Непримиримые разногласия (ЛП)

— И ты только сейчас это говоришь? — с раздражением спросил Кроуфорд.
— До сих пор это не имело значения, — в тон ему ответила Холли.
— Верно. Значит, Сандерс входит в список.
— Какой список?
— Возможных подозреваемых.
— Стрелок не он! У Грега Сандерса рост не меньше шести футов.
— Он мог замаскироваться как-нибудь.
Холли на мгновение задумалась и покачала головой.
— Ты ошибаешься. Это не в его стиле. Он хочет устранить меня, но прилюдно, чтобы его победа была освещена в прямом эфире в день выборов.
— Хорошо, но он все еще в списке. Как и Деннис.
— Я же говорила, что мы мирно расстались. Никаких резких слов или угроз, никакой враждебности. Ничего подобного.
Кроуфорд все равно собирался его проверить. Бывший жених мог оказаться не таким разумным и утонченным, как она считала.
— Есть еще кто-нибудь, с кем ты «скрещивала мечи» профессионально или лично?
Она покачала головой.
— Родители? Братья и сестры?
— Ни братьев, ни сестер. Родители умерли.
— Друзья, с которыми поссорилась?
— Нет. Насколько мне известно, у меня нет врага, который хотел бы меня убить.
Кроуфорду пришлось поверить ей на слово.
— Значит, преступник все еще под большим знаком вопроса, так что первым делом нужно найти место, где спрятать тебя на несколько дней.
— Извини?
— Есть место, где ты можешь залечь на дно? Держаться подальше от посторонних глаз?
— О чем ты говоришь? Я не могу прятаться!
— Черт возьми, ты должна!
— Черт возьми, нет! Если я нуждаюсь в защите, то полиция ее обеспечит.
— Местная полиция?
— Или офис шерифа.
Она до сих пор не видела общей картины.
— Холли, любой сотрудник полиции или офиса шерифа является подозреваемым. Все, кто был в здании суда, когда произошла стрельба, являются подозреваемыми, а это десятки сотрудников. Любой, кто якобы пытался задержать стрелка, мог быть самим стрелком.
Она прикусила губу.
— Сколько полицейских вчера не было на дежурстве?
— Не имеет значения. Любой из них может дать правдоподобное объяснение, почему находился в здании.
— Верно, но Нил Лестер тщательно проверил бы...
— Нил в списке подозреваемых.
— Что? Он — ведущий следователь.
— И идеальный кандидат на роль стрелка. — Увидев испуганный взгляд Холли, он инстинктивно сжал ее бедро. — Расслабься. Плохая шутка. Это был не Нил. Он и близко не настолько изобретателен, к тому же крупнее и выше стрелка.
— И у него другой цвет волос.
— Кроме того, какой у него мотив? — Кроуфорд неохотно убрал руку с ее бедра. — Все равно, я хотел бы, чтобы кто-то другой расследовал это дело. Нил скорее бюрократ, чем полицейский. Он мечтает в один прекрасный день оказаться в кресле шефа, а до тех пор хочет быть у шефа на подхвате. Его приоритетом будет в первую очередь прикрыть свою задницу, а не твою.
— Как он отреагирует, когда ты ему расскажешь?
— Обделается от страха, простирнёт бельишко и пойдет докладывать шефу. Слухи здесь распространяются быстро, и завтра об этом будет знать весь город, а значит, и преступник. Он уйдет в подполье, — понизив голос до шепота, он сказал: — Пока не попытается снова.
Холли обхватила себя руками.
— Еще не установлено, что целью была я.
Кроуфорд не собирался снова спорить по этому поводу.
— Кем бы он ни был и каковы бы ни были его мотивы, он убил Чета. Мне нужен этот сукин сын, и я его достану.
— Я думала, ты хочешь дистанцироваться от расследования.
— Я пытался, но мои шансы получить опеку над Джорджии пошли прахом в тот момент, когда я побежал за стрелком. Не утруждайся, — сказал он, увидев, что она собирается возразить, — мы оба знаем, что это правда. Я в деле, даже если этого не хотел. Нилу это не понравится, но если заартачится, напомню, что мне не нужно его разрешение. В любом случае, его шеф просил меня о помощи. Но прежде нужно убедиться, что ты защищена.
— Я не могу откладывать работу и жизнь на неопределенный срок.
— Зал заседаний все еще является местом преступления. Ты все равно не смогла бы там работать.
— Я могла бы временно воспользоваться другим залом.
  
— И подвергнуть опасности не только себя, но и всех вокруг.
Ее плечи поникли.
— Как Чета.
На мгновение воцарилось молчание, а когда Холли снова заговорила, то продолжила спорить:
— Я не могу исчезнуть с глаз общественности. Я баллотируюсь на высокий пост.
— Тебя чуть не убили. Все поймут, если возьмешь несколько выходных, чтобы прийти в себя.
— И пусть Грег Сандерс изобразит меня трусихой?
— Это плохо отразится только на нем.
Она опустила голову.
— Я могу вообще сойти с дистанции.
— Тогда ты действительно будешь выглядеть трусихой.
— Это было бы не только из-за стрельбы, — тихо сказала она.
— Из-за чего еще?
Она бросила на него многозначительный взгляд.
Кроуфорд поерзал на сиденье.
— Я думал, мы уже все забыли.
— Как ты сказал, такое нельзя просто отменить.
— Но и влиять на твое будущее это не должно. Я буду молчать. Никто не узнает.
— Мы знаем.
Ее тон тревожно напоминал разговор с Конрадом и побудил Кроуфорда спорить еще усерднее:
— Не дури, из-за такого карьеру не губят. С натяжкой это продолжалось всего две минуты. Мы даже не поцеловались, ради всего святого!
— Не имеет значения, длилось ли это несколько минут или весь день. Я нарушила этические нормы. Ты — доверитель в одном из моих незавершенных судебных дел. Нам запрещено даже разговаривать наедине, не говоря уже... — она сделала паузу, а когда заговорила, голос был едва слышен. — Так вот почему ты это сделал?
— Прости?
Она глубоко вздохнула и посмотрела ему прямо в глаза.
— Так вот почему ты пришел ко мне домой? Так вот почему ты это сделал?
Кроуфорд очень надеялся, что неправильно ее понял в первый раз. Однако она повторила, и выразилась совершенно ясно.
Он начал закипать.
— Так вот почему я это сделал? Я?
— Ты же понимал, что я не смогу председательствовать на следующем слушании по опеке, после... после...
— После того, как трахнула меня на своем диване? — он хмыкнул и понимающе кивнул. — Я все думал, когда же ты соберешься с духом.
— Для чего?
— Чтобы возложить вину на меня, — теперь Кроуфорд кипел от злости. — Могу задать тот же вопрос вам, судья. Зачем вы это сделали? Может быть, чтобы просто умыть руки и не принимать сложное решение? — он горько усмехнулся. — Я практически слышу, как вы оглашаете решение: «Суд не может отдать этому человеку опеку над дочерью. Он безрассуден, неуравновешен и аморален. Он не может контролировать свои порывы, свой характер и свой член».
— Это несправедливо.
— Я скажу тебе, что несправедливо. Плакать, уткнувшись мне в грудь, а потом обвинять, что отреагировал на твои «пожалуйста, трахни меня» взгляды.
Они сверлили друг друга глазами и не заметили, как к машине кто-то приблизился. От громкого стука в боковое окно оба чуть не подпрыгнули. Холли прижала руку к груди, будто боялась, что сердце выпрыгнет, потянулась к кнопке, чтобы опустить запотевшее окно, но потом вспомнила, что сначала нужно завести машину.
Когда окно опустилось и появилось лицо Нила Лестера, Кроуфорд злобно выругался.
Нил смерил их по очереди суровым взглядом.
— Что ж, это интересно.
 Глава 12
Они отправились в ночное кафе на окраине города. Кроуфорд ехал впереди, Холли за ним, Нил замыкал. Прежде чем отправится в путь, он напутствовал их строгим предупреждением: «Даже не думайте сбежать», хотя они и не собирались.
Клиенты кафе состояли в основном из дальнобойщиков, которые сидели на табуретках у стойки, поглощая жаренную во фритюре еду. Кроуфорд вошел в зал первым и направился к отдельным кабинкам. Он жестом пригласил Холли занять место с боку, сел рядом и постарался не раздражаться, когда она максимально увеличила расстояние между ними.