Чувства на камеру (ЛП)

Он смеется.
— Ты успокоилась?
— Да, — говорю я. — А еще мне кажется, словно умерла и попала в рай. Лучший из лучших. — Конечности отяжелели, голова слегка кружится, опьяненная желанием и удовлетворением. Мне очень хорошо, безумно приятно, но я хочу большего.
— И подумать только, ночь еще только начинается. — Он снова целует меня, прежде чем поднимает меня на руки. Я стягиваю с него рубашку, пока он ведет нас по коридору и чуть не врезается в стену.
  
— И что теперь? — спрашиваю я, обвивая его шею руками. Его кожа теплая, покрасневшая от удовольствия, и я провожу ногтями вниз по его груди.
— Теперь ты будешь сосать мой член, как хорошая девочка.
Глава 19
Мэгги
Эйден оставляет меня у входа в свою комнату. Он направляется к кровати, стягивая с себя треники и трусы-боксеры. Я наблюдаю, как мышцы его голой задницы напрягаются и сжимаются с каждым его шагом. Когда он доходит до кровати, то останавливается и оборачивается.
Я вижу его полностью. Обнаженным. Великолепным. Твердым. По достоинству оцениваю длину его члена. Значительно длиннее среднего. Толстый и широкий, но не такого размера, который привел бы меня в ужас. Он поместится — еле-еле. Я уже собираюсь сказать что-то сексуальное, о том, что не могу дождаться, когда он окажется внутри меня, когда замечаю что-то на его ноге, в верхней части левого бедра.
— Это и есть та самая печально известная татуировка?
Он ухмыляется и плюхается прямо на кровать.
— Да.
— Что это, черт возьми, такое?
— Солнце в солнцезащитных очках.
— О, Боже мой. Это…
— Глупо, черт побери, я знаю.
— Но в то же время это довольно прикольно. Это как метафора. Солнце очень яркое, поэтому даже ему нужны очки.
Эйден откидывает голову назад и смеется. Его плечи сотрясаются, и звук такой красивый и приятный.
— Боже, ты мне нравишься. С тобой так весело. Спасибо, что не высмеиваешь меня.
Мои губы растянулись в широкой улыбке.
— Ты мне тоже очень нравишься.
Мы уставились друг на друга с разных концов комнаты, и веселье сменилось возбуждением. Эйден разводит ноги и обхватывает свой член, лениво поглаживая его по длине вверх-вниз.
— Раздевайся, Мэгги.
Есть нечто такое в том, как он смотрит на меня, что заставляет меня чувствовать себя такой сексуальной, какой я никогда себя не считала. Это как афродизиак, сила, проникающая в меня. Я спускаю остатки платья с рук, и материал падает на ноги.
Я расстегиваю бюстгальтер, освобождая грудь от кружев. Спокойный фасад Эйдена дрогнул. Его горло судорожно сжимается, и я слышу придушенный звук. Мои пальцы зацепляются за трусики, спуская их по бедрам и икрам, пока я не оказываюсь перед ним полностью обнаженной. Его глаза блуждают по моему телу, от шеи до пальцев ног, не торопясь, тщательно изучая его.
— Днем ты Мэгги Хьюстон. Необыкновенная женщина с выдающимся умом. Талантливая, чертовски милая и ставящая других на первое место. Но сегодня ночью? Сегодня ты будешь чертовой грязной девчонкой, которая будет сосать мой член, не так ли? И ты позволишь мне трахнуть тебя сзади, чтобы я мог оценить твою задницу, пока буду заботиться о твоей киске. И ты будешь благодарить меня каждый раз. А теперь встань на колени. Лучше устройся поудобнее.
Невозможно остановить стон, застывший в моем горле. Он срывается с губ, заполняя комнату. Я опускаюсь на пол, ноги мои расходятся, а колени трутся о ковер. Потребность растекается по позвоночнику, как бензин.
— Я спросил тебя, — говорит Эйден. Сладострастный тон исчез, сменившись твердым приказом. Я поднимаю голову, чтобы встретить его взгляд: раньше ореховые глаза стали почти обсидиановыми от желания. Мурашки бегут по рукам, несмотря на то что температура вокруг просто обжигает.
— Да, — шепчу я. Мое горло пересохло и скребется, как наждачная бумага. — Я буду.
Как он может быть настолько в курсе моих желаний после прочтения краткого списка? Как он может знать, что именно я ищу — чего я жаждала годами и наконец позволила себе высказаться, невозмутимо признав то, что так сильно хочу попробовать?
Он ухмыляется, лукавая улыбка растягивается в обоих уголках его рта. Она так отличается от прежней милой, дружелюбной. Это мужчина во главе, которому бы я охотно уступила права.
Он собирается сокрушить меня, и я не могу этого дождаться.
— Отлично. А теперь ползи ко мне, милая, чтобы я мог покрыть твое горло своей спермой. Я мечтал о твоих губах вокруг моего члена с того самого момента, как ты впервые произнесла мое имя.
Деградация? Так точно. И полное одобрение на продолжение этого в дальнейшем. Мои ладони упираются в пол, и я начинаю двигаться к нему. Ворсистость ковра встречает меня с радостью, обостряя мои чувства и делая путь далеко не унизительным. Это оживляет.
Эйден наблюдает за каждым моим движением. Он начинает ласкать себя быстрее, используя более резкие движения. Когда я достигаю его раздвинутых бедер и оказываюсь между ними, его рука опускается к моей щеке.
— Умница, Мэгги. Я так горжусь тобой.
Я сияю от похвалы и поднимаюсь на колени.
— Спасибо.
Его пальцы проходят по моим волосам и нежно направляют меня к его члену. Мой рот раскрывается, принимая сначала только головку. Соленая сперма покрывает мой язык, и я жадно слизываю ее. В своей жизни я делала минет ровно шесть раз, и все в возрасте до двадцати лет, но я достаточно наслушалась рассказов Лейси о знакомствах в Tinder, чтобы запомнить механику.
— Не торопись, — говорит Эйден. Его хватка крепнет, натягивая мои волосы. — Я не спешу. Я хочу, чтобы это было приятно и тебе.
Я киваю и надуваю щеки, втягивая его глубже в рот. Мой язык пробегает по вене на боку его члена, и стон, который я получаю, подтверждает, что я все сделала правильно. Моя правая рука опускается к основанию его ствола, присоединяясь к движению моей головы, чтобы работать в тандеме.
Сначала я делаю это небрежно, пытаясь найти ритм и не попасть себе по подбородку. Через несколько минут все становится проще, привычнее. Я регулирую угол охвата, чтобы понять, как далеко он может проникнуть в мое горло.
— Вот так. Чертовски идеально, Мэгги. Ты уже вся мокрая?
Я отстраняюсь от него с хлопком, в уголке моего рта повисла слюна. Эйден протягивает руку вперед и вытирает ее большим пальцем, в его глазах появляется гордый блеск.
— Да я вся промокла.
— Минет тебя заводит?
Я киваю, разрываясь между тем, хочу ли я поднести пальцы к своему клитору или снова обхватить его член.
— Мне нравится видеть тебя…
— Скажи мне, — хрипло говорит он. — Пожалуйста.
— Бессильным. Словно я все тут контролирую.
— Ты контролируешь ситуацию. Что скажешь, то и будет. Я, мать твою, отдаюсь тебе, и единственное, что у меня на уме, — это убедиться, что ты получишь удовольствие от сегодняшнего вечера. Мы должны быть честны друг с другом, да?
— Да, — я соглашаюсь.
— Так что трогай себя так, как этого хочешь, и верни свой ротик ко мне. Я хочу, чтобы ты взяла каждый дюйм моего члена.
Я с готовностью принимаюсь за дело: правая рука проскальзывает между ног, левая сжимается в кулак и снова гладит его. Он поощряет меня своими тихими стонами. Шепчет «да, Мэгги». Так чертовски хорошо. Его ладонь на моем затылке, пальцы близки к тому, чтобы обхватить мою трахею. Я медленно разжимаю его, как он отстранялся от меня на прилавке, приближая его так же близко, как и я в погоне за собственным кайфом.
— Эйден, — говорю я, облизывая его член от основания до кончика. Я обхватываю его яйца, и он подается бедрами вперед. — Я хочу, чтобы ты кончил мне в рот.
— Ты уже близко? — хрипло произносит он. — Я не смогу долго продержаться. Не тогда, когда ты орудуешь языком, как воинственная богиня.
— Да. — Я потираю свой клитор круговыми движениями. — Я уже близко.
— Ты первая. Ты кончаешь первой, Мэгги. Всегда.
Самоотдача, взгляд в его глазах, когда он с благоговением наблюдает за мной, и это ощущение его тела в моей руке снова отправляют меня за грань. Он не такой продолжительный, как первый оргазм, но его достаточно.