13-й отдел НКВД. Книга 2 (СИ)
– Глупости. – Тратить время на разговоры с Еленой Ильиничной не было ни желания, ни возможности. Поэтому взял с вешалки одну единственную рубашку с коротким рукавом и джинсы. Кстати, хочу сказать, ткань у штанов на ощупь оказалась очень качественная, плотная, а на поясе виднелся небольшой ярлычок, на котором было вышито нитками «Большевичка». То есть, эта вещь – отечественного производства. Ну, что скажешь… молодцы!
Закрыл створку шкафа и с одеждой под мышкой выскользнул из комнаты.
Быстро переоделся, спрятавшись в ванной, но как только открыл дверь, носом практически уткнулся в женщину-гренадера, которая стояла уперев руки в бок и пылая гневным взором.
– Куда собрался? – Она спросила это таким тоном, будто меня застали на месте преступления с орудием убийства в руке, когда вопросы задают чисто ради того, чтоб соблюсти проформу. В понимании тещи я уже был во всем виноват. Настойчивая особа, однако.
– На работу, куда еще. – Попытался ее обойти, но она тут же сделала шаг в сторону, снова перегораживая дорогу.
– Ты – сантехник. Давно ли начал для унитазов наряжаться? Смотри мне, Иван…
Куда надо смотреть уточнять не стала, но звучало это угрожающе.
– Позволите?
Женщина – гренадер с неохотой пропустила к входной двери. Перед тем, как выйти, оглянулся. Возникло ощущение, она сейчас двумя пальцами покажет на свои глаза, а потом на меня, используя расхожий жест, «я за тобой слежу». Интересно, надолго ее Ксения притащила? А главное – зачем?
Сунул руку в карман джинс. Звезда была на месте. Переложил ее, когда переодевался. Лучей по-прежнему оставалось пять и толку от нее пока не было, но лучше иметь проводник при себе.
До центра добрался быстро, не терпелось разыскать девчонку. Школ поблизости от того места, где видел ее с детьми, оказалось две. В первой меня встретила на пороге суровая женщина, представившаяся дежурной. Легенду придумал ещё с вечера, поэтому уверенно рассказал ей, что ищу родственницу. Приехал издалека, внезапно. Есть информация, она работает в системе школьного образования, где-то рядом с домом.
– Так а что не позвонишь? Номер-то есть? Сейчас не прошлый век. Телефоны у всех.
У всех, кроме меня, видимо. Но не скажу же я это тетечке. Надо, кстати, узнать у супруги, как насчёт моего мобильника. Ничего подобного среди своих вещей пока не увидел. Дежурной ответил, что номер, к сожалению отсутствует.
Как бы то ни было, но в этой школе Елизавет среди преподавательского состава не было. Я, конечно, допускал факт, что девчонка может носить другое имя, мало ли, поэтому в виде уточнения ещё и описал ее внешность максимально подробно. Естественно, глупо бы вышло, если бы нашелся кто-то подходящий под образ, но с другими данными. Надо быть совсем дураком, чтоб имя родственницы перепутать.
– Да говорю же, ни одной Лизы не имеется. Хоть блондинка она, хоть брюнетка, хоть лысая. – Женщина, похоже, сочла меня бестолковым. – С твоим описанием тоже никакого совпадения.
В итоге, распрощавшись, я отправился ко второй школе.
И вот тут мне, наконец, повезло. Во – первых, была большая перемена, и у входа в здание стояли старшеклассники. Эти хоть не такие подозрительные, да и вопросов особо задавать не станут. Во-вторых, на мой вопрос, имеется ли среди учителей определенная особа, получил положительный ответ.
– Так это же Елизавета Дмитриевна. Она историю ведёт. Идите на второй этаж. Там увидите нужный кабинет. – Объяснил один из парней.
Пользуясь тем, что ученики в хаотичном беспорядке бегали мимо дежурной, а некоторые старшеклассники отправились внутрь, ухитрился под шумок проскочить вместе с ними, не привлекая лишнего внимания.
Уже на подходе к кабинету истории, стало волнительно. Правда. Будто первый раз топаю на свидание. Приблизился к двери и, взявшись за ручку, на мгновение замер. Лиза не знает меня. Теоретически. Даже там, в 1941 Наталья Никаноровна запретила говорить девчонке правду о переселении душ и путешествиях во времени. Все что было, для нее – это история связанная с дедом, не со мной. Это Иваныч полез к ней целоваться в хранилище. Это с Иванычем у них возникло притяжение. Как вести разговор, пока ещё представлял плохо, зная лишь одно, мне нужна сама девчонка и нужны от нее определенные действия. Не важно, какими методами, но я должен этого добиться.
Решительно распахнул дверь.
Блондиночка сидела за столом, ковыряясь в тетрадях. Кабинет, к счастью, был пуст. Вообще замечательно.
Я переступил порог. Услышав посторонние звуки, Лиза подняла голову. В глазах, именно ее глазах, а вовсе не в чьих-то похожих, обозначилось удивление и, конечно, ни малейшего узнавания.
– Здравствуйте… Вы… Я вроде бы сегодня никого из родителей не вызывала.
Опять меня накрыло ощущение радости и какого-то идиотского восторга. А ещё понимание, как сильно соскучился по ней. Хотя, с момента нашей последней встречи фактически прошло лишь пару дней. Но казалось, будто не видел высокомерную стерву год.
– Я не родитель. К счастью. – Стою, как дурак, смотрю на нее и улыбаюсь.
– Почему же, к счастью? – Блондиночка машинально улыбнулась в ответ.
– Поверь, так и есть.
– Мы знакомы? – Конечно, она сразу среагировала на мое «ты». Взгляд стал задумчивым, вспоминающим.
– Относительно. Я бы сказал, частично. Для меня – знакомы, для тебя – нет.
Когда планировал и строил наш возможный разговор, решил, если увижу, что это – действительно девчонка, то тянуть кота за причиндалы не буду. Похожий человек – одно. Оригинал – совсем другое. В любом случае будет понятно, когда окажусь рядом. Прожить от 1941 до 2022, не изменившись, не состарившись ни на день, и при этом не знать о своей особенности невозможно. Соответственно, мои вопросы вряд ли покажутся ей признаком сумасшествия.
– Это странная формулировка. – Лизонька слегка напряглась. Удивление во взгляде сменилось очень глубокой, тщательно подавляемой тревогой.
– Думаю, странного в твоей жизни и без того предостаточно. Начиная с появления на свет. Правда? Светлейшие князья в родне, это тебе не абы что. Да и сотня лет за плечами вряд ли говорят о том, что ты – обычная девочка.
Улыбка на ее губах словно приклеилась намертво. Блондиночка медленно встала из-за стола, а потом так же, не торопясь, подошла ближе.
– Вы что-то путаете, кажется… Расскажите правду… Кто Вы такой? Зачем пришли? – Лиза положила ладони мне на лицо, при этом не отводя взгляда. Оооо… это мы проходили, знаем. В тот раз Никаноровна сказала, будто фокусы блондиночки не действуют, но там был Иваныч. Вот это будет номер, если я не столь особенный и эта стервозина со мной что-то провернет. Может, очнусь потом и буду «агукать», как дурачок, да под себя мочиться. А предварительно, расскажу все, как на духу́. И про деда, и про себя, и про демонов, кстати.
Зрачки девчонки расширились, заполняя всю радужку целиком, а потом опять собрались в две точки.
Стоим, значит, как в кино. Любовная сцена в чистом виде. Блондинка смотрит мне в глаза, я – ей. Между нами – напряжение и искры. Правда не как итог страсти, а всего лишь ее ведьминские штучки.
Была мысль поглумиться, упасть резко на пол, задрыгать ногами и пустить пену изо рта. Чтобы она тогда делала, интересно? Но я сделал по-другому.
– Упс! – Сказал ей прямо в лицо, с наслаждением глядя, как она, на зависть австралийскому кенгуру, мгновенно отпрыгнула назад. – Не работает. Прикинь?
К счастью, видимо, не только дед обладает стойкостью к фокусам Лизоньки. Я особо перемен в себе тоже не почувствовал. Слегка голова закружилась, да ещё очень сильным стало желание забить на разговоры, проблемы и заняться с девчонкой гораздо более приятными вещами. Но это было бы точно странно. Для нее я – незнакомец. Вот что-то, а склонностью к маниакальному насилию не страдаю. Девчонка, думаю, вряд ли кинется на первого встречного, а я для нее первый встречный и есть. Но зато было очень приятно смотреть на ошарашенное лицо блондиночки. Наконец, не только я дураком выгляжу.