Навий мир (СИ)

Но Дарья, как-то весело и даже зло подмигнув мне, резко встала из-за стола и чуть ли не трусцой побежала на выход из кафетерия. «Ну, уж нет, – подумал я, – я так этого дела не оставлю. Я теперь из принципа узнаю, что там за родители такие, от которых приходится бегать и скрываться». После чего, закинув сумку на плечо, я буквально рванул следом за этой странной девушкой.
Ещё сильнее мне пришлось удивиться, когда Дарья вместо того, чтобы остановить машину или отправиться на остановку общественного транспорта, стремительно повернула в проулок. Я помотал головой, вдруг где-то за ней идёт слежка, но ничего не заметив, словно в шпионском детективе поспешил в том же направлении. А ещё через минуту петляния по укромным подворотням я оторопел, потому что красивая и даже стильная Дарья, полезла в старое и заброшенное здание.
  
К сожалению, в последние годы таких развалюх появилось множество. Большая страна распалась на 15 отдельных государств, и некоторые подобные избушки в центре города скупали бандиты для дальнейшей перепродажи застройщикам. Но бандиты постоянно враждовали и делили сферы влияния, а ещё умирали из-за внезапного кровоизлияния в разные части тела. Вот и стояли подобные «заброшки» долгие годы нетронутыми на радость местных бомжей и наркоманов. Однако эта необычная девчонка не выглядела ни бомжом, ни наркоманом, и делать ей там было нечего.
Я же в свою очередь чуть-чуть потоптался снаружи, не решаясь сунуться внутрь заброшенного дома, а потом, прошептав себе: «была не была», юркнул в повисшую на одну петлю старую дырявую дверь. А дальше меня окутал невероятно очень плотный туман. «Что за хрень?!» – выкрикнул я про себя и резко рванул обратно, но оказался в совершенно незнакомом месте.
  
Глава 2
 
Я нерешительнонесколько раз повернулся вокруг своей оси, потряс головой и протёр глаза, но бетонные останцы домов и высокие и мощные деревья, которые росли поверх руин какого-то заброшенного города, никуда не исчезли. А на мой немой вопрос: «Куда делась дверь, что перенесла в эту неизвестную страну?», ответом было могильное молчание.
– Что за хрень? – пролепетал я, когда увидел на небе солнечный диск больше нашего земного светила примерно в три раза.
Кроме того мелкие кучевые облака медленно ползли по небосводу, который имел необычный светло-оранжевый оттенок. «Ну ладно дверь куда-то пропала, куда-то запропастился грёбаный туман, но куда подевалась девушка Дарья? – пробормотал я про себя. – Она ведь несколько секунд назад тоже вошла в эту долбанную дверь? И что мне теперь прикажите делать? Куда идти? Куда к ядрёной фене поворачивать?».
И вдруг меня кто-то услышал, точнее, услышал ход моих нелепых мыслей, потому что некая тварь громко и истошно завыла откуда-то с верхотуры огромного дерева, которое простиралось вверх на высоту десятиэтажного дома. «Это же по мою душу!» – дошло до меня, и я рванул из всех сил в сторону небольшого просвета между деревьев, где возможно находилась либо дорога, либо какая-то просека. Секунда, другая, сердце колотилось в груди словно молоток, которым сосед долбит по смежной стене, вбивая в неё огромный дупель, а я всё летел вперёд, перепрыгивая через камни и коряги, боясь обернуться назад. Ведь там, за спиной, кто-то хлопал гигантскими крыльями и орал на весь лес: «Эээээуууу!».
А когда звук этого нечеловеческого рёва стал накатывать на меня с неумолимой скоростью, я просто представил себя маленькой мышкой и нырнул в какую-то канаву, угодив лицом в жидкую и липучую грязь. «Хуууу!» – нечто просвистело над мои затылком. И я, наконец-то, увидел, что это было на самом деле. Я рассмотрел трёхметровые перепончатые крылья, которые могли принадлежать как допотопному птеродактилю, так и невероятно огромной летучей мыши.
– Вот значит, от кого бегала красавица Дарья, когда сигала из этого хрен знает какого-то мира в наши мирные и спокойные 90-е годы, – криво усмехнулся я, стерев с лица грязь рукой. – Где же вы мои дорогие бандиты и рэкетиры? Всё бы отдал, чтобы вернуться обратно к нашим пивным ларькам, к рыночной толкучке и даже в студенческую общагу, где тебя могут накормить, напоить, а так же ограбить и избить.
А крылатая тварь тем временем сделала разворот, и я увидел морду этой с позволения сказать птички-невелички. На меня красными и озлобленными глазами смотрела рогатая харя с человеческими чертами лица. «Беги, Арс! Беги!» – возопило всё моё существо, и я пулей выскочил из ямы и полетел, сверкая пятками, в противоположную сторону, куда было бежать нельзя, потому что дальше простирался один глухой лес и бетонные останцы домов. И я понимал, что там в глуши меня ждёт медленная смерть, однако за спиной меня ждала смерть мгновенная и бы даже сказал моментальная.
И вдруг в моей голове что-то перещёлкнуло, и я за какую-то долю секунды нашёл выход из этой тупиковой ситуации. «Давай представим, что я - средневековый пикинёр и на меня несётся вражеский всадник, закованный в броню, – прошептал я сам себе, заметив валяющий на дороге, заточенный на одном конце длинный и деревянный шест. – Значит нужно упереть эту штуку одним концом в землю, а лучше во что-то более твёрдое, а другим острым концом встретить врага, повернувшись к нему лицом».
После чего я добежал до этой валяющейся длинной палки, которую наверняка кто-то уже использовал подобным образом. А потом взял её в руки и прижался спиной к стволу мощного и высокого исполинского дуба. Тварь же либо не рассмотрела оружия в моих руках, либо посчитала, что я сдался на милость победителю, и через три секунды расставив в стороны когтисты лапы, что больше походили на руки культуриста, с громким ревом налетела на меня. И мне ничего не оставалось, как эту деревянную пику направить точно в грудь этого крылатого беса.
– Ээээ, – просипела летающая тварь, насадившись на пику, словно кусок мяса на острый шампур и притихла, скорее всего, навсегда.
– Извини, братец, ты сам виноват, – пробормотал я. – Не хрен было меня пугать.
– Э, – тварь резко дёрнулась и вновь открыла глаза.
И я моментально рванул из этого проклятого места туда, где был виден просвет между исполинских деревьев. «Спасение утопающих - дело рук самих утопающих, – пробормотал я про себя. – Но иногда так хочется, чтобы хоть кто-то протянул руку помощи». С этими мыслями я выбежал на широкую и длинную просеку. Примерно в ста метрах от этого необычного леса, который рос на руинах заброшенного города, виднелся другой лес, в который мне соваться тоже как-то не хотелось. Поэтому, пробежав ещё метров тридцать, я остановился и стал лихорадочно соображать - на запад мне идти или на восток.
Судя по тени, что отбрасывало огромное по земным меркам местное светило, ломать голову времени не было. В моём распоряжении оставалось не больше трёх часов. А потом на всю эту жуткую местность опуститься ночь, и что-то мне подсказывало, что кроме летающих бесов, здесь появятся существа и пострашнее.
– Что ж, иду за солнцем, – пробурчал я себе под нос. – Ибо на западе ночь наступит хоть чуть-чуть, но позже, чем на востоке. Только-только жизнь стала налаживаться, – заворчал я, шагая за местным солнцем, – деньги появились, съёмная квартира. Лаборантка Аннушка начала делать тонкие намёки на толстые обстоятельства. Так какого лешего я сюда влез? Хотя ясно какого - девочка красивая понравилась, решил с ней поближе познакомиться. Вот и познакомился. В общем, всё зло от баб.
***
На исходе двух часов ходьбы, за которые я преодолел около десяти километров, вдалеке показалось строение смутно похожее на средневековую башню. Правда высота её была не выше трёх или четырёх метров. Но не это главное - над башенкой поднималась тоненькая и извилистая струйка дыма. И мне не требовалось быть провидцем, чтобы догадаться, что за стенами из крупных каменных блоков что-то или кого-то поджаривают.
  
«Если это людоеды, то скажу, что я тоже людоед и жрать хочу, – подумал я. – Если это окажутся разбойники с большой дороги, то представлюсь Робин Гудом, который отбился от своей разбойничьей шайки и заявлю, что готов влиться в дружные ряды нового бандформирования. Ну а если это мирные селяне, то попробую обменять российские рубли на миску супа и тарелку каши. Другого выбора у меня нет».