Заберу тебя у отца (СИ)

Хозяйка бардака. Вот точное определение, которое формируется у меня про дочку полковника. И в данный момент она безусловно наводит свой бардак у меня в голове.
- Расскажи о себе, - с грохотом ставит возле меня тяжелую кружку Софа, и усаживается напротив, с ногами забираясь на стул.
При этом свитер снова ползет вверх, так, что я вижу кожу бедер, и делаю большой глоток кипятка, отворачиваясь в стену. Твою мать, что за непосредственный взгляд и это наигранное «ачотакова» на лице?! Если так пойдет и дальше, я не то что два дня, я и сутки не выдержу!
- Что конкретно тебя интересует?
- М-м… Посмотрим. Был ли женат, с кем живешь, как проводишь свободное время?
- Честно говоря, не могу представить, в какой ситуации тебе может понадобиться подобная информация.
Я специально произношу это строгим тоном, пытаясь отбить у девчонки желание спрашивать дальше. Но она лишь пожимает худыми плечами – и с прихлюпыванием отхлебывает чай.
Я столько раз раздражался, когда вокруг меня вот так неловно брали горячую кружку, полностью игнорируя ручку, и двумя пальцами обхватывая за края. А затем подносили ко рту, с посторонними звуками пытаясь пить, так, что все вокруг слышали, что происходит.
Но на удивление, на Софу я смотрю без всякого раздражения, и даже нарочно не получается его вызвать. Может, все дело в том, что девчонка как будто совсем-совсем не старается произвести впечатление? Не жеманничает, и не старается добавить взрослости в свои действия, на деле выглядя еще более неуклюжей? Она словно такая, как и всегда – и моя компания, хоть и безусловно приятна ей, не заставляет выглядеть фальшиво.
Ну или я просто по полной запал на эти кайфовые бедра, и теперь вообще похрен, хлюпает ли она чаем.
- Не женат, детей нет. Живу один, свободного времени почти не имею. А если имею – то просто побольше сплю, потому что до хрена работаю. – Зачем-то отвечаю я чистую правду, хоть и Софа больше не просит, а просто крутит в руках конфету.
На этих словах лицо девушки сияет, и она поднимает на меня этот свой вновь горящий взгляд. Вот чем эта создание там любуется? И отчего ответ совсем не в стиле романтических историй так ее радует?
- А я люблю вязать, - без моего вопроса заявляет девушка, и запихивает в рот конфету, - еще учусь, смотрю сериалы… М-м… Читаю. У тебя есть любимые сериалы?
Я напрягаю память, и кроме «Игры престолов» не могу вспомнить ничего, что хотя бы начинал смотреть. Но это настолько избито, что я ничего не отвечаю – и Софа снова утыкается в чашку, переставая ждать ответ.
Да, так даже лучше. Нам с ней не стоит углубляться друг в друга, общаясь на такие темы. Просто проживем два дня вместе – и прощай, девочка-трагедия. Если честно, мне в жизни итак хватает встряски.
- Завтра с утра я отвезу тебя на учебу, - говорю, когда спустя пять минут тишины мы допиваем этот треклятый чай, - затем уеду на работу, и после пар заберу тебя домой. Во сколько ты заканчиваешь?
- К двум, - поднимается Софа, и я снова трачу дохрена сил, чтобы отвести взгляд в сторону, - а может, ну ее, эту учебу? Проведем день дома…
- Софа, - угрожающе начинаю я, и тут же осекаюсь, когда вижу от своего тона всполохи предвкушения в карих глазах, - кхм. Мне все равно нужно на работу, хотя бы до двух. Потом домой. Без меня – никуда, ты поняла? Если что, сразу звонить, если будут спрашивать на счет этого…
- Свистунова? – подсказывает Софа, хоть я и хотел сказать намного крепче.
- Да, его. В общем, никому ничего не отвечать, ты ничего не знаешь и не в курсе. Поняла?
- Да, сэр. – Смеется девушка, и я сам понимаю, что заговорил с ней в «рабочем» тоне.
Ну, ей, очевидно, не привыкать. Я собственноручно споласкиваю наши кружки, радуясь, что полковник освободил меня на полдня от работы, дабы я исполнял роль няньки его дочки. Но с другой стороны – лучше внеурочная на месте преступления, чем лишние полдня с этой…
Неожиданно со спины меня обнимают тонкие руки, и я чувствую, как небольшая. Но упругая грудь прижимается через ткань к спине. Не успеваю даже подумать, как одним приученным движением одной рукой разворачиваю девчонку, и прижимаю к холодильнику спиной.
 
- Ты что творишь?! – вглядываюсь в слегка растерянное, но улыбающееся лицо.
- Ну и резкий, - выдыхает Софа, и снова дарит широкую улыбку, протягивая свободную руку к моему лицу.
Это ненормально. Это просто, блять, уже за гранью! Как мне тут быть, если через пару часов знакомство и несмотря на все предостережения меня едва ли не в открытую соблазняют?!
- Софа, - наклоняюсь к краснеющему, как будто смущенному лицу, и чувствую запах теплой кожи и сладость конфеты от влажных губ.
Проклятье. Что я хотел ей сказать?!
- А? – наклоняет голову дьяволенок, и ее прохладная рука ложится на мою шею, заставляя напрячься всем телом.
Так, Роб, пора взять себя в руки. Или тебе напомнить, что сделает Березнев, если ты хоть пальцем тронешь его дочь?
Хотя я итак держу ее двумя руками, и буквально вжимаю в холодильник…
- Значит так, девочка, - чеканю слова, умело прикрывая сухость в горле за злым тоном, - заруби на своем вздернутом носу – ни твои голые полужопья, соблазнительные позы и открытые лапанья никак меня не трогают, ясно?! Мне не интересны проблемы, и уж точно не прельщают неумелые попытки играть во взрослую обольстительницу!
Я говорю это, одновременно отодвигаясь от девчонки, которая прикусывает губу, с каждым моим словом хмурясь все сильнее. Мне и самому страшно от того, насколько жестко звучат эти фразы – но иначе просто не представляю, как ее от себя отвадить.
Тем более что это совсем не то, что я на самом деле хочу.
Я отворачиваюсь, убирая кружки на место, и даже поворачивая ручки в правильную сторону. Затем возвращаю взгляд к Софе, готовый к чему угодно – слезам, обвинениям, сбеганием в свою комнату.
Но уж точно не к хитрому прищуру и новой улыбке.
- Ты ненормальная, да?
- Прости, но все это звучало бы о-очень убедительно, не знай я наверняка, как сильно тебя волнуют мои «полужопья».
- Чего?!
В ответ Софа медленно подходит ближе, прося меня наклониться и шепчет прямо в ухо, заставляя все тело напрячься от расползающегося желания:
- Ты ведь даже не заметил, что вместо чая у тебя в чашке был простой кипяток.
И после этого, одаривая еще одной улыбкой, девчонка разворачивается, виляя задницей, и покидает кухню, оставляя меня переваривать услышанное.
Глава 10 
Глава 10
Софа
Единственное, о чем я жалела в тот миг, когда говорила Робу про чай – это то, что у меня нет с собой фотоаппарата.
Потому что, ну правда, для потомков (наших, разумеется!) было бы неплохо иметь фото полной растерянности на всегда невозмутимом лице. Клянусь, на секунду мне даже стало его жалко – но всего на секунду, потому что его слова таки пробили брешь в моей уверенности.
В свою спальню я вхожу, прикрывая за собой дверь, и подходя к зеркалу в полный рост. Придирчиво оглядываю слегка влажные, с легким пушком волосы, и поворачиваюсь боком, вытягивая ноги.
Да, могли быть и подлиннее. И лицо после всего случившегося выглядит бледным, усталым. Я всегда знала, что не выгляжу кукольно и не подхожу под многие стандарты красоты. Но всегда принимала себя такую, с громким странным смехом и умением влипать в неприятности.
Но что, если Робу нравятся… Другие? И тот поцелуй в прихожей был просто желанием развлечься с новым типажом девушки?
Я трясу головой, отгоняя дурацкие мысли, и решаю, что на сегодня хватит борьбы. Слишком много всего – и мозг уже с трудом соображает, отказываясь генерировать удачные идеи.
 
Я прямо в свитере заворачиваюсь в одеяло, приглушая свет, и оставляя легкий полумрак в комнате. Надеюсь, Роб сам устроится в зале… Подушки с одеялами-то у него есть.
Хихикнув, я прикрываю глаза, и в этот момент само собой в памяти вспыхивают события этого вечера. Лицо Свистунова, его потные руки на теле, и желание в глазах, перекликающееся с уверенностью «я имею на это право». Мгновенно холодный пот прошибает успевшее расслабиться тело, и я пулей подскакиваю в кровати, едва сдерживая рвотный позыв.