Чувства на камеру (ЛП)

— Энн Хэтэуэй твой звездный кумир? Серьезно? Я думал, что ты фанат Скарлетт Йоханссон.
Если бы взглядом можно было убивать, Шон опустился бы на два метра под землю, и я бы не испытывал угрызений совести.
— Ни за что. Я не буду этого делать. Извини, но твоему другу придется искать кого-то другого.
— Эйден. — Он вздыхает, в его голосе звучит раздражение, словно я не делал ничего, кроме как раздражал его на протяжении тридцати восьми лет. — С тех пор как Кэти ушла, твоя жизнь застой и скука. Ты не занимаешься ничем. Работаешь и сидишь дома.
  
— Мне так больше нравиться.
— Разве тебе не одиноко?
— Нет.
Не совсем. Но не так, как предполагает Шон. Я не хочу отношений. Я слишком занят работой и своим ребенком, отвожу ее на тренировки по плаванию и слежу за ее расписанием занятий. Добавим сюда еще попытки балансировать между собственным здравомыслием, то на свидания не остается времени. Поначалу люди думают, что моя профессия альтруистическая. Они слышат громкие слова: Рак. Доктор. Дети. И удивленно вздыхают. В мою сторону бросают такие прилагательные, как бескорыстный и важный, как будто я могу изменить мир. Позитив недолговечен, он длится лишь до тех пор, пока я не отключаю звук на телефоне на весь день, а сообщения останутся без ответа, потому что я занят и у меня нет времени рассказывать о своей любимой еде или идеальном свидании по смс. После этого женщины довольно быстро теряют интерес, и поэтому я начинаю очередной круг одиночества.
Хотя присутствие женщины было бы неплохо. Я очень люблю своего ребенка, больше всего на свете. Но в последнее время мне ужасно хочется, чтобы рядом был еще один взрослый, пусть даже на несколько часов.
Ночь или две физической разрядки и интеллектуальных разговоров, не вращающихся вокруг выступлений группы поддержки и платьев на осенний бал. Руки, не принадлежащие мне, скользящие под пояс моих джоггеров и обхватывающие мой член. Моя сперма падает не на живот, а куда-то еще…, например, в женское горло. Она сверху на мне, бедра сжимают мои, когда она скачет на мне до беспамятства. Провести весь день в постели, простыни смяты и испачканы, пока я поедаю ее под лучами восходящего солнца.
Блять
Слишком много пива. Недостаточно действий.
— Это не свидание, — продолжает Шон. — Это несколько часов общения. Послушай, Эйден. Для тебя будет полезно хоть раз сделать что-то необычное. Я думаю, ты хорошо проведешь время. У вас с этой женщиной много общего, так что тебе не захочется делать себе лоботомию, когда ты будешь с ней разговаривать.
— Что? — я фыркнул. — Она еще и врач, который предпочитает сидеть дома, а не встречаться с друзьями, которые навязывают ей всякую ерунду? — Шон снова усмехаеться мне, молчаливо подтверждая это, и воздух уходит из моих легких с неровным выдохом.
— О, черт.
— Она доктор. Красивая. Чертовки умна. Джеримайя считает, что вы отлично поладите.
Я киваю проходящему мимо официанту, чтобы он принес еще один напиток. Черт, даже этого пива будет недостаточно. Мне нужно что-то покрепче. Например, тесак в череп или целая бутылка водки. То, что Шон назвал ее красивой, пробуждает во мне что-то темное, торнадо. Это ревность, что он увидел ее первым? Разочарование от того, что она, вероятно, уже поговорила с ним и влюбилась, как все остальные женщины?
— Это важно для тебя? — спрашиваю я. Должно быть. Он бы не стал записывать меня на то, что, как он знает, я возненавижу.
— Да. Джеримайя пришел ко мне с просьбой о помощи. Ты знаешь, что я большой сторонник малого бизнеса. Конечно, он признанный в своей индустрии, но конкретно этот проект для него особенный. За то время, что мы провели вместе, он был очень мил со мной, и я подумал, что могу отплатить ему за любезностью.
— Хорошо. — Чувство вины срабатывает, жалостно дергая меня за сердечные струны. — Я сделаю это. Но ты в большом долгу передо мной.
— Поверь мне, Эйден. — Улыбка Шона вернулась на место. Он тянется ко мне и прижимает к плечу. — Думаю, после того как все будет сделано, ты будешь благодарить меня.
Глава 3
Мэгги
— Этот ло-мейн лучше любого оргазма, который я испытывала. — Лейси, одна из моих лучших подруг, стонет вокруг кусочка, который она поглощает. Этот порыв сопровождается громким чавканьем. Мужчина через два столика от нас отрывается от своего меню, заинтригованный, и она подмигивает ему. — Я могла бы купаться в этом соусе и умереть счастливой.
Лейси и я познакомились в медучилище, сидя рядом на занятиях по микробиологии и впадая в непрофессиональный приступ хихиканий, когда профессор говорил «оргазм» вместо «организм». Удивительно, что нас не выгнали из класса. Часто громкая, всегда полна энтузиазма, она не имеет тихого режима, излучает завидное стремление к жизни и сексуальным авантюрам.
— Что бы ты хотела, что бы мы сделали с твоим ящиком секс-игрушак? — после этого вопроса я съедаю ложку горячего и кисловатого супа, жидкость обжигает язык.
Лейси, Джеремайя и я расположились за высоким столиком в нашем любимом китайском ресторане. В будний вечер здесь многолюдно, зал кишит голодными посетителями. Непринужденные разговоры свободно текут за маринованной уткой и курицей кунг-пао.
До фотосессии осталось три дня, и я сказала Джеру, что дам ответ за ужином. В глубине души я знала, что все равно скажу да, чтобы помочь ему, отбросив личные опасения, что буду чувствовать себя не в своей тарелке. Он никогда не подставит меня под удар или неловкость, и если он может видеть эту концепцию наглядно, то я буду верить, что скоро тоже смогу.
— Представьте, что вы умерли, пока использовали вибратор, — говорит он. — Как бы вы объяснили это своей семье и друзьям? Вы бы захотели, чтобы в вашем некрологе была указана какая-то фальшивая причина смерти? Или правда?
Я обдумываю вопрос за моим последним кусочком еды.
— Правда, потому что это очень хороший способ уйти из жизни. Заголовки в газетах могли бы гласить: «Она умерла, занимаясь тем, что любила больше всего… заботилась о себе».
— Женщина достигла того, на что не способен ни один мужчина: умопомрачительный оргазм, — добавляет Лейс.
— Она была яркой женщиной.
— Она достигла вершины и ушла.
— Если вы обе продолжите говорить друг другу пошлости, тот мужчина предложит вам провести с ним ночь, — говорит Джеримайя
— Не в первый раз, — говорит Лейси. Она делает глоток вина, и румянец, вызванный алкоголем, переползает на ее шею. — Мэгс, а ты?
— На счет секса втроем? Я не настолько пьяна, что бы подумать над этим.
— Про фотосессию, — уточняет она. — Но приятно знать, что ты рассиатриваешь такую возможность.
Я поднимаю кружку с зеленым чаем, который непрерывно пью весь вечер. Танины1 прилипают к внутренней поверхности фарфора, когда я вращаю напиток вокруг. Проходит секунда, прежде чем я начинаю говорить, и никто из этого двоих не торопит меня.
— Я сделаю это, — говорю я, колебания и волнение наполнят слова. Джеримайя визжит, а Лейси поднимает кулак в воздух. — Почему бы, черт возьми, и нет? Самое время снова показать себя после развода. Это не свидание. Нет никакого давления. Это два взрослых человека, которые фотографируются. Вот и все.
— Это будет гораздо веселее, чем то, что ты найдешь в приложении для знакомств в любом случае, — говорит Джеримайя. Утешение помогает, и узел напряжения между моими плечами ослабевает. — Это может быть пробным шагом перед настоящим, когда ты действительно будешь готова.
— Не все приложения для знакомств ужасны, — возражает Лейси. Сильный протест крутится у нее в голове. — Я пользовалась ими и достигла выдающихся успехов.
— Да, если твой максимум — сидеть на чьем-то лице. Но не для того, что бы узнать их поближе. — бросает Джер в ответ.
— Я знаю, в какой последовательности мне нравится, чтобы их язык работал. Что еще мне нужно знать?
— В том-то и дело, — говорю я, прерывая их грубый спор. — Я не хочу отношений.