Драма Мориарти: «Воля кукловода...» (СИ)
— Кто? — нервно вопросил юноша, оборачиваясь за спину. Его встретил безэмоциональный вид спутника. Не заметив для себя опасности, Мор облегченно вздохнул и попытался выдавить из себя улыбку: — Фух, ледышка, это всего лишь ты.
— А ты кого другого ждал? — отозвались позади, проигнорировав нелепое обращение.
— Конечно! — весело заявил Ал. Уцепился пальцами за мощную шею рысака, чтоб не грохнуться наземь. — Представь себе, просыпаюсь такой, хрен знает где. На коне жуткого и неотесанного бандита, кой везет меня в логово, чтобы трах…
— Verrda, уволь меня от подробностей!
— Пф, ну ты скучный! — обижено задрал подбородок юноша, наигранно отвернувшись от Чон-Е. Переведя взгляд, заметил смотрящего на них старшего эльфа и приветливо помахал тому рукой. Дроу коротко кивнул, а затем, ничего не комментируя, увел ящера вперед, вступив на узкую тропу через высокие скальные наросты. Прошедшие дни хоть и были для молодого господина тяжелыми: со всеми его ранами, пмс и скачущим настроением, но все же он смог довести отношения с темными эльфами, за исключением третьего брата, до оптимального — терпимого уровня. Скажем так вернул былую хватку. Поразмыслив на днях над словами дроу, Мориарти понял для себя одну важную вещь — ушастых ему не изменить, так что приходится свыкнуться с неизбежным. По крайней мере, пока они присутствуют в его жизни. “Эх, в семье не без уродов. Зато не скучно!” — утешил себя человек, вошкаясь в седле. За плечами гневно зашипели.
— Где моя лошадь? Может я пересяду? — тактично вопросил Алларос, устав ерзать. Хотя он не сильно желал избавиться от соседа. Уже потому что сидеть так близко к лонку Де Ирриде было для него несказанным счастьем! А еще тепло…
— Нет. — холодно бросили ему в ответ. — У тебя жар еще не сошел.
— Но я себя хорошо чувствую! — взмолился Мор, уткнувшись носом в роговые отростки ящера, мало похожие на гриву.
— Умолкни и сядь ровно! — такому приказу был грех не подчиниться. Спина юноши словно кочергу проглотила… на каких-то пару минут. А дальше, все по новой. В принципе, второй лонк был к этому готов. Ибо уже привык выходкам паренька.
Темные руки, держащие поводья, неумолимо приникли к талии Мориарти, лишая того пространства для маневров. Человек замер. Если б он был повернут к эльфу лицом, то тот бы заметил, как алая краска постепенно окрашивает персиковую кожу, делая ее носителя до дрожи в груди милым. Однако все, что ощутил лонк под руками — это лишь частое дыхание. Расценил подобное вернувшейся лихорадкой. На удивление эльфов, она не охотно уходила от молодого господина, то и дело норовя вернуться. Да и еще его “женские” проблемы, да мороз в минус двадцать, тоже давали о себе знать.
— Почему мы не идем по главному тракту? — внезапно, спустя десять минут тишины, подал голос человек, цепко осматривая пейзаж вокруг них. На пути были только густые хвойники, искореженные мутацией и лента нескончаемой тропинки, что терялась между подножьями горных хребтов.
— Провиант почти иссяк. Нужно войти в деревню и отдохнуть.
— В такой глуши еще остались поселения!?
Его затылок одарили удивленным взглядом: — У тебя память стала отказывать? Мы же обсуждали это в полдень.
Сложив губы трубочкой и закатив глаза Мор присвистнул, типа он тут не причем и вообще не с ним тогда говорили…
— Пф, ничтожество. — выплюнул Чон-Е надменно, одним словом дав понять, как низок сидящий перед ним. К темному развернулись. Одарили насмешливым взглядом и иронично спросили:
— А как зовут тех, кто возится с ничтожествами? Неудачники или глупцы?
*Вжу-ух.* — Ты! Следи за словами, а не то я отрежу твой длинный, никчемный язык! — вспылил второй брат, замахнувшись рукой прямо перед глазами Мориарти. Последний инстинктивно зажмурился и моляще воскликнул:
— Ладно, ладно! Прости меня, молодой лонк, я перегнул. Не бей только, и так кости ели воедино собрал!
Бай на это недовольно нахмурил брови, а затем приказал молча рассматривать окрестности. Мол как приедем, так все увидишь и узнаешь. Надув губы, Ал оперся на ящера локтями и больше не произнес не слова до самой остановки. С любопытством следящий за их диалогом Цинсо тихонечко заливался хохотом, попутно гладя сидящего на седле Бади. Ну не ожидал он, что страшные дроу вновь позволят владыке творить и говорить бредовые вещи.
Все-таки, вода камень точит.
***Бай-Чон-Е Де Иррида.
— Эй! Это что-за столичные хмыри к нам пожаловали!?
— Манька, ты только глянь, какие под ними бестии чешут!
— О, Создатель! Да где это видано, чтобы девку на глазах у всей толпы бесцеремонно лапать!? Эти городские совсем стыд потеряли!
— Как и глаза… Дуня, да ты ее краше в сто разцов! У этой пигалицы ни косы, ни фигуры. Да и старая небось!
Галдеж местных сплетниц меня нисколько не занимал. Аккуратно направлял коня, петляя среди зевак, чтобы их не задеть. Пока… “Э-э-э…” — однако сидящий рядом Алларос заметно напрягся и походу покраснел. Натянул поглубже капюшон. Видимо понял, что обсуждали именно ЕГО. Я не удержался и весело хмыкнул человеку в плечо: “Красься, не красься. А простая чернь всегда сородича отыщет! А после размажет.” На удивление, когда я непроизвольно притронулся к его одеждам, в нос ударил запах еловых духов. Приятно вдохнул его. Не смотря на дальнее путешествие и серьезные раны, Мор старательно держал себя в чистоте.
— Тц. — раздраженно фыркнул старший брат. Кинул неодобрительный взгляд на нас. Даже через его маску я почувствовал негативную ауру…
— Вот недоносок. И девка из тебя вышла никудышной и на мужика не похож. Смазливый да слабый. — высокомерно выплюнул напарник прямо на голову смущенному Алларосу. Бедняга рефлекторно полез чесать затылок и чуть мне в глаз локтем не зарядил! Благо защита была! Заслышав мое угрожающее шипение, он еще потом раз сто пытался извиниться. Я удрученно покачал головой: “Бедоносец, мать твою.”
А ведь старший прав. Видеть это “оно” подле высокопоставленных лонков, то еще зрелище. Это портит нашу репутацию. Мои губы скривились так же как это делает обычно Зевран, который, уже не церемонясь, вел своего звереныша через единственную улицу в этом затхлом болоте. Людишки в панике кидались прочь из-под копыт! *Испуганные крики, недовольные возгласы.* “О-о, да…!” — их визги слегка взбудоражили кровь в моих жилах. Давно я не расчленял теплого мяса. Если эти ничтожества по доброй воле нас не обслужат в должной мере, то пусть не винят за халатность. Вряд ли в такой глуши найдется соперник по нашему уровню.
— Ай! Какие грубияны!
— Да, нечего им тут делать! Не уважают никого!
— Тише вы, их наглость не от пустого места взялась.
— Уходите прочь из деревни! Вон!
Голоса не на секару не стекали. “Вот мусор.” — белые брови хмуро сдвинулись. Их возня начинала раздражать…
— Эй, второй лонк. Вы в порядке? — неожиданно на руку, с силой державшую поводья, легла светлая ладошка Мориарти и успокаивающе потерлась. Он слегка развернулся корпусом и попытался рассмотреть за маской преобладающее во мне настроение. Тут же отвернулся от него. Хотел было выдернуть кисть, но его цепкий захват не дал. Пришлось оставить, а то от резких движений мы рискуем слететь с седла.
— Не обращайте на них внимания, мой лонк. Они этого не стоят. — миролюбиво протянули впереди. На это я хотел было промолчать, зачем тратить слова впустую? Но вдруг что-то заставило выдавить фразу:
— От пустых домов больше пользы, чем от этих мразей.
— Не гневайтесь. Они редко видят подобным нам. Возможно, они просто…
— Шо за шум!? — нагнетающую обстановку, вскрики да охи, разрядил громогласный басовитый голос, что вмиг перекрыл Аллароса. На середину грязной дороги, коя была перемешана со снегом, вышел мужественный воин, я бы даже сказал, что он сложен как паладин. Весь в шкурах, заросший, но пару коней на скаку точно остановит. А еще у него были пронзительно серые глаза, заточенные мудростью и опытом. Местные мигом уступили ему дорогу, а нашему отряду пришлось остановиться.