Системный рыбак. Тетралогия (СИ)

Вскоре силуэт Молли исчез в зеркальной глади озера, и Амелия позволила себе согнуться от боли.
Плечо разрывало от боли. Игла вошла неглубоко, но она прекрасно знала, что на её кончик нанесён яд громовой змеи. Фирменное оружие семьи Шторм. Даже лёгкая царапина обрекала их врага на паралич и мучительную смерть.
Амелия сосредоточилась, направляя ледяную энергию в раненую руку. Холод стремительно распространился, замораживая сосуды и останавливая яд. Плечо онемело, пальцы перестали слушаться, и вся левая рука безвольно повисла.
  
Жертвовать рукой неприятно, но лучше так, чем выбыть сейчас из игры.
Амелия бросила взгляд вниз, на камни. Там, где только что была Молли, осталась сумка.
Наклонившись, Амелия подняла её здоровой рукой. Внутри обнаружилась золотистая рыбка с растерянным видом. Если, конечно, у Сниперсов вообще бывают какие‑то выражения.
Теперь у неё есть три рыбки. Две свои и одна от Молли.
Результат впечатляющий, но теперь нужно было решить, как продолжить охоту, не рискуя жизнью и не лишиться улова. А еще где‑то бродит Ив, нужно узнать как у него дела и помочь при необходимости.
  
Глава 10
 
Четырнадцатый, пятнадцатый…
Сумка на поясе разбухла и оттягивала бок, а внутри шевелилось что‑то золотистое и недовольное жизнью. Каждый новый Сниперс добавлял веса и добавлял проблем: рыбки толкались, пихались, пытались пробить ткань изнутри и выбраться на свободу. Если бы не крепкий шнурок на горловине, половина уже разлетелась бы по всей округе.
А вот с шестнадцатым возникли проблемы.
Последний свободно парящий плод упорно держался на дальней стороне котловины, и близко к дереву подлетать не собирался. Я следил за ним минут пять, отмечая траекторию его движении. Рыбка описывала широкие круги, то приближаясь к кроне метров на пятнадцать, то отдаляясь к самым границам озера.
Снасть не доставала на такой дистанции, так что оставалось только ждать.
Внизу обстановка уже пошла в разнос. Когда свободные Сниперсы почти закончились, участники вместо рыбалки переключились на охоту друг за другом. Раз новую добычу из неба не поймать, значит нужно отобрать у тех, у кого она есть. И понеслась.
Семейные группы объединялись в охотничьи стаи, выслеживая одиночек. Те, у кого сумки оставались пустыми, смотрели на более удачливых конкурентов жадными глазами.
Золотистые вспышки вспыхивали одна за другой. Магия Древа исправно подбирала «убитых» и отправляла их на поверхность. За последние десять минут я насчитал как минимум семь таких вспышек.
Крики, звон металла, глухие удары. Котловина превратилась в бойню.
А я сидел на ветке и смотрел на это безобразие, чувствуя себя зрителем в первом ряду местной версии голодных игр.
Шестнадцатый Сниперс наконец соизволил сменить траекторию. Золотистая точка отклонилась от привычного маршрута и начала смещаться к центру. Я выпрямился, перехватил удочку поудобнее.
Ближе. Ещё ближе.
Рыбка вильнула влево, огибая невидимую глазу преграду, и прошла метрах в шести от моей ветки.
Заброс.
Удочка свистнула, крючок зацепил золотистый бок рыбы, и я резко дёрнул на себя. Сниперс забился в отчаянных попытках сорваться, но я уже уверенно подтягивал его к себе.
Наконец‑то шестнадцатый.
Опустил рыбку в сумку. Ткань натянулась до предела, швы жалобно треснули. Ещё немного, и сумка просто взорвётся.
Больше свободных Сниперсов в воздухе не осталось. Остальные покоились либо в сумках моих соперников или отправились на поверхность.
Значит моя рыбалка подошла к концу и что делать дальше?
Я прислонился спиной к стволу и задумался.
Шестнадцать рыбок. По меркам местных семей это серьёзное богатство. Из них две я обещал Флоренсам, так что мне останется четырнадцать. Это конечно не гениальный уровень, но уже и не нулёвка.
Можно было бы рискнуть ещё раз. Спуститься вниз, высмотреть кого‑то с добычей и попытаться её отобрать но…
Нет.
Я посмотрел на побоище внизу.
Три группы сцепились у дальнего края котловины. Техники вспыхивали разноцветными всполохами, кто‑то орал, один из парней лежал на камнях истекая кровью ожидая когда его подхватит золотое сияние. Чуть левее двое в зелёном гнались за одиноким парнем, а тот петлял между валунами как пьяный заяц. Справа лошадинолицый Ферум с упоением добивал кого‑то клевцом.
Жадность подруга ненадёжная. Не зря же говорят, что лучше синица в руках, чем журавль в небе. Пора уходить отсюда.
Уже собрался начать спуск, как взгляд вдруг зацепился за знакомую фигуру в дальнем конце котловины.
Амелия.
Она стояла у большого валуна на самой границе. Одной рукой сжимала плечо, спиной опираясь на камень. Даже издалека было видно, что с ней что‑то не так. Движения скованные, поза напряжённая,. Вес её вид буквально кричал, что ей серьёзно досталось.
И вот что она там делает? Почему застыла, как ледяная статуя?
Присмотрелся к ней повнимательнее.
Девушка крутила головой, озираясь по сторонам. Её взгляд скользил по котловине, по дерущимся группам, по валунам… Будто она выискивала кого‑то.
И тут до меня дошло.
Чёрт.
Она искала меня. Хотела убедиться, что со мной всё в порядке, или попытаться помочь, несмотря на то, что сама едва держится на ногах.
Ох, не было печали… Это её отчаянное стремление расплатиться с долгами когда‑нибудь сведёт меня в могилу.
Я выпрямился на ветке и замахал руками, привлекая её внимание.
Несколько секунд она ничего не замечала. Потом её взгляд скользнул по кроне Древа и остановился на мне. Лицо Амелии сразу просветлело, она подняла здоровую руку и радостно помахала в ответ.
А потом сделала шаг в мою сторону.
Да ты издеваешься.
Я замотал головой. Показал жестами: «нет», «стой», «не иди сюда». Ткнул пальцем вверх, на поверхность озера. Потом снова помотал головой и изобразил что‑то вроде «уходи отсюда».
Амелия замерла с приподнятыми бровями. На её лице отразилось недоумение.
Я ткнул пальцем в её плечо, потом в сторону границы озера. Потом снова покрутил головой.
Не жди меня!
Она колебалась.
И в этот момент откуда‑то справа показались двое. Серебристо‑голубые волосы, одежда с эмблемами семьи Шторм. Они быстро неслись прямо на Амелию.
Похоже, кто‑то из родственников Молли.
Девушка тоже их заметила. Её лицо изменилось, мышцы напряглись. Она бросила на меня последний взгляд, коротко кивнула и повернулась к границе озера.
Через три секунды её силуэт исчез в зеркальной глади перехода.
Ушла.
Я выдохнул с облегчением. Ну, наконец‑то, спасибо всем здешним богам и Небесному Огороднику. А теперь пора самому уносить отсюда ноги.
Спускаться с дерева следовало осторожно, стараясь избежать шума и резких движений. Последнее, что мне сейчас нужно, так это привлечь к себе чужое внимание.
Убрал удочку в системный слот. Перехватился руками за ветку, свесил ноги и начал медленно перебираться ниже.
Кора не громко скрипела под пальцами. Сумка на поясе покачивалась, рыбки внутри недовольно шевелились. Я старался двигаться плавно, прижимаясь к стволу, сливаясь с его тенью.
Внизу кипела схватка. Крики, лязг ударов, слепящие вспышки. Никто не обращал внимания на дерево, все были поглощены сражением.
Пять метров до земли. Четыре. Три.
Выбрал момент, когда ближайшая группа отвлеклась на очередную драку, и мягко спрыгнул. Я приземлился на камни почти бесшумно, благодаря костюму из шкуры речного змея. Затаив дыхание, остановился и прислушался.
Тихо.
Никто не закричал «вон он, держите!».
  
Отлично. Я тут же метнулся туда где лежало тело Эдриана. Магия Древа давно унесла его наверх, но кое‑что здесь осталось.
Шпага.
Клинок с позолоченной гардой и гербом на навершии. Дорогая вещь, качественная, явно намного лучше голых рук. Я поднял её и крутанул в пальцах, проверяя баланс. Сойдёт.