Системный рыбак. Тетралогия (СИ)

Мы подошли к нему на рассвете шестого дня. И там нас ждал сюрприз.
Этот алтарь охранял не просто патруль. Здесь был целый гарнизон. Десять культистов‑людей и не меньше пятидесяти рыболюдов. Люди выглядели матёрыми бойцами, их уровень Закалки был явно не ниже седьмого‑восьмого, а то и выше. Культисты стояли плотным кольцом вокруг алтаря, а их оружие было наготове.
– М‑да, – протянул я, оценивая обстановку. – Похоже, нас здесь ждали.
  
– Что будем делать? – шёпотом спросила Амелия, выглядывая из‑за моего плеча.
– То же, что и всегда. Только в этот раз будет немного жестче.
Я вышел вперёд, высоко подняв медальон.
– Слушать сюда! – гаркнул своим самым командирским голосом. – Приказ старейшин! Всем рыболюдам немедленно присоединиться к моему отряду!
Рыболюды из охраны алтаря послушно двинулись в мою сторону.
Но люди в балахонах даже не пошевелились.
– Какой ещё приказ? – выступил вперёд их командир, здоровенный мужик, у которого на груди весел круглый жетон золотого цвета. – Мы получили прямое указание от владыки Ках’втула охранять этот алтарь любой ценой. И кто ты такой, чтобы отменять его приказы?
Вот же незадача. Похоже, встретился с кем‑то из местной элиты. С теми, кого медальоном не возьмёшь.
– Я тот, кто исполняет волю старейшин, – попробовал ещё раз. – А ты, похоже, этой воле сопротивляешься.
– Сопротивляюсь? – командир расхохотался. – Я служу секте уже двадцать лет! А ты кто такой? – он присмотрелся ко мне внимательнее, и я увидел, как его глаза расширились от понимания. – Это нарушитель! Тот самый, кого мы ищем! Убить его!
– Все рыболюди, убить этих предателей, – приказал я в ответ.
Слава богу среди людей не было никого с медальоном.
Семьдесят рыболюдов синхронно повернулись к десяти культистам и с утробным рёвом ринулись в атаку. Началась жесточайшая резня.
Культисты‑люди дрались яростно. Они превосходили моих болванчиков в силе, скорости и сообразительности. Зато численное преимущество было на моей стороне. Гораздо более весомое. Рыболюди лезли со всех сторон, не обращая внимания на раны и гибель товарищей. Просто перли вперёд, размахивая оружием.
Бой длился минут пятнадцать. Когда последний культист рухнул, израненый десятком копий, на поляне остались только я и Амелия. Остальные либо погибли, либо получили ранения настолько тяжёлые, что уже не могли двигаться.
– Ну и бойня, – выдохнула Амелия.
– Ага, зато теперь мы добрались до шестого алтаря, – заметил я.
– Угу.
Этот алтарь выглядел иначе. Узоры на его поверхности светились ярче, а бабочки влетали в него целыми роями. После уничтожения остальных алтарей большая часть энергии черепахи теперь сосредотачивалась здесь. В камне клокотала чудовищная мощь.
Чувствую, совладать с такой прорвой энергии будет невероятно сложно. Одна ошибка и меня просто разорвёт на куски, но… Вздох…
Мне нужна эта сила.
– Амелия, – я подошёл к алтарю. – Отойди подальше. Сейчас будет громко.
Она послушно подальше к краю поляны, смотря на меня с тревогой. К процедуре она уже привыкла, но яркое сияние алтаря буквально кричало, что этот раз будет особенным.
Я глубоко вдохнул, закрыл глаза и вызвал из памяти визуализацию техники. Призрачный мастер начал свой танец.
Шагнул ему навстречу, повторяя движения.
Вокруг меня закрутился энергетический вихрь. Сначала тонкий, едва заметный, он с каждой секундой набирал силу, превращаясь в настоящий смерч. Воздух загудел. Земля задрожала.
«Водоворот Глубин» начал свою работу.
* * *
Амелия мерила шагами край поляны, бросая взгляды на золотистый кокон энергии, что скрывал Ива. Вихрь бушевал уже с полчаса вокруг него, засасывая последние крупицы силы из уничтожающегося алтаря.
Откуда у него такая техника? У простого деревенского рыбака не могло быть ничего подобного. Даже в их фамильных архивах она не видела описания столь мощных техник поглощения энергии. А ведь род Флоренс хранил и собирал знания веками.
Небо просто так никого не награждает. За всё нужно платить. И чем больше дар, тем выше цена.
Что если с Ивом что‑то не так? Что если он…
Шорох в кустах заставил её обернуться. Из‑за гигантского гриба выскочили пятеро фигур в балахонах. У одного из них на груди покачивался красный медальон, точь‑в‑точь такой же, как у Ива.
Культист с медальоном окинул поляну взглядом, остановившись на вихре энергии, потом к Амелии. Его лицо исказилось яростью.
– Подлые крысы! – выругался он. – Так вы и шестой разрушили!
Амелия инстинктивно потянулась к клинку на поясе, и её пальцы сомкнулись на рукояти.
Культист усмехнулся.
– Девочка, больше вам не поможет украденный амулет.
– Нам уже и не нужно, – Амелия подняла подбородок, стараясь говорить уверенно. – Мы вот‑вот сбежим из вашего рыбьего мирка.
Культист засмеялся, но его смех прозвучал зловеще.
– Сбежите? Какая же ты наивная. Как только у наших старейшин закончится прорыв и они преодолеют свой барьер в культивации, вся семья Флоренс будет уничтожена. Мы выжмем вашу родословную до последней капли. И ты ещё пожалеешь, что посмела что‑то здесь рушить!
Сердце Амелии пропустило удар. Семья… неужели из‑за неё пострадают тётя Изольда и все остальные?
Культист поднял медальон и рявкнул сопровождавшим его рыболюдам:
– Убить их обоих! Немедленно!
Рыболюды двинулись вперёд. Их оружие блеснуло в сиянии грибов.
Амелия обернулась к вихрю энергии. Ив находился в самом центре, окружённый золотистым сиянием. Его глаза были закрыты, тело двигалось в сложном танце техники культивации.
Она могла сейчас убежать. У неё бы хватило скорости оторваться от тупых рыболюдов и этого культиста. Но… там останется Ив.
Он тоже мог бы убежать вместе с ней. Но сейчас Ив поглощал энергию и если прервать этот процесс сейчас, то… этот водоворот силы, высвобождаясь наружу, разорвёт его изнутри.
Технику прерывать нельзя!
Амелия выхватила клинок и встала в боевую стойку заслоняя собой дорогу к энергетическими вихрю. Её глаза вспыхнули холодом.
– Тронете его – умрёте, – произнесла она тихо.
Четверо рыболюдов неуклюже ринулись на неё с воплями. Амелия глубоко вдохнула и стала применять семейную технику – «Вихрь Лепестков Ледяной Розы».
Первое движение – «Распускающийся Бутон».
Лезвие коснулось руки первой твари. Из места раны мгновенно проступил узор ледяных кристаллов, похожих на лепестки цветов. Узор пополз дальше, сковывая плоть, превращая её в хрупкий лёд.
Рыболюд завыл, пытаясь стряхнуть наледь. Амелия развернулась и нанесла второй удар.
Второе движение – «Лепестки на Морозном Ветру».
Клинок пронзил грудь твари. Ледяные цветы расцвели изнутри, разрывая на куски его тело.
Второй и третий рыболюды атаковали одновременно. Амелия отступила, парируя удары. Её клинок двигался в танце семейной техники, каждое его движение оставляло за собой след из ледяного инея.
Она коснулась ноги второго противника.
Узор льда пополз по конечности, сковывая движения. Рыболюд рухнул на колено, а Амелия тут же подскочила и резанула клинком по его шее.
Остальные рыболюди ринулись на нее в атаку. Но клинок филигранно вращался в её руках. Каждый порез, каждая царапина тут же покрывалась ледяными узорами. Рыболюди замедлялись, их движения становились неуклюжими, а затем и вовсе останавливались, когда лёд сковывал их суставы.
Враги падали, превращаясь в обмороженные статуи, покрытые узорами из ледяных роз. Вскоре последний рыболюд пал.
Амелия выпрямилась, переводя дыхание. Пот струился по вискам, а уставшие руки заметно дрожали.
  
Культист медленно похлопал в ладоши.
– Впечатляюще, – произнёс он с издёвкой. – Пробудившаяся родословная предка вашей семьи во всей красе. Но знаешь что? Так даже лучше. Теперь я лично заставлю тебя пожалеть о том, что ты попала сюда.