Зажечь звезду

– Ничего. – Я вскочила, схватив десяток салфеток. Кровь быстро пропитывала бумагу… Неважно. Со своими царапинами разберусь позже. Нить, тянувшаяся к Кайлу, отчаянно вибрировала, порождая высокий тревожный звук. – Скоро приду! – И выскочила за дверь.
– Найта, твоя рука… – растерянно крикнул Ричард с порога. Я уже не слушала.
Бездна, только бы успеть!
Кварталы мелькали, сливаясь в мутное пятно. Не думала, что могу так быстро и долго бежать! Мир то и дело проваливался в чёрно-белый цвет, а кровь из рассечённой руки оставляла на асфальте угольные пятна.
  
Быстрее, быстрее!
…Бьёт ветер в лицо. Магия спрямляет дороги, я уже не бегу, а по нити скольжу к яркой сверкающей точке. Ближе… ещё…
Успела!
Квартал, где я оказалась, выглядел как трущобы – заколоченные окна домов, запущенные сады, переполненные мусорные контейнеры. Фонари горели через один. Щербатая дорога резко обрывалась, упираясь в изгородь. Там, у самой кромки поля, переливался блестящий пузырь защитного заклинания, укрывая две съёжившиеся фигурки. В этот пузырь упорно бился плечом кто-то очень сильный – прозрачная плёнка с каждым разом вдавливалась глубже и глубже.
Услышав мои шаги, незнакомец оглянулся, мотнув спутанной гривой волос. Ветер качнул плошку фонаря, плеснул светом в искажённое от ярости лицо.
Жадный.
– Вали отсюда, – прошипела я. Мир вывернулся контрастной чёрно-белой изнанкой. – Слышал?
– А если нет, что тогда? – хихикнул Жадный. – Покусаешь? У, какие зубки…
Я не ответила – сжала руку в кулак, расслабила – и замахнулась на лоста.
Он даже уклоняться не стал. А через секуду оторопело провёл рукой по лицу, стирая чёрную кровь… и взвыл. Капли сжигали кожу, как кислота.
– Это хуже кислоты, – вслух продолжила я. – Такое нельзя залечить. Может, запомнишь, кого в этом городе трогать нельзя…
Я медленно сжала руку, тревожа рану. Из глубины поднималась волна. Если он не послушает меня сейчас, то больше сдерживаться не смогу.
Но он что-то почувствовал – не знаю, испугался или решил отступить и подлечиться. Поскуливая, отступил на шаг, другой – и, на ходу переплавляясь в здоровенного рыжего волка, кинулся бежать вдоль по аллее.
Я тяжело выдохнула, проводя чистой ладонью по сомкнутым векам. Боги, как же тяжело… Чуть не сорвалась. Надо успокоиться.
Вдох. Выдох. Ме-едленно…
Когда я вновь открыла глаза, свет фонаря уже был оранжевым.
– Вы в порядке? – Я шагнула сквозь контур заклинания, усаживаясь на землю рядом с Ками. Парень крепко обнимал Хани, закрывая её собой от возможного удара. Пальцы, сжимающие бусины, свело от напряжения.
– Найта… – хрипло выдохнул он.
Ханна всхлипнула.
– Тише, – шепнула я, обнимая их обоих. – Тише, маленькие. Я здесь.
Теперь начинало колотить меня. Окровавленная рука горячо пульсировала. И рядом, как назло, не было ни одного аллийского целителя. Ну, или хотя бы сумасшедшего некроманта, способного одним движением затянуть порез.
– Я не маленький, – беспомощно огрызнулся Ками. – Я даже старше тебя. Мне шестнадцать исполнилось в январе.
У меня вырвался нервный смешок:
– Да, а мне в конце марта исполнилось. Два года назад.
– Чего? Издеваешься? – Парень отстранился, заглядывая мне в глаза. Констатировал со вздохом: – Нет, не издеваешься. А чего тогда делаешь в школе?
– А чтоб я знала, – пробормотала я. За последние дни я дважды пыталась связаться с Айне, чтобы прояснить ситуацию, но подруга то ли не могла, то ли просто не хотела отвечать. Элен тоже не подходила ни к телефону, ни к зеркалу. Была мысль дозваться Тантаэ, но памятуя о просьбе пророчицы, я этого не делала. – Вы целы? Что здесь произошло?
– Я нормально, а вот Ками ногу подвернул, – наябедничала Ханна. – Когда этот лохматый урод выскочил на нас, Ками отбросил меня в сторону, а сам упал. А потом перекатился, и вдруг сработало заклинание.
Он кивнул, подтверждая рассказ. Я склонилась осмотреть травмированную ногу, а сама продолжила расспросы:
– Жадный чего-нибудь говорил? Или напал молча?
– Молчал.
– Говорил.
Они выпалили одновременно и обменялись уничижительными взглядами. Я вздохнула, осматривая щиколотку невезучего парня. Неудивительно, что он не слышал. Боль делает людей глухими не только в переносном смысле. А у Ками был вывих, самый натуральный. А мальчишка держался, точно ничего особенного не случилось…
Если обходиться без магии, то заживать такое будет не меньше двух недель, даже с учётом генов ведарси.
Придётся вспоминать уроки Дэриэлла.
– Ладно. Так, Ками, замри. Больно не будет, но со стороны смотреть неприятно. – Я быстро нажала на точку под коленом, отключая нерв. Так, теперь главное правильно дёрнуть ногу и зафиксировать заклинанием. – А мы пока внимательно послушаем Хани. Что там с Жадным?
– Так это был ваш Жадный? – Девочка содрогнулась. – Ему эта кличка подходит. Он говорил, что если не можешь добраться до волчицы, убей волчат. А ещё – что самое вкусное оставляют на потом. – Ну, я покажу ему «вкусное»! Видно, мало было крови тёмной эстаминиэль! – А затем сказал, что выродкам духов здесь не место, – тихо закончила Ханна.
Так. Спокойно. Я примерилась и резко потянула ногу. Честное слово, если бы не нити, ни за что бы вправить не получилось. Но призрачный узор пока висел в воздухе… Мне оставалось просто немного ему помочь.
Ками наклонился, разглядывая свою щиколотку так, будто видел её в первый раз.
– Не шевелись пока, – предупредила я, выплетая основу заклинания. – Если хорошенько подумать… Это были пустые угрозы. Да и само нападение какое-то дурацкое. Скорость движения ведарси гораздо выше человеческой, он бы вас раз двадцать успел убить. Опять запугивают?
– Вряд ли, – поёжился парень. – С такими глазами не запугивать идут, а… – Он выразительно провёл ладонью по горлу. – Нет. Наверное, он просто не мог предположить, что у нас будет защита. Вот и не спешил. Поиграть хотел.
Не знал… Я аккуратно опустила готовое плетение на вытянутую ногу. Вот так-то лучше… Что ж, играть с добычей – вполне в стиле Жадного. Но тогда получается, что дети находятся в большой опасности. Если охота началась по-настоящему, то и меры надо принимать соответствующие.
– Ками, как нога? Можешь двигаться? – Ками демонстративно повертел в воздухе ступнёй. – Отлично. Только наступай осторожнее. Что вы делали здесь так поздно?
– Гуляли, – буркнула Ханна. – А потом Ками решил меня проводить. Вот и всё.
Проводить… Получается, что…
– Хани, ты что, живёшь где-то поблизости? – поинтересовалась я.
– Ну да, – кивнула она. – А мне казалось, ты знаешь, – растерянно добавила девочка. – Мой дом – следующий, за поворотом. Метров тридцать всего не дошли.
Я поджала губы. Повезло же малышке с кварталом!
– Представляла, но лишь приблизительно, как точку в переплетении нитей. Но лично здесь никогда не была и не задумывалась о том, как это место выглядит в реальности. Но сейчас меня больше волнует другое. Например, ваша безопасность. Кстати, дети, подумайте над небольшой проблемкой. Как объяснить Грэйменам, что сегодня у них ночуют гости?
Ребята рассеянно переглянулись. Первым опомнился Ками:
– А зачем нам у тебя ночевать? То есть у Грэйменов. То есть…
– Затем, чтобы вас не убили, – отрезала я. Такая наивность! Просто потрясающе. Впрочем, ещё недавно и сама такой была. – Можешь дать гарантию, что Жадный не вернётся, как только вы окажетесь без моей защиты? Или что он придёт без пиргита?
– Что такое пиргит? – тут же влезла Ханна. Вот ведь проснулось любопытство!
– Такое вещество, которое блокирует любые магические проявления, – со вздохом пояснила я. Очередная лекция по устройству мира… Что ж, можно только посочувствовать королевам, которых я в своё время донимала такими же глупыми вопросами, вроде природы своей силы или свойств живого серебра, и позавидовать их терпению. – Вообще-то минерал, но после обработки выглядит, как чернёное серебро. Жуткая гадость.