Утопающий во лжи 14 (СИ)

Для остальных же, и я имею в виду не коротышек-гоблинов ростом в жалкие три локтя, а полноценных хобгоблинов вроде меня, это были скорее тяжёлые копья или даже короткие пики. Я и использовал их именно как метательные копья, не имея физической возможности натянуть такие огромные дуги лука, для которых они изначально предназначались. Мои руки просто не могли справиться с чудовищным натяжением тетивы.
  
Оставлять моих солдат без прикрытия и личного присмотра казалось мне крайне опасным, даже безрассудным. Благо, их размеры, значительно увеличившиеся после достижения большинством десятых уровней, давали им существенное преимущество над арахнидами-рабочими в ближнем бою, вне зависимости от количества этих мелких тварей. К тому же десятники моего отряда, вооружённые заклинанием «Ледяной ветер», в какой-то степени даже отсутствие мощных защитных барьеров компенсировали, создавая временные щиты из намороженного льда, точнее замерзших насмерть тел арахнидов рабочих.
Но мои диверсионные вылазки, одиночные рейды во время разведки местности и попытки обнаружить лазутчиков арахнидов, пугали даже меня самого. Это был какой-то совершенно новый, незнакомый уровень самостоятельности и ответственности, которой я был лишён практически всю свою жизнь. Всегда были командиры, старшие, те, кто принимал решения за меня.
Здесь же, в этой проклятой тьме, мне удалось по-настоящему ощутить ту силу, которой позволил мне обладать господин Таталем Со. Почувствовать вкус настоящей власти над жизнью и смертью.
Смотреть на сгорающих заживо гвардейцев арахнидов, слушать их безумные вопли агонии, самому при этом под покровом невидимости продолжая спокойно удаляться в сторону позиций моих ожидающих солдат… Это было опьяняющее чувство. Чтобы затем, силами всей полусотни, обрушиться на застигнутых врасплох, деморализованных воинов арахнидов прямо в их логовищах и подобиях жилых массивов, раздавить их, пока они еще не оправились от шока.
При этом я впервые в жизни столкнулся с ситуацией, когда очки Системы собирать было попросту некуда. Мой личный накопитель опыта ёмкостью на пять тысяч единиц уже давно оказался практически заполнен до краёв. Переливался через край, словно чаша с вином на пиру.
Но и это, казалось бы, не должно было стать столь неожиданным событием. Ведь сотня солдат под моим командованием, у каждого из которых свободный резерв равнялся почти сотне очков Системы, придавала уверенности в завтрашнем дне. Но только до середины второй недели.
Потому что за сутки активных боевых действий осушить, то есть убить и собрать трофеи, удавалось в среднем по сотне арахнидов различных рангов. Чем дальше мы продвигались в глубины мертвого города, тем выше становились шансы на то, что мои солдаты могут прямо во время сражения, в пылу битвы получить одиннадцатые уровни.
Чего допускать было категорически нельзя. Такой глупой, бессмысленной смерти для них я точно не желал. Не после всего, что мы вместе прошли.
Поэтому, чтобы не применять обычное примитивное оружие и не терять столь бездарно драгоценные очки Системы, мной было принято взвешенное решение. Дозволить солдатам повышать ранги их имеющихся умений и навыков. Начать с базового, но важнейшего, «Хитинового покрова». Для начала методично доводя его до третьей ступени у каждого бойца.
Что в целом должно было снизить общую нагрузку на накопители примерно на шесть тысяч очков Системы. Значительное число, дающее нам передышку и возможность продолжать охоту.
Благо, на общий доход, как мой личный, так и самого Лорда, которому мы все служили, это не должно было сильно повлиять. Потому что в большей степени мы охотились не за опытом с убитых врагов, а за материальными трофеями арахнидов. Такими ценными вещами, как выпавшие с убитых элитных особей редкие карты навыков, Системное оружие и иные артефакты, а также огромные кладки яиц, которые будут засчитаны в наши премии.
Так что теперь каждую ночь наш временный лагерь, разбитый в очередной относительно защищенной пещере, мог быть абсолютно спокоен относительно внезапных нападений. Проспать неожиданную атаку арахнидов мои часовые уж точно не могли физически. Не когда за их бодрствованием невольно следили орущие от нестерпимой боли гоблины, поочередно проходящие мучительную метаморфозу улучшения навыка «Хитиновый покров».
Их крики эхом разносились по каменным сводам, не давая уснуть никому. Процесс улучшения был болезненным, хитиновые пластины на их телах трескались, ломались, нарастали заново, более толстыми и прочными слоями. Кожа под ними горела огнём, даже сгорала, всё тело взрывалось болью. Но такова была цена силы. Такова была цена выживания.
Знать бы ещё, для чего именно господин Таталем Со придумал и организовал всё это безумие. Почему нам приходится так отчаянно спешить, рискуя жизнями каждый день и каждую ночь? Неужели Мареш, мой старый товарищ, был прав, когда сказал перед самой нашей отправкой в мир Паккот нечто тревожное?
Его слова до сих пор звучали в моей голове: «Господин рано или поздно возжелает проверить нашу истинную верность ему. Не на словах, а на деле. Кровью и болью».
Особенно правдоподобно и зловеще это предположение звучало, учитывая последнее напутствие самого господина перед его исчезновением. Те слова, которые он произнёс перед тем, как оставить нас один на один с этим враждебным миром.
— Я буду серьёзно занят в ближайшее время, — произнёс он чуть раздражённо своим характерным хриплым голосом, который всегда вызывал у меня мороз по спине. — Поэтому дозволяю воспользоваться ментальной связью со мной лишь в самый крайний случай. Только когда все другие варианты спасения ты используешь до конца, до последней возможности. Когда в твоей бездонной сумке не останется ни одной артефактной стрелы, ни одного зелья, ни одного средства к бегству. Понял?
Он был однозначно уже погружён в свои мысли где-то далеко, в каких-то своих непостижимых для меня расчётах и планах. После этих слов господин Таталем Со попросту исчез, растаяв в воздухе, словно его здесь никогда и не было.
Оставив меня наедине с сотней солдат, горсткой истеричных магов и целым миром враждебных тварей, жаждущих нашей крови.
Я стоял тогда, глядя на то место, где секунду назад находился мой повелитель, и чувствовал, как холодок пробегает по спине. Это было испытание. Настоящее, смертельно опасное испытание на верность, силу и способность выжить без его защиты. Как минимум я в это верил.
Вопрос был только в том, переживу ли я его? Доживём ли мы до конца этого месяца? Увижу ли я снова голубое небо родного мира Асшор?
Ответа у меня не было. Оставалось только идти вперёд, в темноту, навстречу неизвестности, надеясь, что господин Таталем Со действительно знает, что делает. И что мы, не просто расходный материал в его непостижимой игре.
 Глава 4 
 Наслаждение и столь желанная свобода. Неофициальный демонический сотник Тхагаси 
— Что-то невероятно… это что-то невероятное, — тихо порыкивая, повторял я уже в который раз за последнее время.
Это начало превращаться в привычку, а любая привычка демона рано или поздно начинает кого-нибудь бесить. В нашем случае, Себию. Что, впрочем, только сильнее забавляло меня.
— Может, ты прекратишь с такой довольной ухмылкой бубнить себе под нос⁈ — зло процедила она. Моя госпожа. Хотелось бы, чтобы это было ошибкой или преувеличением, но нет, по факту всё именно так и обстояло.
Господин Таталем Со однозначно выделял Себию из общей массы своих последователей. Из тысяч он выбрал лишь горстку тех, кому доверял чуть больше остальных, и она была среди них не последней. Увидеть это было нетрудно. Как минимум, для меня, того, кто десятки лет провёл рядом с Владыками и знал, как они смотрят на тех, кого действительно ценят.
  
Тёмная полуэльфийка Лея Фрет, похоже, поставила перед собой неосознанную цель, однажды погибнуть «случайно» от рук Себии. Слишком уж откровенно она оказывала знаки внимания нашему господину, слишком часто старалась находиться рядом, ловя каждый его взгляд, каждое слово. Я видел, как при его появлении она почти физически тянется к нему всем своим существом.