Дело драконьей бабушки, или Верните мне Новый год! (СИ)
- Не знаю, господин, - Генрис отошел к дверям, - Что изволите делать теперь? Дать распоряжение о подготовке фамильного склепа у храма?
- Нет, думаю, надо подождать. Я снижу температуру в помещении, чтобы сохранить тело… Запечатаю вход до прибытия стражей. Нужно делать всё официально, чтобы потом не было вопросов. Ясно?
- Да, господин.
- Иди, я всё сделаю, - дождавшись, пока дверь за дворецким закроется, я вздернул руки вверх и опустил магическую охлаждающую сетку на комнату.
Она и следы снимет, впитает в себя. Потом смогу перенести на бумагу.
Еще и чужих не пустит внутрь – я впитываю в неё охранные и сигнальные функции.
Значит, попаданка…
Чутье опытного детектива подсказывало, что причину стоило искать в этом событии. И что появление Елизаветы Сергеевны Борисовой в моем особняке не случайно.
Глава 3
*Лиза Борисова
Когда через полчаса меня позвали в библиотеку, я еще не подозревала, что всё плохо. Что всё настолько плохо, что лучше бы я и вовсе не попадалась на глаза кареглазому брюнету.
Была бы живее и свободнее. А пока что я шла босиком по теплым пушистым коврам, удивляясь богатой и изысканной обстановке.
«Викторианская Англия. Кажется, так называется этот стиль…» - думала я, бодро шагая в мужской рубашке, подпоясанной берестяным плетеным шнурком. Его мне выдал любезный дворецкий по имени Генрис. Он же вёл меня в библиотеку.
Она находилась на втором этаже особняка. Когда мы поднялись по широкой лестнице с золотыми перилами (почти что королевский дворец!), то почти нос к носу столкнулись с молодой девушкой примерно моего возраста. Моё появление произвело на неё неизгладимое впечатление: она уставилась на меня так, будто увидела привидение.
В отличие от меня, она была одета в длинное глухо закрытое на все пуговицы платье оливкового цвета. С оборочками на рукавах и подоле.
- Мадемуазель Эльдора, честь имею представить вам гостью лорда – мадемуазель…
- Елизавету! – подсказала я мужчине и вежливо добавила: - Рада познакомиться.
Девушка состроила такую презрительную мину, что меня передернуло.
Она не ответила на мое приветствие, а резко вздернув подбородок, прошествовала мимо нас вперед по коридору.
- Зазнайка! – не сдержалась я, - Хорошим манерам ее точно не учили!
Дворецкий промолчал, и мы пошли дальше. Эльдора, как оказалось, тоже направлялась в библиотеку.
Я прибавила шагу, чтобы войти вслед за ней. Оказывается, мы были не единственные, кого пригласили на встречу.
У входа мялись две горничные в серых шерстяных платьях. Незнакомый парень стоял рядом с детективом и держал в руках увесистую кожаную папку.
- Прошу всех проходить, садиться… - голос детектива звучал отстраненно-вежливо, - Эльдора, Елизавета – на первый ряд… Стулья приготовлены для вас. Генрис, Джордж, садитесь рядом с Дэйрой и Лидией…
Пока все рассаживались, я успела осмотреться. Мы вошли в не слишком широкое помещение. Сразу при входе стоял широкий письменный стол, обитый зеленым сукном, и пара стульев. Потом было свободное пространство, посреди которого толстый мужчина в поварском колпаке выставлял в ряд стулья. Видимо, раньше их тут не было.
А на противоположной стороне располагалась основная масса стеллажей с книгами. Когда я проходила вперед и садилась на выделенный лично для меня стул в первом ряду – мне бы почувствовать себя польщенной, что меня уровняли с этой выскочкой, да радости ее кислый вид совсем не приносил, как услышала приказ, который детектив отдавал незнакомому парню примерно моего возраста:
- Паскаль, ищи любой сосуд. Любой подозрительный, не на своем месте. Остатки на дне или по стенкам красного или темно-рыжего цвета... Жидкость неизвестна, но может быть опасна… Понял?
- Да, господин!
- Как найдешь, приходи в библиотеку.
- Да, господин, - светло-зеленые глаза зажглись неподдельным интересом: - Надо же, как получилось!.. И прямо в канун Чудогодия!.. Вы им скажите, господин?..
Он с таким подобострастием смотрел на мужчину, что я сразу поняла: они работают вместе. Именно так лаборанты или аспиранты смотрят на педагогов: как на единственное светило в своей жизни.
К слову, я бы не смогла работать на такой должности. Рассчитывать только на себя и свои силы – вот мой принцип.
- Разумеется! – холодно процедил тот, - Не увлекайся. Сколько раз говорил: держи язык за зубами!..
- Ага! – чуть ли не подпрыгнул от счастья тот, - Ну, я пошел?!..
- Иди!.. Руками брать нельзя. Только магическими путами второго порядка. Запомнил?..
Вместо ответа Паскаль кивнул и, подпрыгнув от нетерпения на месте, резко поклонился Эльдоре. А девушка даже не посмотрела в его сторону, сосредоточив всё свое внимание на сложенных на коленях руках. Сама невинность и благовоспитанность.
Правда, я не понимала, зачем игнорировать людей? Ладно бы меня – я сижу в таком наряде, что самой неловко. Пусть и не по своей вине.
А почему Эльдора игнорирует Паскаля, в чем была причина – оставалось только догадываться. Ведь парень был одет превосходно, в светло-бежевый костюм и белую рубашку в полоску. Идеально выглаженный нарядный костюм ему крайне шел: Паскаль итак выглядел мило, так еще костюм подчеркивал его розовый румянец и темные зеленые глаза. Даже прическа его была не столь элегантно уложена, как у детектива, но вполне сносна.
Нормальный, прилично одетый парень. Вот чем ей не угодил?..
Гадать мне больше не пришлось – слово взял местный господин, он же детектив, он же – весьма привлекательный мужчина с грубыми манерами.
- Дамы и господа, я пригласил вас сюда, чтобы сообщить прискорбную весть, - прочистив горло, уверенно и громко объявил детектив, - Моя уважаемая бабушка, княгиня Стравински, скончалась сегодня утром…
Казалось, что он даже не слишком переживает по этому поводу.
- То есть, как скончалась?!.. Я же вчера!.. То есть… сегодня!.. То есть, вот только что… недавно разговаривала с ней!.. Ох, не-ет!.. – высоко взвизгнула сидящая позади меня женщина средних лет.
И, уронив в ладони лицо, горько разрыдалась.
- Не может быть… - прошептала вторая горничная.
Она тоже была ошарашена, но не так сильно, как старшая коллега. На вид ей было лет двадцать пять – тридцать, по возрасту – примерно ровесница детектива.
- К сожалению, это так! – спокойно выговорил тот и обвел пристальным внимательным взглядом всех присутствующих, - Я скорблю вместе с вами, друзья!..
О, это заявление было сильным!
Повар не выдержал и вытер белой длинной салфеткой, вытащенный из поварского халата, уголки глаз. Генрис тоже шмыгнул носом и шумно высморкался в кружевной платок.
… И только Эльдора сидела прямая, как палка, и немигающим взглядом смотрела на обитый зеленым сукном стол. Ни одна слезинка не упала с ее ресниц. Даже пальчики не дрогнули, спокойно лежа поверх колен.
Поразительно! На её месте я бы уже рыдала в три ручья.
Да уж, чёрствость, похоже, является фамильной чертой Стравински.
Честно говоря, мне было неприятно видеть это. Даже молодая горничная не выдержала и через какое-то время разразилась слезами наравне с другими.
Ах, Эльдора, Эльдора!..
Кстати, кто она приходится покойной? Генрис не представил мне её, только назвал мадемуазелью. Так, если мне не изменяет память, обычно называли незамужних девушек. Получается, она сестра детектива?..
Я присмотрелась, сравнивая их черты лица, свет волос – одинаково ярко-каштановый, но нашла лишь поверхностное сходство.
Или я не туда смотрю, или… они пошли в разных родителей. Которых, к слову, здесь не наблюдается.
Почему?
… Странная семейка, как ни посмотри.
- Когда вы в последний раз виделись с княгиней? – громко прервал слезные ахи и вздохи детектив. Погоревать он дал минут пять, не больше. Словно выдержал положенное по правилам время, - Отвечайте по очереди, мне важен ответ каждого.
- Это допрос? – высокий, уверенный в себе голос Эльдоры разрезал плач, как ножом. Все сразу замолкли. Даже старшая горничная судорожно втянула воздух и застыла, - Значит ли это, что бабушка умерла не своей смертью?