Волшебник Изумрудного города. Все сказочные повести

– Вы наш правитель, – сказал он Страшиле, – и должны вернуться как можно скорее.
– Мне нужно отправить Элли в Канзас, – важно ответил Страшила. – Передайте моим подданным привет, и пусть они не беспокоятся обо мне: меня нельзя ранить, и я вернусь невредимым.
Элли дружески простилась со Стражем Ворот, снявшим со всех очки, и путешественники двинулись на юг. Погода была прекрасная, кругом расстилалась восхитительная страна, и все были в отличном настроении.
Элли верила, что Стелла вернет ее в Канзас; Тотошка вслух мечтал о том, как он разделается с хвастунишкой Гектором; Страшила и Железный Дровосек радовались, что помогают Элли; Лев наслаждался сознанием своей смелости, желая встретиться со зверями и доказать им, что он их царь.
Отойдя на далекое расстояние, путники оглянулись в последний раз на башни Изумрудного города.
– А ведь Гудвин был не таким уж плохим волшебником, – сказал Железный Дровосек.
– Еще бы! – согласился Страшила. – Сумел же он дать мне мозги! Да еще какие острые мозги!
– Гудвину выпить бы немножко смелости, приготовленной им для меня, и он стал бы человеком хоть куда! – сказал Лев.
Элли молчала. Гудвин не выполнил обещания вернуть ее в Канзас, но девочка не винила его. Он сделал все, что мог, и не его вина, что замысел не удался. Ведь, как признавался и сам Гудвин, он вовсе не был волшебником.
 
Наводнение
 
Несколько дней путники шли прямо на юг. Фермы попадались всё реже и реже и наконец исчезли. Вокруг до самого горизонта тянулась степь. Даже дичи было мало в этих пустынных местах, и Льву приходилось долго рыскать по ночам в поисках добычи. Тотошка не мог сопровождать Льва в его продолжительных прогулках, но тот, возвращаясь, всегда приносил приятелю кусок мяса в зубах.
Путников не смущали трудности. Они шли вперед и вперед.
Однажды в полдень их остановила широкая река с низкими берегами, покрытыми ивами, единственная большая река в Волшебной стране. Это была та же самая река, где когда-то терпел бедствие Страшила, но наши герои этого не знали. Они озадаченно посмотрели друг на друга.
– Будем делать плот? – спросил Железный Дровосек.
Страшила скорчил отчаянную гримасу: он не позабыл приключения с шестом по дороге в Изумрудный город.
– Уж лучше бы нас перенесли Летучие Обезьяны, – пробурчал он. – Если я опять застряну посреди реки, то спасать меня некому: здесь аистов нет.
Но Элли не согласилась. Она не хотела тратить последнее волшебство Золотой Шапки, когда неизвестно, какие трудности еще встретятся на пути и как их примет Стелла.
Железный Дровосек сделал к вечеру плот, и компания поплыла через реку. Страшила действовал шестом осторожно, держась подальше от борта. Зато Железный Дровосек работал изо всех сил. Река оказалась мелководной и тихой; путники благополучно переплыли ее и вышли на плоский унылый берег.
– Какое скучное место! – заявил Лев, сморщив нос.
– И переночевать-то негде, – молвила Элли. – Идемте вперед.
Не прошли путники и тысячи шагов, как перед ними снова блеснула река. Они были на острове.
– Скверное дело! – сказал Страшила. – Очень скверное! Придется вызвать Летучих Обезьян, пикапу, трикапу!
Но девочка, рассчитывая утром обогнуть остров на плоту, решила переночевать здесь, так как было уже поздно. Собрали сухой травы и устроили ей сносную постель. Поужинав, Элли легла спать под надежной охраной друзей. Льву и Тотошке приходилось провести ночь с пустыми желудками, но они смирились с этим и заснули.
Страшила и Железный Дровосек стояли около спящих и смотрели на берег реки. Хотя один имел теперь мозги, а другой сердце, все же они никогда не уставали и не спали.
Сначала все было спокойно. Но потом на горизонте блеснула зарница, за ней другая, третья… Железный Дровосек озабоченно покачал головой. В стране Гудвина грозы случались редко, зато достигали неимоверной силы. Грома еще не было слышно. Восточный край неба быстро темнел: там громоздились клубы туч, все чаще озаряемых молниями. Страшила глядел на небо в недоумении.
 
– Что там такое? – бормотал он. – Не Гудвин ли там, вверху, зажигает спички?
Страшила за свою недолгую жизнь еще не видал грозы.
– Будет сильный дождь! – сказал Железный Дровосек.
– Дождь? А что это такое? – в беспокойстве спросил Страшила.
– Вода, падающая с неба. Дождь вреден нам обоим: с тебя смоет краску, а я заржавею.
– Ай-яй-яй! – замотал головой Страшила. – Давай разбудим Элли.
– Подождем немного, – сказал Железный Дровосек. – Мне не хочется ее беспокоить: она устала сегодня. А гроза, может быть, пройдет стороной.
Но гроза приближалась. Скоро тучи закрыли полнеба, заблистали молнии, и раскаты грома явственно доносились до слуха дозорных.
– Что это там шумит? – в испуге спрашивал Страшила.
Но Железному Дровосеку некогда было объяснять.
– Плохо дело! – крикнул он и разбудил Элли.
– Что такое? Что случилось? – спросила девочка.
– Приближается страшная гроза! – закричал Железный Дровосек.
Лев тоже проснулся. Он сразу понял опасность.
– Скорее вызывай Летучих Обезьян, иначе мы все погибли! – заревел он.
Испуганная Элли, нетвердо держась на ногах, начала говорить волшебные слова:
– Бамбара, чуфара…
– У-ар-ра!.. – яростно взвизгнул налетевший вихрь и сорвал Золотую Шапку с головы Элли.
Шапка взлетела, белой звездочкой блеснула во мраке и исчезла. Элли зарыдала, но громкий раскат, раздавшийся над головами путников, заглушил ее рыдания.
– Не плачь, Элли! – заревел ей на ухо Лев. – Помни, что я теперь храбрее всех зверей на свете!
– Помни, что у меня чудесные мозги, наполненные необычайными мыслями! – прокричал Страшила.
– Помни о моем сердце, которое не стерпит, если тебя обидят! – добавил Железный Дровосек.
Три друга встали вокруг Элли, мужественно готовясь встретить натиск бури.
И буря грянула! Налетел ветер. Косой дождь больно хлестал Льва и Элли крупными каплями. Лев встал спиной к ветру, расставил лапы, выгнул спину. Под ним оказался уютный шалаш, куда забрались Элли и Тотошка, спасаясь от ливня.
Железный Дровосек взялся за масленку, но махнул рукой: спастись от ржавчины при таком ливне можно было только в бочке с маслом.
Страшила, насквозь промоченный дождем, сразу отяжелевший, имел самый жалкий вид. Своими мягкими непослушными руками он защищал от дождя краску на лице.
– Так вот что такое дождь! – бормотал Страшила. – Когда порядочные люди хотят купаться, они лезут в воду и вовсе не нуждаются в том, чтобы кто-то невидимый поливал их сверху. Как только вернусь в Изумрудный город, объявлю закон, запрещающий дожди!..
Гроза не переставала до утра. При первых лучах рассвета путники с ужасом увидели, как косматые волны Большой реки заливают остров.
– Мы утонем! – закричал Страшила, прикрывая рукой полусмытые глаза.
– Держись крепче! – ответил Железный Дровосек, стараясь перекричать шум бури и плеск волн. – Держись за меня.
Он расставил ноги, врыв их в песчаную почву, и крепко оперся о топор. В таком положении он был непоколебим, как скала.
Страшила, Элли и Лев вцепились в Железного Дровосека и застыли в ожидании.
И вот, крутясь, налетел первый вал и накрыл путников с головой. Когда он схлынул, среди воды стоял Дровосек, а остальные путники цеплялись за него с мужеством отчаяния. Железный Дровосек заржавел, и теперь никакая буря не сдвинула бы его с места. Но остальным приходилось плохо. Легкий Страшила весь был на поверхности воды, и волны бросали его во все стороны. Лев стоял на задних лапах, отплевываясь от воды. Элли барахталась в волнах, охваченная ужасом.
 
Лев увидел, что девочка тонет.
– Садись на меня, – пропыхтел он, – поплывем на ту сторону реки! – И он опустился перед Элли на все четыре лапы.
Собрав последние силы, девочка вскарабкалась на спину Льва и судорожно вцепилась в мокрую косматую гриву. Тотошку она крепко держала левой рукой.