Бесовское отродье (СИ)

– Вы очаровательны, когда краснеете.
Я выпрямилась и спряталась за бокалом вина, делая вид, что спокойно потягиваю его, глядя на огонь в камине. А сама в это время пыталась погасить румянец на своих щеках.
Знак Богини Смерти. Интересно, как наследники связаны с Богиней?
– Не поделитесь со мной этой древней историей? – наконец, спросила у Гару, ни секунды не сомневаясь, что он меня понял.
– Это скорее легенда, – откидываясь на спинку кресла, начал он, – Она рассказывает о том, что в самом начале, когда правителем Некрона был ещё простой человек, а война была постоянным спутником жизни молодого государства, император заключил сделку с Богиней и получил её силу. С тех пор Некрон стал величайшей империей Средиземья, а потомки императорского рода – сильнейшими из мужей. Дабы чтить память Богини, всем наследникам крови в период их совершеннолетия наносят специальную руну, которая переводится, как «принадлежность», и является закрепляющим силу звеном, после чего наследник обязывается почитать Богиню и служить ей до конца своей жизни.
– Интересно, – протянула я, не отрываясь глядя на огонь, – А в какой период появилась вторая ветвь рода, ветвь наследниц?
– Я не могу сказать точно, – нахмурился Гару, – Кажется, это было около пятиста лет назад. Где-то в середине тысячелетия правления императорского рода.
– Ваш род правит тысячу лет? – я подняла бровь.
Эта информация оказалась для меня новой.
– Вы потрясены? – с понимающей улыбкой спросил Гару.
– Пожалуй, – не стала спорить я и на пару минут задумалась.
Найти информацию пятисотлетней давности в дворцовом архиве – задача невыполнимая. Я смотрела на вещи реально и понимала, что даже если получится договориться с его императорским величеством, и (немыслимая удача!) повезёт отыскать потрёпанный томик, то прочитать то, что в нём написано, я уже точно не смогу. Общепринятый язык появился максимум сотню лет назад…
Значит, узнавать о бесах придётся каким-то другим путём.
Я тихонько вздохнула.
– Вы чем-то расстроены? – спросил Гару, внимательно наблюдавший за моим лицом.
Я с интересом посмотрела на него.
Повыводить из себя наследниц, конечно, занятие обязательное, тем более, после того, что они сотворили с моим платьем, – но я внезапно осознала, какой бесценный источник информации сидит рядом со мной! И какой это грех – не воспользоваться подобным случаем!
– Гару, я хочу задать вам личный вопрос, – негромко сказала я, вновь развернувшись к своему собеседнику.
– Задавайте, теперь уже терять нечего, – улыбнулся Гару, сверкнув голубыми глазами.
Я хмыкнула. Теперь уже – действительно нечего. После нашей интимной беседы все наследники уверены, что между нами роман. Не стану их переубеждать.
– Когда вы прибыли в Дакию под видом простого лорда, в ваших намерениях открыто читалась враждебность, – я позволила себе лёгкую паузу и продолжила: – если не угроза. Вы можете сказать, почему?
– Я думаю, вы слышали историю смерти вашей матери, – чуть отвернувшись, сказал Гару, я кивнула, – Тогда вы должны знать, что мы были сбиты с толку нападением дакийского войска на северные земли, произошедшим сразу после вступления на престол вашего дяди. Это произошло через год после похищения Сури, – имя матери Гару произнёс чуть тише, что не укрылось от моего внимания, – И, поскольку мы были уверены, что она не выжила, этот год стал для нас годом памяти. Мы не отправляли никаких карательных отрядов и не устраивали самосуда, полностью погрузившись в траур по одной из ярчайших представительниц второй ветви рода…
Он замолчал, глядя на огонь, а я слегка нервно опустошила свой бокал с вином. Было видно, что Гару тепло относился к моей матери… если не любил её…
Отчего-то моё сердце болезненно сжалось. Я не была ею. И никогда ею не буду.
– Когда ваш дядя совершил набег на северные земли, мой отец решил, что это обманный манёвр с целью скрыть правду. Кочевники не имели причин нападать на тот корабль. Мы почти год готовились к войне с Дакией, но отец неожиданно заболел и умер, а к власти пришёл Рей, который не хотел начинать своё правление с кровопролитных сражений. Потому вы должны понять наши чувства, когда один из шпионов доложил нам о странном слуге короля, обладавшем какой-то нечеловеческой силой. Слава о вас, леди Кирена, добралась даже до некронийского побережья, – усмехнулся Гару, глянув на меня, – И когда мы узнали об этом, сомнений в правоте моего отца не осталось – на корабль напали дакийцы, и каким-то образом они смогли обойти запреты жриц и… И на свет появилась ты, Кира, – он посмотрел на меня прямым взглядом, не обременяя себя нормами этикета и переставая обращать внимание на наследников, пытавшихся уловить суть нашего разговора, – И когда я заходил в королевский дворец, я хотел убить твоего дядю не меньше, чем твой северный друг. Но я увидел тебя…
 
– И ты узнал во мне Сури? – нахмурилась я, не замечая, как сама перехожу на «ты».
– Нет, – качнул головой Гару, – Не сразу. Только когда встретил тебя в том приграничном городе. А во дворце я увидел хрупкую красивую девушку, отличавшуюся от всех дам дакийского дворца. Девушку с боевым характером, с отсутствием жеманства и кокетства. Девушку с твёрдой позицией и искренней преданностью своему королю. Ты покорила меня, Кира, – он улыбнулся мне тёплой улыбкой, и у меня мгновенно опустело в голове.
Я покорила его. Я.
Туман в моём сознании лениво шевельнулся, намекая не распускать слюни и смотреть на вещи трезвым взглядом.
– Могу я задать тебе ещё один вопрос? – негромко спросила я.
– Задавай, – кивнул Гару, не отрывая от меня глаз.
– Император ведь не планировал доставать из меня беса, верно? Он просто хотел, чтобы я пришла к вам сама, и тогда вы бы без проблем отвезли меня в Некрон. Я права? – чуть холоднее спросила я.
– Рей не имеет такой силы, – покачал головой Гару, – Достать из тебя беса могли разве что жрицы, но, как выяснилось, даже они бы не справились с подобной задачей.
– Зачем же он врал мне, когда явился в сон? – сдерживая свой гнев, спросила я.
– Он хотел отправиться с тобой на корабле – чтобы проследить за переправкой лично. Ты сама понимаешь, долгое отсутствие императора может сказаться на стране, а он итак оставил дворец на неделю… – он внимательно посмотрел на меня и чуть тише добавил: – Не злись на него. Рей пытается всё успеть и порой не замечает, что упускает нечто важное.
– Нормы приличия, например? – задрав бровь, поинтересовалась я.
Гару усмехнулся и качнул головой.
– Вас не помирить, – отхлебнув из бокала, с улыбкой сказал он.
– Даже не пытайся, – серьёзно сказала я и оглянулась на наследников, – Как думаешь, произвела я впечатление?
– Ещё какое, – Гару спрятал улыбку за бокалом и едва слышно спросил, – Чем они тебя разозлили?
– Узнаешь на балу, – не стала утаивать факт наличия прецедента я.
– Не усложняй, Кира, – одними губами сказал брат императора.
– Не думаю, что в моем случае можно ещё больше усложнить, – в ответ заметила я и поднялась из кресла, – Приятно было пообщаться, лорд Гару.
– Надеюсь, это не в последний раз, – с учтивой улыбкой ответил тот.
– Напротив, – я тоже улыбнулась, – теперь мы будем общаться намного чаще.
– Жду с нетерпением, – кивнул Гару, и вновь в его глазах засверкали смешинки.
Я обвела зал скучающим взглядом, удостоверившись, что наш последний диалог дошёл до ушей всех присутствующих, и неспешно покинула залу, направляясь в свой любимый парк. До обеда было ещё около часа, и я уже успела соскучиться по цветам Кайи, поселившимся в моём сердце вместе со всеми своими шипами…
 
Следующие несколько дней я только и делала, что общалась с Гару, появляясь на всех светских посиделках и даже на паре прогулок, доводя бедных наследниц до нервных припадков. Мы обсуждали с темноволосым некронийцем всё подряд: от дакийской моды до особенностей местной кухни. Гару был замечательным собеседником, и я не заметила, как начала расслабляться рядом с ним и всё больше привязываться к нему. Постепенно к нашей компании начали добавляться и другие наследники, которых мучило любопытство, о чём же можно так долго разговаривать с дакийской полукровкой? Наследниц к нашим беседам я не допускала, а когда они всё-таки присоединялись, находила причину покинуть компанию. Не то, чтобы я злорадствовала, но, тем не менее, получала огромное удовольствие от лицезрения их кукольных лиц, перекошенных злобой. Конечно, при брате императора они не позволяли себе подобных оплошностей, но стоило Гару отвернуться, как я имела честь видеть все эмоции, переполняющие раздосадованных наследниц.