Зажечь звезду

– Давай сюда лапу, – буркнули над ухом. Мэйсон? И когда успел выбраться из-за стола? Любопытно стало?
Кстати, из пореза сейчас сочилась самая обычная, алая, кровь. Только подтёки на полу были чёрными.
– Нельзя было просто сказать: я равейна сферы тьмы? Или тебе нравится резать себя? – так же недовольно осведомился некромант, проводя пальцами над моей изувеченной ладонью. Осколки стекла выпрыгнули из раны и звонко застучали по каменным плитам. Ещё одно заклинание – и края раны стали стягиваться. – Мазохистка натуральная… Тебе обезболить или как?
  
В голосе Мэйсона звучало неприкрытое ехидство.
– Нет, спасибо, – вежливо отказалась я, отдёргивая руку. Да она и не очень-то болела. По сравнению с переломами или вывихами, которых у меня в детстве было предостаточно… Нажму ещё на точку под локтем… ага, вот так – совсем хорошо. – А можно вопрос?
– Ну?
– Вы умеете лечить? Но ваша специализация… и всё такое…
Мэйсон покровительственно улыбнулся и демонстративно отряхнул руки:
– Деточка, я боевой некромант. А в бою, между прочим, если не умеешь себя подлатать, вероятность выжить сводится к совершенно неприличному проценту.
– А вы воевали? – поинтересовалась я. Мэйсон нехорошо сощурился. – Вы не думайте, я не издеваюсь, просто интересно.
– Не воевал. Но в рейд ходил. И не один раз.
Рейд… Я мысленно присвистнула. Ничего себе. Это ведь было весьма опасное предприятие – глубокое исследование заброшенных подземелий, древних городов и густых лесов. То, что рейды – удел искателей приключений, а не серьёзных учёных, не делало риск меньше, скорее, наоборот, увеличивало. Даже при участии опытных магов гибель половины группы считалась нормой.
У Мэйсона было такое выражение лица, что я передумала спрашивать, что такой крутой специалист делает на должности преподавателя. Точнее, декана – разница невелика, только оклад побольше.
– Никто не будет возражать, если я возьму на себя обязанности куратора по проекту создания противоядия от солнечного яда? Как декан факультета некромантии, – с наигранным весельем осведомился Мэйсон. Никто не возразил. Конечно, я могла ошибаться, но теперь мне казалось, что его немного побаиваются и поэтому спускают ему с рук наглость, хамство и развязное поведение.
– Значит, я принята?
Сердце у меня замерло, без преувеличений, в самом что ни есть медицинском смысле.
– Добро пожаловать в Академию, – нашёл в себе силы кивнуть профессор Леми. Все умные размышление тут же вылетели из головы. – Пока – на испытательный срок.
Тут я не выдержала – радостно подпрыгнула с криком «Есть!», потом смутилась и, вякнув «огромное спасибо», выбежала из кабинета.
Приняли, Бездна, приняли! Пусть с испытательным сроком, но всё же!
На лестнице меня догнал Мэйсон.
– Сильное выступление. Знаешь, я рад, что ошибся в тебе, – хмыкнул он, подхватывая меня под руку – к счастью, не под больную – и каким-то очень покровительственным жестом поглаживая расслабленную ладонь. Шершавые подушечки пальцев были слегка прохладными, словно Мэйсон постоянно мёрз. – А ты хорошо расставила акценты, да и представление под конец устроила что надо. Сразу всем стало ясно, что ранг у тебя никакой не каэль, а, видать, повыше. – Я только хмыкнула. Ну и тип! Оказывается, он и льстить умеет, да так грамотно – заслушаешься. Впрочем, прощать ему «юбку» я не собиралась. – Достойная сестра своему брату.
Вдох застрял у меня в горле, и я едва не закашлялась. Слышал бы Хэл сейчас своего декана!
– Скажите, а вы удивились, когда узнали, что я… ну, гм…
– Не совсем каэль? И явно не без специализации? – усмехнулся Рэмерт и слегка сжал пальцы. – Я подозревал что-то в этом роде.
– Да? И почему? – искренне удивилась я. Точно знаю, что с виду на эстаминиэль точно не тяну. Я не Феникс и не Айне.
– Да было какое-то предчувствие…
Рассказать о предчувствии некромант не успел.
…Я не знаю, что произошло. Больше всего это было похоже на приступ неконтролируемого ужаса, как прошлой ночью. Я вскрикнула, чувствуя, как сводит горло, и опрометью кинулась вниз. Машинально оглянулась, цепляясь за перила отчаянно, до сломанных ногтей, и краем глаза увидела неясную тень, а потом некромант резко развёл руками, и по лестничному пролёту хлынула волна почти неоформленной силы… нет, заклинания слишком сложного, чтобы я могла уловить его структуру.
Так плотно переплетённые нити становятся тканью.
– Что случилось, профессор Мэйсон?
Дыхание у меня было, как у страдающей астмой собаки, разве что язык на бок не вываливался. Ноги не держали. Я медленно, опираясь на перила, опустилась на ступени. Камень источал мерзкую ледяную сырость. Мэйсон плюхнулся рядом и привалился к моему плечу, дыша так же тяжело и хрипло. На лбу и висках у него выступили мелкие капельки пота.
– Не знаю, – честно сознался Рэмерт и обессилено согнулся, пряча лицо в ладонях. – Есть предположения? – глухо спросил он. – И какой я тебе «профессор Мэйсон», давай уж просто «Рэмерт» или «Рэм», после такого-то…
Я машинально провела рукой по волосам некроманта – и тут же отдёрнула её, как будто меня ударило током. Слишком уж ласковым, интимным вышел жест. Сейчас только флирта с преподавателем не хватало для полного счастья! Нахваталась же от Максимилиана привычек тянуть руки куда не следует… Но Мэйсон, слава богам, ничего не заметил – слишком худо ему было. Он только отнял ладони от лица и уставился на них так, словно ожидал увидеть кровь или чёрную краску.
– Ну… Есть одно предположение, – протянула я, стараясь избавиться от чувства неловкости. Но оно липло ко мне, как паутина к лицу – противно до дрожи, и толком не стряхнёшь. – Помните круг у меня в комнате?
– Где уж такое забыть, – слабо усмехнулся некромант.
– Так вот, тогда ночью мне тоже… примерещилось.
– То же самое? – В его голосе появилась искра прежнего деятельного интереса, сдобренного хорошей порцией иронии.
– Не совсем. – Я задумалась, припоминая получше события, которые уже почти стёрлись из памяти. – Теней там не было, только шаги за стенкой, в спальне. А вот ощущение ужаса – то же самое. Брр, сворачивает мозги не хуже шакарской ментальной атаки.
Мэйсон развернулся всем телом и уставился на меня в упор:
– Ты хочешь сказать, что прошлой ночью справилась с этим сама? – Я робко кивнула. – Не мели чушь. Сейчас мне удалось отогнать тварь только при помощи заклинания высшего порядка, а ты у нас…
– Я у нас королева. Эстаминиэль Дэй-а-Натье, – неохотно призналась я. Удивительно, но моё заявление не прозвучало ни похвальбой, ни шуткой, вопреки опасениям – видимо, момент был подходящий. – А вообще, мне просто повезло. Сама не поняла, как отбилась, – честно призналась я.
– Вот это уже похоже на правду, – хрипло хохотнул Мэйсон и закашлялся. – Расскажешь поподробнее? Я тебя как раз провожу до комнаты.
Рассказывать было в общем-то нечего. Тему мы исчерпали ещё до того, как добрались до нужного этажа. По дороге Рэмерта – непривычно, но приятно было звать его по имени – остановил один из студентов и начал с отчаянными глазами вещать что-то про курсовую. Рэм сморщился и пообещал догнать меня позже.
А у дверей моей комнаты стоял… Валмир. Да-да, тот светловолосый юноша, который любезно указал мне дорогу к башне Колата. И как узнал, где меня поселили?
– Я тут заскочил тебе напомнить кое о чём, – широко улыбнулся он в ответ на неловкое приветствие. – Приходи сегодня на вечеринку. Наши собираются ближе к двенадцати.
– А куда приходить?
Губы у меня невольно растянулись в улыбке. Какой всё-таки милый парень.
  
– В общежитие. Мы целый этаж занимаем, так что не промахнёшься. В той же башне, только не одиннадцатый, а первый.
Значит, башня Колата, первый этаж, полночь. Хорошо живут студенты, не скучают…
– Обязательно приду, – пообещала я. Развеяться мне было жизненно необходимо – после всех-то стрессов. – Спасибо.
– Куда придёшь? – весело поинтересовался Рэмерт, выныривая из-за поворота. Белобрысый Валмир тут же сник и сделал попытку незаметно смыться.