Бесовское отродье (СИ)

Помимо этого, каждый день в моих покоях шёл процесс создания нового платья. Мои прислужницы отразили несколько атак на гостиную, когда наследницы под видом моих самых больших подруг пытались зайти внутрь, а также выкинули с десяток подарков, присланных мне от «доброжелателей». Короче, жизнь текла своим чередом, спокойно и без особых потрясений, пока во дворец не стали съезжаться остальные наследницы…
За день до бала он начал напоминать настоящий улей – все девушки суетились, ходили по коридорам с возбуждёнными лицами, разговаривали на повышенных тонах… в общем вели себя, как простые девчонки, взволнованные предстоящим событием. Бал невест! Конечно, я их не понимала. Что может быть такого в смотринах на роль спутницы Рея? Да я лучше в поломойки пойду – в монастыре получалось славно.
Гару в какой-то момент пришлось оставить меня одну – такой наплыв наследниц требовал его внимания, а, поскольку, Рей в коридорах вообще не появлялся (прятался он, что ли?), весь удар брат императора взял на себя. Я ему искренне не завидовала, но отпустила со спокойным сердцем: Гару знал, чего хотели наследницы, потому не особо напрягался, отвлекая их умы от факта отсутствия светловолосого некронийца.
Я же к вечеру просто спряталась в своих покоях и помогала служанкам закончить своё платье. Получилось оно выше всех похвал – строгое, с геометричными выточками, с облегающей фигуру верхней частью и в меру свободной юбкой, треугольным вырезом и воротником-стойкой. Ткань платья была жёсткой и держала форму, потому казалось, что я в нём, будто в броне. Вначале я удивилась, но Мэй поделилась со мной секретом: дело в том, что для такого эффекта девушки отмачивали материал в специальном растворе; и стоило один раз постирать платье, как ткань вновь возвращала себе прежнюю мягкую текстуру.
Ну, стирать я его не собиралась, как и обливать водой, да и вообще планировала надеть его один раз в жизни, то бишь – завтра… Но девушек за старание и фантазию поблагодарила.
Обувь принесли тем же вечером. Весь остаток дня я потратила на ходьбу на этих ходулях, так что к ночи совсем приноровилась и оценила прелести наличия подъёма – походка становилась в разы грациозней и величественней! Ближе к часу ночи, когда остальные служанки уже просто дрыхли от усталости прямо на софе и в кресле, мы с Мэй придумали мне причёску…
Пожалуй, из всего, что было мною запланировано на завтрашний день, укладка волос вызвала наибольший восторг у нас обеих. Моя копна итак отличалась немалым размером, но с помощью начёса, шпилек и искусных локонов, которые Мэй мастерила, как колдунья, я стала настоящей королевой без короны! Черты лица зрительно заострились, но в то же время увеличилась их выразительность и… что потрясло нас с Мэй больше всего – я словно стала более женственной...
Разглядывая себя в зеркале, я удивлённо наблюдала за уверенной в себе девушкой, растерянность которой можно было найти разве что в самой глубине глаз; эта девушка знала себе цену и не искала лёгких путей; её сложно было не заметить, но ещё сложнее – смутить или поставить в тупик. Она была уверена, что найдёт выход из любой ситуации. Она была достойной дочерью наследницы императорского рода и принца великого королевства.
– Вы прекрасны, леди, – улыбнувшись, сказала Мэй, глядя на меня через зеркало.
– Отличная работа, Мэй, – улыбнулась в ответ я и потянулась к пуговицам платья.
О, да! Его я могла снять сама! И позаботилась об этом, внеся корректировки в выкройки своих служанок.
Не знаю, какие сюрпризы принесёт мне завтрашний день, но я была к нему готова. А вот готов ли был завтрашний день ко мне – это уже большой вопрос.
  
Глава 15. Бал в честь Богини Смерти.
 
Как ни странно, проснулась я сама, ещё до прихода служанок, и некоторое время просто лежала с открытыми глазами. Было ли это связано с тем, что я перенапряглась вчера, или меня заразила общая взвинченная атмосфера во дворце, – я не знала, но спать больше не могла, а потому поднялась с постели и прошла в свою гостиную.
 
И вот там меня ждал сюрприз… наверное – дело в том, что я не могла понять, вокруг чего так столпились все мои прислужницы.
– Мэй, в чём дело? – спросила я, застыв в дверях.
– Черный… чёрный бриллиант! – выдохнула девушка, повернувшись ко мне.
– И? – не поняла я, подходя к ним ближе.
На столике возле двери лежал небольшой кулон с черным бриллиантом в форме правильной призмы на цепочке из белого золота… Моему платью он подходил идеально! Но кто его принёс?
Последний вопрос я задала вслух.
– Это знак вашей силы, его только что принесла служительница храма, – глядя на подвеску с благоговением, прошептала Мэй.
– А почему ты шепчешь? – прошептала я в ответ.
– Потому что он – чёрный, – всё так же шепотом ответила Мэй, не отрывая взгляда от камня.
Мне же шептать надоело, поэтому я спросила вслух:
– И?..
– Вы – одна из сильнейших, леди, – склонив голову, ответила Мэй.
Вот тут я замерла. А потом расслабилась. И что меня так удивляет? Я знала это с самого начала. Как знала, что остальные наследницы тоже об этом догадываются, потому и дёргаются в бесплотных попытках нанести мне какой-то урон.
Ну, да плевать! Главное, чтобы этот день поскорее закончился! Я бросила последний взгляд на камень и пошла приводить себя в порядок – бал должен был состояться вечером, после церемонии смотрин, и я даже не знала, что раздражает меня больше: необходимость стоять перед Реем в надежде, что он не станет прилюдно унижать меня, или необходимость изображать веселье – после…
Завтрак и обед в этот день наследницам приносили в покои, чтобы они могли спокойно и без нервов привести себя в надлежащий вид. Потому и мне пришлось отмокать в ванной целый час, теша себя мыслью, что это как-то поможет императору понять, что мы не созданы друг для друга… Правда, после часа в горячей воде с ароматными травами, мне два часа делали массаж в шесть рук, растирая моё тело так, словно пытались добиться эффекта сверкающей чистотой кастрюли, а потом натирали маслами, как будто после бала мне предстояла, как минимум, брачная ночь с его величеством. Короче, напугали меня до чёртиков! И всё это – мои скромные прислужницы. После того, как с телом было закончено, их ловкие ручонки добрались до моего лица, и ещё час я пролежала под различными масками, обещавшими мне кожу новорождённого младенца по завершению процедуры. Тогда-то до меня и дошло, зачем всю еду мне принесли в покои – со всеми этими приготовлениями выбраться в обеденный зал было просто невозможно! Разве что в банном халате и с какой-нибудь очередной душистой дрянью на лице… Когда меня, наконец, одели, выяснилось, что церемония начнётся через полтора часа, а у меня ещё ни волосы не уложены, ни тело не протёрто каким-то особым настоем, что заставлял кожу буквально сиять изнутри! И всё это высказывалось мне так, словно это я стояла с палкой в руках, и заставляла своих служанок делать со мной все эти странные, не понятно для чего нужные манипуляции!
Но, хоть они и не переставали суетиться и увещевать о моей нерасторопности, – закончили они вовремя. И когда на моей шее щёлкнула застёжка кулона, я с немым восторгом посмотрела на наследницу, глядевшую на меня из зеркала.
– Идеально, – негромко сказала я и с гордостью посмотрела на своих маленьких помощниц.
Теперь они и впрямь казались мне маленькими – стоило встать на платформу, как разница в росте тут же бросилась в глаза. А с моей высокой причёской, я превратилась в настоящую богиню, возвышавшуюся над своими подданными.
 
– Леди Кирена, для нас было счастьем служить вам, – сказала Мэй, с восхищением глядя на меня.
– Ты так говоришь, будто мы прощаемся, – усмехнулась я.
– Даже если кровь императора не выберет вас, уверена, что после бала вам поступит много предложений о замужестве, – склонив голову, пояснила она.
– Я никуда не денусь, – фыркнула я, – и уж тем более ни за что не откажусь от вас.