Точка Бифуркации IX (СИ)

— Полагаю, самое время обсудить шаги с моей стороны, которые нивелируют нанесённый вам урон, — медленно произнёс я, всё ещё мысленно находясь в шоке от того, как грубо позволил себе ошибиться.
Ведь это было элементарно! С чего вдруг погибающий наёмник должен был говорить мне правду, а я ему слепо верить?
Сдержанный, но настойчивый взгляд императора оставался на мне, словно предостерегая от будущих ошибок.
— Олег Валерьевич, поделитесь с нами, как вы видите разрешение этой ситуации? — произнёс Романов, повернувшись в сторону Зимина.
Генерал откинулся на спинку кресла, на мгновение задумавшись.
— Учитывая, что несмотря на ваш гнев на меня, Алексей Михайлович, вы проявили благородство и позаботились об эвакуации моей семьи, мне будет достаточно извинений и нового дома. Или суммы, которая покроет строительство и мелкие издержки ситуации, — ответил Зимин спокойным и взвешенным голосом.
Взгляд императора вновь перевёлся на меня. Создавалось впечатление, что монарх с огромным интересом наблюдает за моим поведением во время стресса, отмечая для себя различные нюансы и мелочи.
— Извинения должны быть личными или публичными? — оглядев Зимина, произнёс я, уже заметно успокоившись.
— Самые обычные, — повёл плечом генерал, явно не желающий раздувать конфликт.
Учитывая произошедшее, требования Зимина были более чем скромными. Я коротко кивнул, давая согласие и одновременно отмечая, что этот жизненный урок мне обошёлся довольно легко.
После того как разговор с Зиминым был завершен, а все нюансы оговорены, Романов попрощался с генералом, в то время как меня никто никуда отпускать пока не спешил.
Пока слуги убирали лишнее со стола и разливали напитки, я невольно размышлял о том, насколько Олег Валерьевич для Романовых важная персона, раз его проблемы решаются на самом высоком уровне. Впрочем, то же самое, по коротким итогам текущего дня, можно было бы сказать и обо мне самом. Не будь я зачем-то так нужен императору, вряд ли бы они стали тратить на меня столько времени.
— В общем, Алексей, продуктивно мы с тобой сегодня побеседовали. Вопреки окружающим тебя слухам, парень ты весьма адекватный, рассудительный и благородный, — медленно начал Романов, едва слуги покинули зал. — Прежде чем наша встреча закончится, у меня к тебе осталось только два вопроса, — на этих словах в глаза монарха блеснул странный огонёк, а губы едва заметно, буквально на мгновение, попытались отразить улыбку. — Первый: когда ты и твои люди покинут территорию моего дворца? И второй: что тебе известно о недавней атаке демонов на центральный офис имперской службы безопасности?
* * *
День спустя
Я неспешно шагал по коридорам университета, невольно размышляя о череде случившихся со мной за последние дни событий. Виктория шла рядом, держа небольшую дистанцию. Её взгляд был отстранённым и, подобно моему, устремлённым в глубину собственных мыслей.
На лицах встречавшихся нам студентов читалось удивление, смешанное с недоумением. Разговоры вокруг при нашем появлении стихали, шёпот сменялся настороженными взглядами. Их действительно можно было понять — скажи мне месяц назад, что мы со Светлицкой будем вместе ходить на занятия, я бы первым засмеялся. Так что тем для разговоров и сплетен обществу мы подкинули немало.
Войдя в аудиторию и заняв своё привычное место за одной из парт, я неспешно раскрыл планшет и уставился на экран, немного абстрагируясь от окружающего мира.
— Можно сесть рядом? — неожиданно донеслось сбоку.
Внезапно оказавшаяся над моим плечом Виктория зависла в ожидании ответа.
Вопрос ввёл меня в ступор, но быстро отвиснув, я дал короткий сигнал Лене, на что моя телохранительница молча встала с места и плавно переместилась на одно место правее.
Виктория опустилась рядом и стала неспешно доставать свои вещи. Я же вновь уставился в планшет, сосредоточиваясь на чтении, одновременно ловя себя на мысли, что ощущение близости Светлицкой немного непривычно. Размышления на эту тему отразились невольной улыбкой, скользнувшей по моему лицу — ведь уже которую ночь мы с Викторией спим в одной койке, и там никаких подобных ощущений, кроме самой первой ночи, у меня не возникало. Хотя, думаю, тут прежде всего дело в скопившейся усталости — едва голова касалась подушки, меня тут же отключало.
  
Княжна, тем временем, не поворачивая головы, слегка наклонилась ко мне и мельком взглянула на экран. Это было так естественно и непринуждённо, что я едва удержался от того чтобы не хохотнуть — надо же такой талант иметь, чтобы так легко нарушать чужое личное пространство?
— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — повернувшись вправо, произнёс я, но девушка ничуть не смутилась.
— Изучаешь историю Темногорска? — негромко произнесла она абсолютно будничным тоном.
Я кивнул, тут же повернувшись назад к экрану. Виктория заинтересованно склонилась над планшетом, осторожно потеснив меня плечом. Мы вместе погрузились в текст, раскрывающий суровую, полузабытую историю этого города, тесно переплетённую с кровавыми интригами и падением моего рода.
Тишину нарушил лёгкий, почти приглушённый смех. Повернувшись влево и задрав голову, я неожиданно для себя отметил застывшую в удивлении Воронцову. Её взгляд с неподдельным интересом скользнул по нам двоим. Татьяна, моя вторая телохранительница, подчиняясь моему мысленному сигналу, молча поднялась с места, и как её коллега несколькими минутами ранее, отсела на соседний стул. Анастасия, не скрывая любопытства, усмехнулась и прищурилась.
— Глазам своим не верю! — воскликнула она, покачивая головой. — Думала, что это всё слухи и домыслы, а тут на тебе!
Я улыбнулся, с удовольствием приветствуя свою подругу.
— Ну вот, теперь ты все новости знаешь, — отозвался я с лёгкой усмешкой, ловя мимолётный взгляд Виктории.
Княжна в этот момент в знак приветствия коротко кивнула Анастасии. Воронцова прищурилась, её глаза блеснули озорным огоньком.
— Ой, не скромничай, — произнесла она, и следом понизив голос, будто делясь секретом, добавила: — Одни слухи ходят. А что вы там натворили на Астафьевском, и вовсе непонятно. Тучи, спутниковая разведка разводит руками. А иначе всё узнать пока не представляется возможным. Так что в обществе сейчас большая интрига держится. Не хочешь развеять туман войны?
Медленно переварив услышанное, я, решив, что скрывать что-либо смысла уже не имеет, повернул голову в сторону Воронцовой и спокойно промолвил:
— На Астафьевском мы сбросили ландшафт до заводских настроек.
Анастасия, прикусив губу, оглядела меня серьёзным взглядом.
— Да уж… Пока не увидишь своими глазами, трудно, конечно, в такое поверить. Но тебе верю, — откинувшись на спинку стула, заключила княжна, не скрывая своего изумления.
— Скоро в новостях всё увидите, — произнёс я, невольно предвкушая реакцию общественности.
— Правда? — переспросила Воронцова, приподняв бровь. Её глаза буквально искрились от любопытства, переходя от меня к Виктории и обратно. — А сейчас есть что показать?
— Он даже мне не показывает, — вздохнув, произнесла Виктория и недовольно надула щёки.
— Не поняла. Что значит «даже тебе»? — Анастасия вопросительно уставилась на меня, явно удивляясь такому повороту.
Виктория слегка смутилась, но тут же собралась и ответила:
— Я помогала снимать интервью. А когда Алексей его монтировал, меня не подпустил. Так что жду вместе со всеми.
Я лишь коротко улыбнулся, подтверждая её слова. Анастасия несколько мгновений молча смотрела на нас, затем, уловив что-то между строк, покачала головой с улыбкой.
— И интервью вместе снимаете значит… вот это новости… — протянула она, не скрывая иронии в голосе.
В этот момент в аудиторию вошла княжна Черкасова, наш преподаватель. Её появление мгновенно погрузило помещение в тишину.
— Итак, достаём листочки, — без лишних предисловий произнесла она. — Сегодня будет промежуточное тестирование.