Зажечь звезду

Догадываюсь, о чём речь идёт. Начальник не желал отпускать нас в этот поход даже под охраной, Кристиан же считал, что представляется прекрасная возможность заняться ловлей на живца.
– Нет, – нахмурилась Ханна, подтягивая лямку повыше. Я благоразумно составила свой груз на землю, экономя силы. Они мне ещё понадобятся. Идти сегодня будем целый день, точнее, весь его остаток – до поздней ночи, устроимся спать вблизи развалин храмового комплекса, утром всё осмотрим, а к следующему вечеру уже вернёмся домой. Насыщенная программа, ничего не скажешь. – Перед выходом опять поругалась с Эшли.
  
– Вы с ней раньше постоянно ругались, чего здесь такого, – пожала плечами я. Ханна мотнула головой.
– Да, можно было привыкнуть, хотя хорошего мало… Но всегда неприятно, когда тебе кричат: «Чтоб ты сдохла в этом своём походе!».
– Что-то она далековато на этот раз зашла, – вздохнула я. – Не бери в голову. Люди часто говорят глупости. Тем более люди завистливые и недалёкие.
– Сейчас пройдёшь пешочком пару километров, и слова нашей милашки Эшли покажутся тебе предсказанием, – «успокоил» подругу Кайл. – Походы – не для слабого пола. Чего ты в свой рюкзак напихала?
– Что напихала, всё моё, – гордо ответила Ханна, снисходительно глядя на Ками сверху вниз. Девочка ненамного уступала мне в росте, так что парочка из них получилась комичная. – И не малявкам говорить про слабость. У тебя-то что так вещей мало? Побоялся, что не донесёшь?
– Просто я в походы и раньше ходил, знаю, как может лишняя пара килограммов испортить настроение, – по-взрослому усмехнулся Ками, отвечая таким же покровительственным взглядом. – Всё, Найта, подбирай свой рюкзак, потопали. Кажется, шериф дал добро.
– Наконец-то… – проворчала я и с трудом закинула вещи на спину. Без подарка Максимилиана было тяжеловато, но светить перед людьми пространственную магию я не рискнула. Пришлось одалживать у Ричарда туристическую экипировку. – Не могли раньше договориться, что ли.
– Да брось ты, это традиция просто, – отмахнулся Кайл. – Шериф с детективом постоянно цапаются.
– Традиция, говоришь?
Поневоле вспомнились перепалки Лиссэ и Дэриэлла. Взъерошенная аллийка постоянно делала попытки приструнить целителя и поучить его жизни. Тот огрызался, напоминая о разнице в возрасте, но энергичную даму это не останавливало. Она продолжала самозабвенно хлопотать вокруг него, как наседка над цыплёнком.
К слову, Лобейра сейчас тоже походила на этакую курицу-наседку, сгоняющую в стайку пушистую малышню. В спортивном костюме, без привычной шали и очков, она выглядела намного моложе, всего лет на сорок или около того, но мягкая, настойчивая забота по-прежнему же проскальзывала в каждом жесте. За пределами класса полумистическое очарование, позволявшее держать учеников под контролем, рассеялось без следа, и, не решись Рэд предложить помощь по наведению порядка, Лобейра ни за что не справилась бы с ребятами. Предвкушение «приключения» заряжало их бодростью, как четыре порции кофе перед сном.
Через пару часов энтузиазм у мальчишек и девчонок повыветрился. Ещё бы, рюкзаки успели натереть плечи, а до привала было далеко. Я незаметно облегчила нашу с Ханной ношу, приспособив ближайшие нити, Ками вроде пока справлялся сам. Неудивительно – похоже, от ведарси в нём всё же было больше, чем от человека. На фоне общей мрачноватой усталости наша бодрая троица выделялась почти так же, как парочка в полицейской форме, замыкавшая цепочку. Многие не рассчитали вес и теперь мучились, демонстративно охая и постанывая. В итоге остановка на ночлег наступила на час раньше положенного срока. Вести обессиленную команду по темноте Лобейра не решилась.
– На этой поляне и останемся, – скомандовала преподавательница, первой сбрасывая рюкзак на землю. – Роберт, Саймон, Элайджа, вы за дровами. Саманта, Эллис, Майкл, Джейкоб, Кристина – устанавливаем палатки, я вам помогу. Остальные распаковывайте вещи. Ребекка, ты отвечаешь за провизию, набирай помощников и вперёд! Кто будет ответственным за костры?
– С вашего позволения, мэм, – улыбнулся Кристиан Рэд.
Лобейра благосклонно кивнула.
Ребята с облегчением свалили вещи с плеч. Поляна наполнилась радостным гомоном. Ребекка быстро увела у нас Ханну, мы же с Ками набились в помощники к детективу. Кайл старался держаться подальше от открытого огня, но жар углей ему явно нравился. Как только прогорели первые ветки, я незаметно выхватила из костра головешку. Остывший уголь легко крошился под пальцами. Обозначив границу стоянки, я вернула остатки в огонь. Перед сном активирую контур, хотя бы на сигнализацию. Вряд ли, конечно, ведарси рискнут атаковать, когда вокруг столько людей, но подстраховаться стоит.
Потом выяснилось, что ребята уже давно поделили места в лагере, и если мы хотели бы ночевать под крышей, то нам только и оставалось, что разбежаться по чужим палаткам, что никого из нас не устраивало. Впрочем, ни я, ни Ками с Ханной особо не горевали – разложили спальники поближе к костру и уселись на них, как на подушки. Поджаривающиеся на веточках сосиски мысленно вернули меня в детство. На другой стороне в круге света померещился Хэл, а бархатный голос Лобейры сквозь сон мешался с голосом Дэриэлла. Ближе к полуночи ребята начали расползаться по палаткам и спальникам. У костра кроме преподавательницы остались только Ками, Ханна, Рэд и я. Да и мы уже начинали клевать носом.
Дым костра пах чем-то неуловимо знакомым, сладковатым. Я силилась вспомнить название, но веки словно налились свинцом, а мысли путались. В руки толкнулась кружка с тёплым настоем. Кажется, опять ромашка…
– Выпей, – коснулся уха шелестящий шёпот Лобейры. – Это поможет тебе спокойно уснуть.
«Куда уж спокойней», – подумалось мне. Зубы звякнули о край чашки. Напиток отдавал горечью и металлом. Я сделала глоток, другой… Горло свело судорогой.
– Что… что это такое? – прохрипела я, царапая ногтями землю, отчаянно пытаясь вдохнуть. Отвар расплескался по траве, как капли ртути. От сердца расползалась волна пульсирующей боли, оставляя после себя ощущение пустоты. Сознание ускользало. Краем глаза я заметила, как справа свернулась в клубочек Ханна, а рядом с ней Ками бессильно раскинулся по траве. Спят… Не слышат… Да что же это такое?! – Что ты подмешала туда?
– Это всего лишь звёздная пыль, – тихо ответила Лобейра, наклоняясь ко мне. И костёр не имел не малейшего отношения к багровым отсветам в глубине её глаз. – Сиречь пиргит истолчённый. Нравится, равейна?
Я пыталась закричать, но голос не слушался. Тело горело, будто начинённое углями. В груди образовался вакуум. Под щекой кололись смятые стебли. А прямо перед глазами, на жарких багровых головешках медленно сворачивались в трубочку узорные листья, источая тошнотворно-сладкий дым. Губы искривила слабая улыбка. Надо же, не узнала алинный якубовор. Меня погубила дурацкая сон-трава…
Если выживу, с Дэриэллом мне лучше не встречаться.
Темнота.
…Тычок под рёбра. Выгибаюсь, хватая ртом воздух. Мучительно медленно открываю глаза. Взгляд никак не может сфокусироваться. Ресницы слиплись, кожу стянула липкая корка… Кровь?
– Очнулась. Она не сдохнет от этой твоей отравы, женщина?
– Не сдохнет, – бархатом ласкает слух тихий голос. – Впрочем, не всё ли равно?
– Она должна дожить до ритуала, – недовольно прерывают её. Рыкающие нотки, знакомые интонации. В памяти всплывает имя – Первый. Вожак ведарси. – И так Жадный немного… перестарался.
– Ему есть за что ненавидеть эту тварь, – спокойно возражает собеседница. – Ожоги на его лице до сих пор кровоточат.
  
Губы иронично искривились. Да, следы от моей крови так легко не смоешь.
– Смотри-ка, Волчий Ветер, равейна улыбается, – удивлённо восклицает Первый. Я собираюсь с силами и поднимаю голову, чтобы столкнуться взглядом с немолодой женщиной, кутающейся в голубую шаль.
Волчий Ветер? Что это значит?
Мозг опаляет поздняя догадка.
Вента Лобейра. Vento Lobeiro. Волчий ветер. Истина была у меня под носом, а я, идиотка, её проглядела!