Не все НПС попадают… (СИ)

— А рыженькая ничего так. Кудрявенькая. И попа приличная, — и ещё через несколько шагов практически себе под нос: — Блондиночка худовата. Я тощеньких как-то не очень… Пока её откормишь, весь азарт пропадёт…
В складском отсеке их встретили без особенного радушия, но деловито. Выдали мягкие трикотажные костюмы, практически как у тех девчонок. Сразу и переоделись, сделали замеры, подобрали экзо-броню. Ходить в ней было странно: каждое движение скорлупы вокруг тебя запаздывало на доли секунды, этого хватало, чтобы походка становилась дёрганной.
  
Техник пустился было в описание характеристик оружия, но Дрозд махнул рукой:
— Это оставим на потом. Предохранители?..
Техник показал снятие и обратную постановку.
— Режимы стрельбы?
— Одиночные, — техник ткнул в панельку пальцем: — Очередями.
— А третий?
Говорить о третьем режиме, видимо, было не особо принято и не особо приятно:
— Контора пафосно назвала «огненный шквал». А мы говорим: «ушёл красиво».
— На случай полной и окончательной задницы? — уточнил Дрозд.
Мужик кивнул:
— Заливает огнём. Стеной. Это если насекомые валят валом. Только вот если этот вал не кончается, через пятнадцать минут батарея перегревается и превращается в бомбу. Радиус накрытия сто пятьдесят метров. Надеюсь, вам не пригодится. И вот ещё, гранаты для подствольника. Попробовать хотите? Есть тир.
Лазерный тир оказался совершенно обычным, похожим на школьный, только побольше и оружие другое. Для отработки навыков предлагались закреплённые на подвесах фрагменты брони с оружием, перенастроенным на подсветку. И движущиеся мишени с фиксацией попадания. Они постреляли. В принципе, ничего такого сверхъестественного. Дрозд результатами удовлетворился и проверил время:
— Тэ-экс. Ну и что нам ещё двадцать минут делать?
— А вы сейчас выйдите в коридор, — посоветовал техник, — и сразу в отсек напротив, двадцать первый номер на двери. Там большая кают-компания. Специально так устроено, ребята перед вылетом собираются, всё равно им за своими скорлупками потом сюда. Вы же с шестым катером пойдёте? — Дрозд кивнул. — Они обычно от входа налево, за дальним столом.
— Спасибо. Пошли, Сёмыч, познакомимся, — они вышли в коридор, и Дрозд включил закрытый канал: — Ещё раз напоминаю: там полно геймеров, хотя и наших довольно много, всё-таки обновление. Лишнего не болтаем.
ДРУЖНЫЙ КОСМИЧЕСКИЙ КОЛЛЕКТИВ
В кают-компании было тесно и шумно. И нервозно.
Это Петька ещё вчера обдумал, пока барахло в шкафы сортировал. Все, конечно, знают, что вокруг игра — и НПС, и геймеры. Но как только начинается какое-то движение, все эти умные мысли отходят куда-то далеко-далеко на задний план. А эмоции остаются. И человек реально переживает, реально борется, реально боится умереть…
Атмосфера ожидания высадки на враждебную планету, кровавой зарубы и возможных неожиданностей (которых, вроде бы, не должно быть, но вдруг?) висела в помещении таким густым киселём, хоть ножом режь.
Появление Дрозда с Петькой произвело эффект капли воды, попавшей в раскалённое масло. Кто-то присвистнул, кто-то излишне громко засмеялся, ухмылки, комментарии о случайно попавших на корабль гражданских — особенно со стороны тех, кто сидел подальше и не увидел светящихся меток на одежде.
Парень за ближайшим столом решил произвести впечатление на подружку и ткнул в них пальцем:
— Ты глянь, кого принесло! Столичные пижоны хотят поглядеть на настоящие пчелиные кишки!
Все ближние столы, успевшие рассмотреть полковничьи знаки, дружно перестали ухмыляться.
— Фамилия? — с угрожающим спокойствием спросил Дрозд.
В углу кто-то нерешительно засмеялся, но по помещению расползлась напряжённая тишина.
— Ваша фамилия, рядовой? — глаза у Дрозда потемнели, а голос приобрёл такие модуляции, что Петька поймал себя за рефлекторным порывом вытянуться по стойке смирно, как на боевой подготовке.
Игрок — а это был именно игрок, а не свой, НПС, — растерянно оглянулся на соседей. Некоторые из них вовсю таращили глаза — тоже геймеры, по-любому, может быть, ещё и друзья — но вмешиваться не торопились.
Дрозд сделал пару шагов, оказавшись вплотную к компании.
— Какое из произнесённых мной слов вам непонятно? Может быть, у вас нарушение слуха или когнитивного восприятия? Каким образом вам удалось пройти медицинскую комиссию о пригодности в космофлот?
Вместо парня подскочила сидевшая рядом с ним девчонка:
— Извините, пожалуйста, моего друга! Он вовсе не хотел вас обидеть.
Дрозд перевёл на неё пристальный взгляд:
— Вы не видите знаков различия? Или какая-то экстренная ситуация даёт вам повод для нарушения субординации? У меня нет желания тратить на вас своё время, сядьте, — взгляд снова вернулся к шутнику: — Встать! Фамилия, звание!
Тот, наконец, поднялся и пробормотал:
— Рядовой Фаррел.
— Отчётливее, господин шутник, сделайте над собой усилие!
— Рядовой Фаррел!
— Итак, рядовой, ваша никчёмная жизнь сегодня всё ещё представляет ценность для защиты человечества. Благороднейшая судьба, которую может вынести человек, — поместить свое собственное смертное тело между любимым домом и опустошением войны*. Поэтому за взысканием обратитесь к вышестоящему офицеру завтра. Если останетесь в живых. Свободны, — Дрозд оглянулся вокруг и кивнул. — Продолжайте ваши занятия, господа!
*Кто угадает источник цитаты —
тому печенька!
(ответ смотри в Приложении)
Дрозд с Петькой направились к дальнему столу слева. Навстречу им шагнул мужчина лет тридцати на вид. Средний рост, седоватые виски, очень внимательный взгляд:
— Добрый день, господа. Похоже, что вы ищете нас. Капитан Замятин, командир шестого десантного взвода.
Дрозд протянул ему руку:
— Полковник Дроздов, санитарный контроль.
Замятин руку пожал и сказал совсем тихо:
— Я могу ошибаться, но лет десять назад в четвёртом секторе Вахи ходили увлекательные слухи об инквизиторе с очень похожим именем.
— Я надеюсь, что в этот раз мы аккуратно поучаствуем в десанте и не доставим вам особенных хлопот, — так же тихо ответил Дрозд.
Рукопожатие наконец-то разомкнулось.
— Добро пожаловать, — Замятин широко повёл рукой. — К сожалению, в данный момент мы не можем предложить особенного гостеприимства, у нас осталось двенадцать минут. Вы не против, если на время высадки мы обойдёмся без официоза?
— Только за.
— Отлично. Взвод! Позвольте представить вам полковника санитарной инспекции господина Дроздова, позывной…
— Дрозд.
— … и стажёра санитарной службы Петра Семёнова. Позывной…
— Сёмыч, — поднял руку Петька.
— Оба поступают к нам в усиление. На короткий срок. Так что прошу без этих ваших… фокусов. Со стажёром разрешаю познакомиться, мы с Дроздом настроим связь и кое-что обсудим.
Отцы-командиры отошли в сторону (и, насколько понял Петька, включили закрытый канал), а ему тотчас освободили место на ближайшем диване:
— Садись, стажёр!
— Так бы и сказал, что десантироваться будешь. А то сразу: прове-е-ерка!
Девчонки, те самые. Придвинулись с двух сторон.
— А вы бы поверили?
Девчонки наклонились вперёд и переглянулись. Беленькая оценивающе прищурилась:
— Ну не зна-а-аю…
— А ты давно призвался? — поинтересовались с другой стороны стола. — Лицо у тебя знакомое, ты не с Марсианской учебки?
— Недавно, — честно, но неконкретно ответил Петька. — На Марсе никогда не был, извини…
— А где учился?
— Не могу рассказать, закрытая информация.
— М-м… — многозначительно промычали Роза с Линой и снова переглянулись.
  
Разговоры за столом возобновились, и на их троицу почти никто не обращал внимания.
Сидящие напротив входа группы поднялись на выход.
— Группы выходят по очереди? — в конце концов, он здесь, чтоб познакомиться с процессом, отчего и не спросить.