Шеф с системой. Рецепт победы (СИ)

— А кого еще пригласить? — спросил князь.
— Ратибора — как старшего воеводы. Елизара — как казначея. Капитанов Святослава и Мирослава — как представителей дружины. Алексея — как нашего помощника и главного повара, который участвовал в этом деле. И, конечно, Ярослава — как наследника.
— Зачем так много людей? — удивился Ярослав.
— Чтобы никто не мог сказать, что Всеволода судили тайно, — объяснил управляющий. — Чем больше свидетелей, тем меньше возможностей для слухов и сомнений.
  
Князь встал и подошел к окну:
— А как мне себя вести? Если я буду выглядеть слишком здоровым вначале совета, Всеволод может что-то заподозрить.
— Играйте роль, — посоветовал Степан Игнатьевич. — Пусть он думает, что вы все еще слабы, но пытаетесь исполнять свои обязанности, а когда придет время обвинений, тогда и покажите истинную силу.
— Понятно. Тогда проведем совет в малом зале.
Я задумался над одной проблемой:
— А если Всеволод попытается бежать? Или окажет сопротивление?
— Борислав с гвардейцами будут наготове, — заверил Степан Игнатьевич. — Но думаю, он не станет сопротивляться. Слишком умен для этого.
— Не знаю, — покачал головой Ярослав. — Загнанный в угол волк может быть очень опасен.
— Поэтому мы его не будем загонять резко, — объяснил управляющий. — Сначала спокойно изложим факты, дадим ему шанс оправдаться. Только когда станет ясно, что оправданий нет, тогда объявим арест.
Князь повернулся к нам:
— Хорошо. Я лично его обвиню. Как Князь и как брат, которого он пытался убить.
— Конечно, — согласился Степан Игнатьевич. — Это будет самый убедительный момент.
Мы еще полчаса обсуждали детали. Как созвать совет, чтобы не вызвать подозрений. В каком порядке предъявлять доказательства. Что делать, если Всеволод попытается обвинить в заговоре нас.
— Главное — спокойствие, — сказал управляющий в заключение. — Мы правы, у нас есть доказательства, закон на нашей стороне. Истина победит.
— А что с остальными заговорщиками? — спросил я. — Демьян говорил о союзниках Всеволода.
— Сначала арестуем главаря, — ответил Степан Игнатьевич. — А потом заставим его рассказать обо всех сообщниках.
Князь кивнул:
— Согласен. Пора покончить с этой историей. Степан, пошли гонца к членам совета. Пусть собираются через час в малом зале. Скажи, что князь чувствует себя лучше и хочет обсудить подготовку к зиме. Вполне правдоподобно.
Управляющий кивнул и вышел отдавать распоряжения. Мы с Ярославом остались наедине с князем.
— Отец, — тихо сказал Ярослав, — тебе не больно? Ведь ты любил дядю.
Святозар тяжело вздохнул:
— Больно, сын. Очень больно, но предательство нельзя прощать, даже если оно исходит от родной крови.
Он взял серебряный кубок и повертел его в руках:
— Знаешь, что самое страшное? Не то, что он хотел меня убить, а то, что он делал это под маской заботы. Приходил, как любящий брат, и каждый раз приносил смерть.
— Но мы его остановили, — сказал я. — И больше он никому не причинит вреда.
— Да, — кивнул князь. — Остановили. Теперь пора воздать ему по заслугам.
* * *
Малый зал совета был освещен множеством свечей, создавая торжественную атмосферу. За длинным дубовым столом расположились все приглашенные — воевода Ратибор, казначей Елизар, капитаны Святослав и Мирослав, Ярослав как наследник, и я по праву главного повара и советника княжича.
Князь Святозар сидел в своем кресле во главе стола, играя роль человека, который пытается собраться с силами для важного совета. Он выглядел лучше, чем в последние месяцы, но не настолько, чтобы это вызвало подозрения.
Всеволод вошел последним, как обычно — степенно, с достоинством старшего воеводы. Он поклонился брату и занял свое место справа от князя.
— Брат, — сказал он с заботой в голосе, — ты выглядишь лучше. Надеюсь, новые лекарства помогают?
— Помогают, — кивнул Святозар, и я восхитился его выдержкой. — Алексей приготовил особый отвар.
— Превосходно, — улыбнулся Всеволод. — Я всегда говорил, что наш знахарь — мастер своего дела.
Степан Игнатьевич, стоявший у стены, едва заметно кивнул. За дверью ждали Борислав с гвардейцами.
— Итак, — начал князь, — я собрал вас, чтобы обсудить подготовку к зиме. Нужно проверить запасы, состояние укреплений…
Он говорил несколько минут о хозяйственных вопросах, и Всеволод внимательно слушал, время от времени кивая. Ничто не выдавало его беспокойства.
— Есть еще один вопрос, — сказал наконец Святозар, и его голос стал тверже. — Касающийся безопасности рода.
— Какой вопрос? — заинтересовался Ратибор.
Князь медленно поднялся из кресла. Действие моей еды все еще продолжалось, и он выглядел сильнее, чем за последние месяцы.
— Недавно выяснилось, — сказал он, глядя прямо на Всеволода, — что моя болезнь была не естественной.
Всеволод нахмурился:
— Что ты хочешь сказать?
— Я хочу сказать, — князь взял со стола серебряный кубок, — что меня травили. Медленно убивали ядом.
Зал погрузился в шокированную тишину. Ратибор и капитаны переглянулись с недоумением.
— Святозар, — осторожно сказал Всеволод, — ты уверен? Может быть, болезнь просто…
— Я уверен, — отрезал князь, показывая всем кубок. — Вот доказательство. Темные пятна на серебре — след яда.
Присутствующие наклонились, рассматривая зловещие разводы на благородном металле.
— Но кто мог… — начал Елизар.
— Именно это мы и выяснили, — сказал Святозар, не сводя глаз с брата. — Всеволод, я все знаю.
Воевода побледнел, но еще пытался сохранять спокойствие:
— Брат, о чем ты говоришь? Какие подозрения?
— Подозрения? Это доказательства, — холодно ответил князь. — Присутствующие здесь видели, как ты добавлял яд в мое питье.
— Кто видел? — Всеволод оглянулся по сторону. — Кто выдвигает против меня эти чудовищные обвинения?
— Я, — твердо сказал Ярослав. — Я собственными глазами видел, как ты достал флакон и добавил яд в кувшин с вином.
— Это ложь! — вскричал Всеволод. — Заговор против меня!
— Тогда объясни это, — князь поставил кубок перед братом. — Объясни, откуда на моей посуде следы яда.
— Не знаю! Может, кто-то подстроил…
— Кто? — спросил Степан Игнатьевич, подходя ближе. — Кто мог подстроить то, что Ярослав видел своими глазами?
Всеволод понял, что попал в ловушку. Его взгляд метался по лицам присутствующих, ища поддержки, но видел только изумление и осуждение.
— У нас есть еще один свидетель, — сказал князь. — Тот, кто помогал тебе в этом преступлении.
По знаку Степана Игнатьевича дверь открылась, и в зал ввели Демьяна. Лекарь выглядел сломленным и испуганным.
— Демьян, — приказал князь, — повтори перед всеми то, что рассказывал утром.
Лекарь упал на колени:
— Воевода Всеволод заставил меня помогать ему в ослаблении Ярослава! — закричал он. — А потом заставлял говорить, что князь просто стареет и его недуг влияние возраста!
— Лжец! — рявкнул Всеволод. — Ты сам предлагал отравить князя!
— Нет! — зарыдал Демьян. — Это была ваша идея! Вы сказали, что князь должен ослабнуть и передать власть молодым!
Теперь все взгляды были устремлены на Всеволода. Доказательства были неопровержимы.
— Всеволод, — сказал князь голосом, полным боли и гнева, — ты мой родной брат. Мы росли вместе, сражались вместе, делили горе и радость. За что ты пытался меня убить?
— Я не хотел убивать! — воскликнул Всеволод. — Я хотел только…
— Только что? — холодно спросил Святозар.
— Только чтобы ты передал власть тем, кто моложе и сильнее! Род нуждается в переменах!
— Значит, ты действительно признаешься в отравлении? — уточнил Степан Игнатьевич.
  
Всеволод понял, что проговорился. Он опустил голову:
— Я действовал во благо рода.
— Во благо рода? — взорвался Ярослав. — Ты травил собственного брата!
— Хватит, — строго сказал князь. — Всеволод, именем княжеской власти я объявляю тебя арестованным по обвинению в измене и попытке моего убийства.