За порогом

И действительно, вожак банды подошел поближе и театральным жестом призвал гудящую толпу к тишине. Как видно он был не лишен тщеславия и работал на публику.
"Сейчас предложит отдать все и тогда он нас отпустит", — продолжал капитан комментировать увиденное, все происходящее доставляло ему искреннее удовольствие. — "Хотя может вожак и не такой и идиот, скорее всего они вышли на дело первый раз и еще не успели запачкаться кровью — иначе бы не церемонились".
— Уважаемые господа, — преувеличенно учтиво начал главарь разбойников, — очень прияно повстречать вас здесь, на этой дороге. Видите ли, наша… э… компания несколько поиздержалась, и мы хотели бы попросить вас пожертвовать часть имущества в пользу… э… малоимущих.
"А чудак не лишен дара красноречия, интересно, откуда он такой здесь взялся. Явно не от сохи мужик, в отличие от остальных. Вон и меч где-то раздобыл. То ли дезертир то ли опустившийся дворянин. Скорее второе".
— И что вы можете предложить нам со спутником, если мы таки пожертвуем часть вещей хм, малоимущим, — на слове "малоимущих" капитан запнулся — нищими компания явно не выглядели.
— Мы э… — Похоже, вожак не был готов встретить таких сговорчивых "клиентов" и просто растерялся. Он запнулся на несколько мгновений, но так и не найдя подходящих слов крикнул во всю глотку, — бей их, ребята.
"Нда, переоценил я его красноречие", — успел подумать капитан выдергивая пистолет и нажимая на курок.
В то же мгновение лучники отпустили тетивы и с десяток стрел сорвались в полет. Полет вышел не долгим: за полметра от друзей стрелы наткнулись на что-то типа защитного экрана, поставленного магом. Поскольку Ариен был магом огня, стрелы вспыхнули и в мгновенье ока осыпались пеплом.
— Стоять ублюдки!!! — во всю мощь легких выдохнул капитан, от усердия даже привставая на стременах. Выработанный за годы службы командный голос не подвел и в этот раз. Толпа, вооруженная кто чем, замерла. Замерли они конечно не от того, что испугались крика. Вот только крик был подкреплен наглядной демонстрацией силы, причем силы магической — выстрел из пистолета в суматохе все также приняли за магию, благо Серов в скорости извлечения пистолета не сильно уступал распиаренным американским ганфайтерам. Так что разбойники вполне обоснованно приняли друзей за пару магов, что сулило им большие неприятности. В тишине было отчетливо слышно, как пытаются крутиться заржавевшие шестеренки в головах этих несознательных граждан. Похоже, они начали осознавать в какую дурно пахнущую субстанцию они вляпались. Некоторые, которые были посмышленее начали потихоньку смещаться в сторону кустов, однако под нехорошим взглядом мага как-то сразу увяли и больше дергаться не пытались.
— Кто у вас тут старшой? — Бывшие крестьяне неуверенно заозирались в поисках представителя руководства, но как видно таких не нашлось.
— Дык, ваша милость, вот он наш старшой, остывает ужо, — один из разбойников — мужик лет сорока-пятидесяти, выделявшийся среди других почтенным возрастом и густой бородой, взял себя в руки и решился поговорить с добычей, которая внезапно стала охотником.
Опять проявился странный эффект заклинания, обучающего незнакомому языку. Серов отчетливо понимал, что то, как говорит недавний крестьянин, не имеет никакого отношения к говору русской деревни. Не смотря на это он воспринимал говорящего именно так, как если бы перед ним был житель какой-нибудь глубинки в средней полосе России.
"А я даже не догадался спросить, распространяется ли знание языка на умение читать-писать, как же я это так затупил?" — удивился сам себе капитан. В слух же произнес:
— А еще кто-нибудь из командного состава есть?
Крестьяне опять стали опасливо переглядываться. Опыт их прежнего командира говорил о том, что главным быть, не только почетно, но и очень опасно. Будучи же только недавно оторванными от сохи они оставались людьми практичными до мозга костей: как говориться — лучше синица в руках чем…
 
— Понятно… — задумчиво протянул капитан, — тогда ты будешь главным.
Тот самый мужик, который откликнулся в первый раз и теперь неожиданно для себя получил руководящую должность, явно был не в восторге от такого поворота. Во всяком случае, по его лицу читалось, что ничего хорошего он от судьбы не ждет.
Внезапно маг, доселе наблюдавший за развернувшимся перед ним действием молча, не проявляя к крестьянам, в общем-то, никакого интереса, наклонился к Серову и тихо спросил:
— Может, поедем уже — за нами они уже не погонятся, а чистить окрестные лесса от всякой швали на это никакой жизни не хватит. Уж столько здесь всяких облав проводили — казалось бы, все уже могли бы понять, что разбойничать в округе можно только плохо и не долго, так нет — все время появляются новые. И откуда только берутся.
— Знаешь, — на лице капитана появилась хитрая улыбка, от которой некоторым в окружающей толпе стало не очень хорошо, — есть у меня одна мысля. Кажется, я нашел, где взять отряд наемников.
* * *
Сказать, что Ариен был удивлен — не сказать ничего. Причем удивлен он был со всех сторон. Нет, он уже привык, что его спутник полон сюрпризов, но вот магии за ним еще не наблюдалось. Впрочем, маг, в отличии от всех остальных заметил, что Серов воспользовался неким предметом, из которого вырвались языки пламени. Ариен еще раз убедился, что не зря пошел за своим спасителем, вот только любопытство… любопытство съедало его все сильнее. Что касается идеи создать отряд из крестьян… На первый взгляд идея была абсолютно бредовая. Бредовая на столько, что нормальному человеку в голову она бы и не пришла. Ну какие из крестьян наемники. Они же не то, что не знают с какой стороны за меч браться, у них мечей банально нет. Толпа вокруг была вооружена кто чем: вилы, плотницкие топоры, косы, обычные дубины. Единственными, кто мог принести хоть какую-то пользу, по крайней мере, на первый взгляд был десяток лучников. Впрочем, вооружены они были простыми охотничьими луками-однодеревками. Такие луки использовать в качестве боевого оружия — не очень. Низкая сила натяжения, соответственно невысокая дальнобойность, да и портятся быстро. Нет, таким оружием воевать нельзя.
Все эти соображения маг высказал Серову, На что тот ответил не совсем понятной Ариену фразой:
— Терпение, мой друг, Москва не сразу строилась, — и спустя пару мгновений добавил, — в любом случае я собирался тренировать отряд по своей системе. Этих, во всяком случае, переучивать не надо. Из них получатся хорошие воины. Лучшие воины всегда получаются из крестьян…
Если бы огневик мог заглянуть в мысли своего спутника, он бы увидел, что тот совсем не так уверен в своих словах, как пытается это показать.
Однако, не смотря на всю кажущуюся бедовость идеи, Серов развил бурную деятельность. Он слез с лошади, и ничуть не стесняясь того, что еще недавно эти люди хотели его ограбить и вероятно убить принялся командовать. Что самое интересное, крестьяне покорно выполняли команды. Как видно они не просто не успели осознать всю абсурдность ситуации.
Тем временем Серов быстро разбил толпу на пять десятков и над каждым поставил соответственно десятника. Всего получилось пять десятков, разбитых по типу наличного вооружения. Таким образом, образовался десяток лучников, два десятка "легкой пехоты" с топорами и дубинками и два десятка "копейщиков" с косами, вилами и импровизированными копьями.
— Отлично… — капитан отступил на несколько шагов назад, как бы осматривая свое новое воинство. Воинство, надо сказать, было еще то. Поделенные по десяткам и построенные в две линии они совсем не выглядели могучей силой. Бывшие разбойники с большой дороги, а теперь воины отряда наемников стояли, неловко переминаясь с ноги на ногу, сопя и тихо матерясь на свою нелегкую долю, и больше всего напоминали тех, кем они по большому счету и были — обычных крестьян, вовсе не от хорошей жизни, вышедших на дорогу.