, но она повесила трубку. У меня не было другого выбора, кроме как подкараулить ее на парковке у здания суда и настоять, чтобы она выслушала меня. Это и было причиной нашей тайной встречи, — он сделал паузу, затем сказал: —Ты должен перед ней извиниться.
  
Выглядя немного обескураженным, Нил сказал:
— Прошу прощения, ваша честь. Оскорбление было направлено на Кроуфорда, а не на вас.
— Тогда вы также должны извиниться перед мистером Хантом.
Нил предпочел бы проглотить язык, но Холли не оставила ему выбора. Избегая взгляда Кроуфорда, он сказал:
— Это замечание было неуместным.
— Твоя искренность ошеломляет, Нил. Мне не нужны твои извинения, мне нужен убийца Чета. И это был не Хорхе Родригес.
— Когда сообщу шефу, что наша команда спецназа смертельно ранила не того парня, он потребует объяснений. У тебя они есть?
— Подождите, детектив, — сказала Холли, прежде чем Кроуфорд успел заговорить. — Человек, которого мы знаем, как Родригеса, угрожал мистеру Ханту заряженным пистолетом. Он открыл огонь по помощнику шерифа. Был ли он стрелком в зале суда или нет, его нужно было остановить.
— Спасибо, судья, но мне не нужна ваша защита, — сказал Кроуфорд, не сводя глаз с Нила. — Ты видел видео с камер наблюдения, установленных на крыше. Родригес вел себя странно. Он заплатил за неправильный выбор своей жизнью, и это чертовски обидно. Но это уже история. Твоя задача сейчас...
— Пожалуйста, не говори мне, в чем заключается моя работа.
— ...выяснить, где произошла «подмена». Родригес был сообщником стрелка и специально взял вину на себя? Или он просто выбрал неподходящее время, чтобы поднять чужой пистолет, и запаниковал, увидев полицию? И главный вопрос: кто стрелок? Пока не ответишь на эти вопросы, на тебя будет наседать возмущенная общественность и шпынять начальство. И пока не решишь эту проблему, будешь посмешищем. Каково сейчас быть ведущим следователем, придурок? — он подхватил Холли под локоть и встал. — Пошли.
Они уже уходили, когда здравый смысл Нила все же пересилил гордость.
— Подожди. Что ты знаешь?
— Ни черта.
— Тогда что думаешь обо всем этом деле?
Кроуфорд колебался, затем юркнул обратно в кабинку. Когда они с Холли снова сели — в этот раз не так далеко друг от друга, — Нил жестом показал, что слушает.
— Я думаю, что стрелок спрятал комбинезон маляра в шкафу напротив зала суда. Он надел его там и ждал, когда начнется заседание. Как долго он ждал, не знаю. Мы полагали, что он проскользнул незамеченным среди всех этих присяжных, но он мог прятаться там часами. Криминалисты осмотрели шкаф?
— Там хранятся ведра, тряпки, швабры.
— Другими словами, отпечатков и улик дохера.
— Точно.
— Возможно, мы не сможем доказать, что стрелок там прятался, но нам и не придется: его ДНК будет на комбинезоне. Конечно, нужен подозреваемый, прежде чем это принесет нам какую-либо пользу, — мрачно добавил он. — Вы узнали, где можно раздобыть такую спецодежду?
— Маляра? В этом не было необходимости. Мы думали, что поймали преступника. Я поручу это Ньюдженту.
Кроуфорд не верил, что Ньюджент достаточно компетентен, чтобы справиться с этим заданием.
— Сейчас стрелок, скорее всего, в сомнениях, насчет того, правильно ли сделал, оставив полиции комбинезон.
— Почему он вообще это сделал? — спросила Холли.
Кроуфорд задумался.
— Может, услышал меня на лестнице и понял, что я поднимаюсь наверх. Лучше оставить маскировку и надеяться на лучшее, чем быть пойманным в ней. То же самое с пистолетом. Он рисковал, бросая его, но понимал, что всех, кого эвакуируют из здания, обыщут, — глядя на Нила, он сказал: — Держу пари, что на пистолете ничего нет.
Нил покачал головой.
— Чистый. Серийный номер спилен. Мы ждем результатов баллистической экспертизы.