Баба Яга прибудет из Парижа (СИ)

— А на месте происшествия вы босоножки ее не находили?
— Какие?
— В которых она приехала.
— Не находили.
— А личность погибшей установили?
— Нет.
— Смерть естественная или насильственная? — я уже наглеть начала.
— Экспертное заключение пока не готово. Предположительно, причина смерти — отравление.
— Значит, убили?
— Или сама отравилась. Хотела умереть, — следователь выдвинул свою версию. Такая версия для него очень удобна…
— Если сама отравилась, то где тогда ее босоножки? Кто принес цветы и ленты? Ее отравили, — высказала я свое мнение.
Следователь хмыкнул. Поглядел на меня, как на убогую. Но остался при своем мнении. Ему это дело спихнули. А у него и так работы невпроворот. Своих дел много. Еще и это прилетело. Жена его пилит, что дома не бывает. А тут вообще загрузили. Разведется с ним скоро жена.
Мы попрощались со следователем. Он дал нам свой телефон. Вдруг я еще что-то обнаружу, или кто-нибудь из жителей поселка что-то интересное вспомнит. И мы вышли из кабинета.
— Что ты думаешь? — спросил меня Никита.
— Что тут думать? Наверняка глухарь им с креслом из леса прилетел. Следователь делами перегружен. Навряд ли сильно копать станет.
— Это с чего такие выводы?
— У него на столе много дел лежит. И соседний стол завален папками.
— Это стол второго следака.
— Стол второго. Но нам дежурный проговорился, что наш следователь будет в кабинете один. И мы не ошибемся. Значит, второй либо в отпуске, либо болеет.
— И что с того?
— А то, что на время своего отсутствия у ментов принято дела в сейф убирать. От любопытных глаз подальше. Вспомни Глеба Жеглова… Так что на столе дела нашего следака. И работать ему по этому убийству будет некогда. Он, чтобы сроки не пропустить, сейчас под любым предлогом дело приостановит, чтобы по шапке не получить от строгого начальства.
— Они всегда так делают?
— Почти всегда. Если начальство по этому делу наседать не станет. Если на него насядут с этим делом, тогда он другие приостановит. Не разорваться же ему. Бесперспективное это дело. Или на самоубийство все спишут, чтобы быстрее дело закрыть.
— Се ля ви. А девочки нет в живых… И правда никому не нужна.
— Разве что у нее родня обнаружится. И они начнут полицию теребить.
— Иришка, мы с тобой договаривались. Ты не лезешь в это темное дело.
— Помню, Никита, что договаривались. Не полезу, раз тебе пообещала. Я и так много для ментов сделала.
— Домой едем?
— Угу.
Приехали домой и легли спать. Вы никогда не замечали, что посещение нашей полиции все силы отнимает? Мы с мужем не подозреваемые и не обвиняемые. Всего лишь свидетели. А вышли из здания, как будто нас выжали насухо. То ли аура там такая, то ли я расстроилась. Но спать мне хотелось сильно. И голова стала болеть. Я знаю, что самое лучшее лекарство — это сон. Вот мы и решили поесть и залечь в берлогу, в спячку. А там, как говорят фаталисты, вселенная сама подскажет нам выход.
Рано утром проснулась. Никита с утра пошел в магазин за продуктами. Нам никуда сегодня ехать не надо. Настала суббота. Значит, к нам в гости приедут мама с Петькой и Грейсом. Петьке понравилось у нас гостить. Да и что ему дома делать? Там его мать пьет, не просыхая. Я сомневаюсь, что она помнит про наличие у нее несовершеннолетнего сына. Мне кажется, она и собутыльников своих не помнит. Мужики часто у нее меняются. Наверняка она и имен их не знает. А зачем? Ей теперь лишь бы наливали. Ведь нормальным человеком когда-то была. Спилась… Вот вроде и Петька с мамой подъехали. Гости прибыли…
— Теть Ира! Пошли гулять!
— Опять тетькаешь? Когда только тебя отучу… Ты же только что приехал. Хоть чаю попей.
— Не хочу чай пить. Выгулять Грейса надо.
— Тогда пошли. Поводок и намордник на всякий случай возьми.
— Зачем? Грейс все равно на людей внимание не обращает.
— Вдруг попадутся те, кто собак боится. Зачем зря людей пугать?
— Грейс же не кусается.
— Знаешь, Петруха, на нем не написано, что он мирный и добрый. А с виду он, наоборот, большой и страшный. Вон какой кабан вымахал. Так что возьми на всякий случай его амуницию. Так спокойней будет.
 
— Ладно.
Я с Петькой гулять пошла не потому, что на его уловку поддалась. У меня свой план для прогулки в лесу был. Я решила тщательно обследовать прилегающее к каменному трону пространство. Вдруг при осмотре полицейские филонили и проглядели что-нибудь очень важное. А я тщательно все обыщу. Мне Петька с Грейсом помогут. Хотя уже столько дней прошло…
Пришли на место происшествия. Я стала внимательно обходить, нарезая круги вокруг трона. Петька стал меня расспрашивать.
— Ира, что ищем?
— Все. Если что-то найдешь, меня зови сразу.
— Ты же обещала Никите не лезть в эти дела.
— Обещала. Я и не сую. Я просто посмотрю. Вдруг что-нибудь найду…
— Хорошо, что дождя не было. И на поляну перестали всякие идиоты приходить.
— Это, Петя, не идиоты, а просто отчаявшиеся люди. Они детей хотят. Это их последняя надежда. Последний шанс…
— Они к врачу обратиться не пробовали?
— Вот как раз врачи им и не помогли. Они надеются, что боги помогут.
— А камень-то здесь с какого бока?
— Умники и болтуны пустили слух, что камень помогает в таких делах. Вот они и едут сюда. За мечтой.
— За несбывшейся мечтой.
— А это, Петя, не нам с тобой решать. На свете много такого есть, «друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам». Авось кому и поможет каменюка гладкая. Вон по телеку один археолог выдвинул версию, что его инопланетяне сюда приволокли.
— Он дурак? Или чокнутый?
— Нет, он не чокнутый. И уж точно не дурак. Он за этот бред, что по телеку говорил, приличные деньги получает. Разве плохо?
— И люди верят?
— Прутся же сюда толпами. Значит, верят…
За разговорами мы уже обошли почти всю поляну. Осталось только в кустах все обыскать и возле самого берега. Тогда можно идти домой с чистой совестью. Все, чем я могла помочь в расследовании убийства, я сделала.
Озеро наше наполняется водой из нескольких родников. Два таких родника обнаружились среди камней на берегу с одной стороны озера. Вода в них холодная, аж зубы сводит. Люди их облагородили. Частенько приезжие набирают там воду. Мы там руки иногда моем. А вот вторая сторона озера сплошь в камышах. На озеро приезжали гидрологи. Они обследовали водоем. Вода оказалась чистой и очень холодной. Они нам и объяснили, что вода холодная за счет многочисленных родников. Купаться в озере не желательно. Утонуть можно. Ногу сведет от холода и все: добро пожаловать на дно. Поэтому местные понастроили у себя саун и бассейнов. На озеро теперь ходят не купаться, как раньше, а погулять на природе и красотой полюбоваться. В крайнем случае, на лодке покататься. Но никак не поплавать и не понырять. Кусты мы обшарили и ничего не нашли. Осталось осмотреть камыши.
— Мне как-то неохота в эти камыши лезть, — пробубнил Петька.
— Неохота, не лезь. Мы с Грейсом поищем. Он найдет и мне притащит.
— Откуда он поймет, что надо подобрать и притащить? Припрет дерьмо какое-нибудь. Или сожрет что-нибудь. Нет уж. Я сам в камыши полезу.
— Только внимательней смотри. А Грейс со мной будет искать.
— Ура!
— Чему радуешься?
— Мячик теннисный свой нашел. Я думал, где он его потерял.
— А больше ничего там нет?
— Только мячик… Я думал, новый покупать придется.
— Зато я, кажется, нашла…
— Что?
— Сережку. Может, этой девушки, может другой. Но сережка золотая…
Осторожно ее в пакет чистый положила: вдруг там отпечатки какие есть.
— Теть Ира, тут пакет какой-то. Но он не совсем в камышах. Он слегка притоплен. Его еле видно. За корягу зацепился… Вылавливать?
— Подожди. Я здесь все осмотрела. Сейчас к тебе подойду. Прутиком вытащим аккуратно. И главное, руками не бери. Вот менты — бракоделы. И за что деньги только получают?