Охотники за книгами Сезон 1

Асанти устало махнула рукой, будто стирая свои предыдущие слова.
— Ты прав. Конечно. Я просто…
— Ты страшно вымоталась, — вмешалась Грейс. — Как и все вы.
Себя Грейс в это утверждение не включила, но было видно, что последние часы изнурили даже ее.
Менчу осмотрел свой небольшой отряд.
— Здесь мы в безопасности. Гарантирую.
Неважно, что было тому причиной — привычка, преданность или отчаяние, но они ему поверили.
***
Менчу сам нес первую вахту. Остальные спали — все, кроме Грейс, которая, поняв, что убедить Менчу передохнуть ей не удастся, побрела к дальним полкам в поисках чего-нибудь почитать. Менчу знал, что ему стоило к ней прислушаться. Оставаться надолго здесь было нельзя, и нужно было поспать, пока есть такая возможность.
Менчу думал о своем отряде: они оказались у края пропасти. Один толчок — и восстановленное единство разобьется вдребезги. Менчу понимал, что исходящее от него чувство уверенности скрепляет остальных в одно целое, но поддерживали это состояние только импульс и адреналин. Стоит прекратить поступательное движение, вообще какое бы то ни было движение — и ему вряд ли удастся вновь сдвинуть соратников с места.
Постепенно члены отряда начали просыпаться: внутренние часы сообщили им, что снаружи рассвело, хотя увидеть это в пещере было невозможно.
Лиам, поднявшись, сразу же вытащил ноутбук.
— Есть тут сигнал? — спросил Менчу.
Лиам пожал плечами.
— У меня повторитель стоит. Все у нас в порядке.
Из-за стеллажей появилась Грейс.
— А нас не смогут выследить, если мы залезем в систему Братства?
Лиам бросил на нее презрительный взгляд.
— Я не собираюсь вводить пароль и проверять почту, — заметил он. — Достаточно зайти через любой VPN и почитать новости, а кто мы и где — никто не узнает. На прошлой неделе и так уже было много шума, Братству всяко придется придумать какую-нибудь легенду, чтобы объяснить случившееся.
— А, — сказала Грейс. А потом: — Я не к тому, что ты не можешь…
— Я в курсе, — не дал ей продолжить Лиам.
Потом повисла тишина, лишь пальцы Лиама постукивали по клавиатуре.
Примерно через час Сэл вздрогнула и проснулась, подошла к остальным, следом за ней — Асанти.
— Выяснили что-нибудь? — спросила Сэл. Она растерла въевшуюся в лицо усталость, но сумела ее разве что слегка перераспределить.
Лиам поморщился.
— Почти ничего. Ватикан выпустил пресс-релиз, якобы планировалось покушение на Папу, поэтому дворец закрыли для посещений. Помимо этого все как обычно.
— Дело рук Сэнсоун, — догадалась Грейс.
— Погоди-ка, — вмешался Менчу. — Открой вон ту статью. В самом низу.
Речь шла о небольшой заметке, которую легко было пропустить среди всевозможных кнопок и ссылок. Когда Лиам вывел текст на экран, Менчу почувствовал, что у него внутри все похолодело.
Сэл сощурилась.
— Это что, на латыни?
— Да, — подтвердила Асанти.
Менчу даже не хватило сил кивнуть.
— И что там сказано?
Менчу не ответил, тогда Асанти придвинулась к экрану и начала читать. Заметка была короткая, в несколько строк, и Асанти быстро разобрала, что к чему.
— Господи, Артуро. Сочувствую.
— Что там? — снова спросила Сэл.
Вид у Лиама был столь же недоумевающий.
— Скажи им, — попросил Менчу Асанти, а сам развернулся и отошел в сторону. Ему не хотелось сообщать такие новости. Произнесешь слова вслух — и ощутишь их реальность. Даже произнесенные мягким контральто Асанти они прозвучали мучительно.
— Тут сказано, что в Ватикане начали процедуру лишения отца Менчу сана, — произнесла она.
Он заткнул уши, чтобы не слышать выражений сочувствия и недоумения. Сейчас ему этого не вынести. Артуро Менчу дошел до предела, силы его иссякли.
  
2
 
Если верить наручным часам, Сэл провела в темной пещере меньше суток. А казалось — много недель. Вымоталась она страшно, но стоило лишь попытаться заснуть — и становилось ясно, что Рука набирается сил, рвется на волю. Когда же заснуть все-таки удавалось, Сэл снились страшные сны про экзорцизм, про огонь на коже, про Перри, заточенного в крепости демонов.
 
Крепость демонов в демоническом измерении. Душа ее брата в адской темнице, c этим миром Перри связывает только его тело, в котором Сэл пытается поддерживать жизнь — в тайной клинике Ватикана. Сколько она заставила его страдать ради надежды, что он к ней еще вернется?
И на что я обрекла его теперь, бросив?
Она будто воочию видела страдания Перри, и это не демон держал его в некой жестокой пародии на загробное существование — Перри терзали руки самых бесчеловечных сотрудников Второго отряда. Голоса Леденца и Тянучки нашептывали: «Не можем добраться до тебя — доберемся до него».
Сэл содрогнулась и села. Видимо, ее сморил сон. Она надеялась, что сморил. Но это сновидение не отпускало. Если Леденец и Тянучка сообразят, что ее брат — беспомощный заложник Ватикана, они попытаются надавить на нее, используя его. Попытаются ли они незаметно вставить свои угрозы в ватиканский пресс-релиз, как вот вставили новость про Менчу, чтобы тем самым выманить их из укрытия? В глубине души Сэл понимала, что не сдержится и проглотит эту наживку.
Голос в голове прошептал: «Он же твой братишка. Защити его».
Вот только Сэл понятия не имела, как спасти брата, не попав при этом в руки Леденца и Тянучки. А мертвая она Перри уж точно не спасет.
Хуже того, Сэл даже не могла до конца доверять своим мыслям. Ведь в голове у нее так и сидела, нашептывая, Рука.
Зато в одном Сэл была полностью уверена: если она не вырвется из этого подземелья и не проветрит голову, она просто сбрендит.
***
Сэл посмотрела на затянутое облаками небо. Рим был близко, она различала сияние городских огней на горизонте, однако достаточно далекое; в безоблачную ночь ей наверняка удалось бы разглядеть звезды. Сэл пробиралась меж теней в оливковой роще, замирая при каждом шорохе.
Если подумать, это не самый лучший способ успокоить нервы — ускользнуть в темноту. Но здесь она, по крайней мере, не провалится в сон.
Треснула ветка — Сэл замерла.
Она никого не видела, но от этого тишина становилась лишь еще более зловещей. То, что тебя наверняка ищут, еще не повод перестать быть параноиком.
Сэл уже почти убедила себя в том, что ей все это кажется, когда от тени изогнутого ствола отделилась фигура. Сэл затаила дыхание. Фигура двинулась ей навстречу.
Слишком поздно — без столкновения не обойтись. Но кто бы это ни был, он не знает, где остальные, — в противном случае преследователи ждали бы ее у выхода из убежища. Это помогло Сэл расставить приоритеты. Главное — не дать им выйти на остальных. Сбежать, если получится. Не получится — что ж, за последние двое суток ей уже случилось однажды умереть. Будем надеяться, что на сей раз все случится быстрее и необратимее. Сэл дождалась, пока фигура скользнет в другую тень, а потом со всех ног пустилась прочь от убежища. Раны в боку, оставленные хлыстом, жгло и тянуло. Вот уж спасибочки, Второй отряд.
Поначалу Сэл держалась среди деревьев, полагая, что под прикрытием все-таки безопаснее, — вот только в результате не было никакой возможности определить, оторвалась она от таинственного преследователя или нет. Нужен был план посущественнее, чем просто «спасайся бегством».
Ну ладно. Придется вывести преследователя за скобки. Приняв решение, Сэл стала подыскивать возможность.
А, вот. Три шага, два, один… Она прыгнула, ухватилась за ветку, попробовала подтянуться и затаиться.
Но тут ее схватили за ногу. Когда он успел сократить расстояние? Хватка преследователя была чудовищной силы. Сэл пнула его изо всех сил, но вырваться не сумела.
 
Голос снизу прошипел:
— Сэл! Прекрати!
Сэл лягнула с еще большим остервенением. Но ее резко дернули за ногу, и Сэл свалилась с ветки.
Через миг она, ошалевшая и запыхавшаяся, лежала на земле, прижатая огромной тяжестью. Голос снова прошептал: