21,55,01 (СИ)

Оксана заняла кресло за одним столом. Второе пустовало. Женщина жестом пригласила нас занять место напротив. Александр без раздумий уселся за кресло за вторым столом, а я осмотрелся в поисках стула. Он нашелся под календарем и часами.
Когда я придвинул его к Александру и сел, Оксана откашлялась. Выровняла спину, сложила пальцы в замочек на столе и посмотрела на нас полуприкрытыми глазами. Ее взгляд был легким, едва заметным, как морской бриз.
— Предлагаю перейти сразу к делу, — предложила она. — Можете звать меня Ведущей. Скрытые часто прибегают к псевдонимам. Когда у тебя множество имен, они упрощают жизнь.
— Я — Александр Кузнецов, исследователь Былин, — представился Александр и перевел на меня взгляд.
И я понял: моя очередь.
— Меня зовут Теодор Рязанов, — слегка поклонился я. — Я местный ведьмак.
— Рязанов, — медленно повторила Ведущая фамилию, словно пыталась распробовать каждую букву на языке. — До меня доходили слухи о местной ведьме. Предполагаю, вы приходитесь ей родственников.
— Так и есть, — согласился я.
Дрожь в коленках не унималась. Хорошо, что я сижу, и она не так заметна. Толстовка промокла насквозь от пота. Я невольно искал выходы. Первой на глаза бросилась дверь, через которую мы вошли в кабинет. Успею ли я сбежать через нее? Если брошусь сейчас, то, вероятно, умру. Ведущая запросто схватит меня и прижмет к полу. Что насчет небольшого окошка? На нем снаружи висели белые прутья. Кроме двери выходов больше не было.
Я вжался в спинку стула, лишь бы увеличить расстояние между собой и Ведущей.
— Только второе поколение. Уверена, многие одиночки обрадуются, когда услышат о вас. Готовьтесь к наплыву деловых партнеров. Вы только подготовьтесь, а то на вас династия Рязановых и завершится.
Я кивнул. Почти все ее слова пролетели мимо ушей. Но я разобрал, что скоро в Лягушево нагрянут еще черти. К счастью, одиночки.
Увы, моя неуверенность не ускользнула от Ведущей. Она покачала головой.
— Вы не знаете, — решила Ведущая. — Как печально.
Александр сбоку от меня цокнул.
— Теодор новичок, — признался он.
— Я знаю. На нем всего три раны. И-то одна уже почти затянулась, — сказала она и улыбнулась мне. — В знак доброй воли расскажу бесплатно. Чем больше ты работаешь с определенными Скрытыми, тем проще тебе найти их, говорить с ними и вести дела. Можно назвать это эффектом накопления. Ты вкладываешь свое дорогое время и усилия, и мы отплачиваем тебе своим расположением. Но чем могущественнее становится фамилия, тем меньше желающих столкнуться с тобой. За людьми наблюдается неприятная особенность. Уж сильно вы любите порабощать бедных Скрытых. Поэтому обеспокойся поиском постоянных деловых партнеров. Тех, кто согласятся помогать твоей фамилии веками.
— Думаю, вы говорите о себе.
— О нет, — хохотнула Ведущая. — Моя Пляска любит свободу. Мы не ищем друзей среди людей. Такая дружба крайне… недолговечна.
В кабинете воцарилась тишина. Лишь удары секундой стрелки эхом отскакивали от стен, да тихие шаги и отдаленные разговоры радостных посетителей заползали в помещение сквозь щель под дверью.
— Вы в городе ради торговли, — нарушил я молчание, прежде чем оно стало неловким.
— Именно, — кивнула Ведущая. — После смерти прошлой ведьмы мы повысили вашему городу оценку привлекательности.
— Не знал, что черти выставляют городам оценки, — сказал Александр. Похоже, сказанное удивило его. Он подался вперед.
— Одиночки разносят новости. Предупреждают о передвижениях сильных семей, о смертях неудобных мистиков и о смене владык и членов Советов.
— У вас по всей стране шпионская сеть, — догадался я.
— Скорее список оценок с советами, куда лучше не соваться ближайшие десятилетия, — поправила Ведущая. — Скажу по доброте душевной, раньше у вашего города была отрицательная оценка. В основном из-за ведьмы-самодура и ее… неуравновешенности и кровожадности. Одиночки пропадали в Лягушево, возвращались с новостями лишь единицы. Пляски такое не любят. Поэтому мы избегаем мест, откуда можем и не вернуться.
  
— Понятно, — сказал я. Мне все равно на то, что натворила эта женщина. Ведущая любила поговорить. Видимо, это свойственно для долгожителей. Я глубоко вздохнул и задал главный вопрос: — Мне нужны годы жизни. Скажите цену.
Ведущая прищурилась. На секунду стрельнула взглядом в Александра, но вновь вернулась ко мне.
— Люблю молодых мистиков, — улыбнулась она. — Вам не сидится на месте. Всегда рветесь вперед.
— Цена.
— Нас привлек ангел. А также новости о должнике и девочке, что дожидается Ничтожного. С удовольствием заплатим годами жизни.
— В Лягушево запрещено призывать ангелов, — сказал Александр. — Как и демонов, Ничтожных и Внешних. Также мы не жалуем кровожадных богов.
— Благоразумные ограничения, — заметила Ведущая. — Но в вашем городе уже есть ангел, и явился он не по своей воле. Его призвали. Думаю, не один из вас. Значит, у вас есть теург. Я желаю встретиться с ним. Уверена, мне есть, что предложить как начинающему, так и опытному мистику.
— Вы упомянули должника и девочку, — напомнил Александр.
Сволочь! Именно ангел стоит для них во главе угла. Лучше бы и дальше говорили о нем, а не обо мне и Наде.
— Помимо новостей о смерти прошлой ведьмы, до меня доходили слухи о должнике и его долге. Я предлагаю Совету избавиться от головной боли. Готова заплатить за обоих. Среди моих экспонатов много полезных. Даже найдется кое-что для вас, — кивнула она на Александра. — У всех есть злейшие враги или неудобные союзники. В моей коллекции есть две Былины-мины. Крайне опасные и мучительные. Они редки, поэтому могу рассказать бесплатно, что они такое.
Из глаз Александра пропал огонек жизни, а вечно приподнятые уголки губ опустились. Он сгорбился, кашлянул в кулак.
— Знаю, — коротко ответил Александр.
Ведущая стыдливо прикрыла рот рукой и излишне часто заморгала. В жесте сквозила фальшивость и… насмешка. Казалось, ответ Александра позабавил ее не хуже газетного анекдота. Она что-то знала. Поэтому Ведущая упомянула Былины-мины. Поэтому надавила на больное место Александра. Похоже, черти многое знали о Лягушево и местном Совете.
По спине пробежал холодок. Секундочку… Если они знали про Александра и Совет, значит, ведали и обо мне, и о Наде. Тогда почему Ведущая говорила о девочке и должнике, как о чужих людях, будто и не болтала с одним из них прямо сейчас?
— Моя черствость и недальновидность нередко выходят Пляске боком, — прижала Ведущая руку к груди. — Прошу, расскажите о вашей беде. Возможно, у меня найдется решение.
Вот зачем она устроила этот спектакль. Таким образом, Ведущая добывала информацию о членах Совета. Думаю, она знала не все. Черти-одиночки разносили слухи, и Ведущая решила узнать из первых рук. На обратной стороне у всего была цена. Даже у знаний.
— Сомневаюсь, — откашлялся Александр. Он посмотрел на меня, как бы спрашивая: «не хочешь еще что-то узнать?». Я покачал головой, и Александр повернулся к Ведущей. — Лучше на этом закончим. Мы донесем до остальных членов Совета ваши намерения. Вы в городе за ангелом, девочкой и должником. И предлагаете на обмен свои экспонаты.
Ведущая кивнула.
— Вы прекрасно меня поняли. У моей Пляски найдется предметов на обмен для всех. Кроме лешего. Птички напели, что старый дух недолюбливает чертей. Он откажется от любого предложения, поэтому не буду и пытаться.
Александр молча встал и пошел к двери, я направился за ним. Нам не мешали. Дверь открылась без проблем: ручка не заела на полпути, замок не оказался закрыт, а петли не заклинило. На выходе из Дворца культуры я ощутил спиной колкие взгляды, но больше ничего.
Мы вышли на улицу, Александр шагнул в ближайшую улочку, оперся спиной на стену дома и закурил. Мерзкое изображение на упаковке было заклеено, даже надпись «Курение убивает» не виднелась за плотной бумагой.
Я не знал, как начать разговор, поэтому высказал все напрямую. Пляска приехала в город за мной. Совет без зазрения совести сдаст меня, ведь я приношу только проблемы.