Сломленные

— Ты, подлая сука! У тебя не пройдет этот номер, ты слышишь меня, кусок дерьма?!
Кейт не узнавала собственный голос — столько отчаяния и злости звучало в нем. Она почувствовала отвращение к самой себе.
Сьюзи села, ничуть не ошеломленная всем происшедшим. Обращаясь к своему адвокату, она произнесла уверенным тоном:
— Я хочу выдвинуть обвинение.
Она деланно морщилась от боли, но с ее лица по-прежнему не сходила улыбка. Сьюзи добилась своей цели.
— Я думала, вы знаете, мисс Берроуз. Я понимаю, это для вас шок, принимая во внимание теперешнее состояние мистера Келли после тяжелого ранения и все остальное.
Кейт перестала ощущать свое тело, силы покинули ее, руки безжизненно повисли.
— Тебе придется предъявить доказательства, — произнесла Кейт еле слышно.
Сьюзи покрутила в руках пачку сигарет, посмотрела на Дженни и произнесла:
— Я бы, наверное, не пришла сюда, если бы не имела доказательств, разве не так?
— Ты лжешь, и я выведу тебя на чистую воду. — Голос Кейт прозвучал неожиданно твердо.
Сьюзи ехидно улыбнулась:
— Неужели? Посмотрим! Я, конечно, понимаю, вы хотите защитить своего мужчину Не случайно я всегда отказывалась сотрудничать с вами. Было бесполезно рассказывать правду, если она имела прямое отношение к Патрику Келли.
Сьюзи взглянула на своего адвоката:
— Вы видите, мне никто здесь не верит!
Мистер Миллан достал какие-то бумаги из своего портфеля.
— На основании имеющихся у меня документов я могу утверждать, что Патрик Келли является главным действующим лицом в данном деле.
Кейт тупо уставилась на маленького человечка в дешевом костюмчике и затрясла головой, отказываясь верить собственным ушам. Дженни вывела ее из комнаты.
— Я выдвину обвинения, мисс Берроуз, можете не сомневаться, — услышала Кейт слова Сьюзи, а затем ее наглый смех.
  
Глава 17
 
— Вы набитая дура, Кейт! — Ретчета переполняли злоба и возмущение. — Вы не имели права поднимать на нее руку. Она специально провоцировала вас. Неужели непонятно? Она добилась желанного результата!
Кейт и сама уже разобралась во всем, поэтому совершенно не нуждалась в столь эмоциональных поучениях.
— Что, черт возьми, вы натворили? В какое положение вы меня поставили? Она не только выдвигает свои дурацкие обвинения, но и утверждает, будто вы знали обо всем с самого начала. И что прикажете делать мне? Я вынужден отстранить вас от расследования. Я за всю свою жизнь еще не оказывался в таком идиотском положении!
— Тогда нечего беспокоиться обо мне, — предложила Кейт. — Давайте лучше подумаем о вашем положении, если это является главной проблемой на сегодняшний день. Я не против. Давайте подумаем, как происшедшее отразится на вас и на вашей карьере. Только разрешите вам напомнить: до сего дня вы являлись партнером Патрика Келли по его законному бизнесу.
Кейт резко повернулась и вышла из комнаты. Дженни ждала ее в офисе.
— Я просто не могу поверить в это, Джен, — растерянно сказала Кейт.
Дженни обреченно покачала головой и произнесла с грустью:
— Я знаю, ты ожидала услышать на допросе совсем другое. Но давай рассуждать разумно. Мог ли Патрик действительно иметь отношение к подобным вещам?
Кейт посмотрела подруге прямо в лицо. Она чувствовала, как почва уходит у нее из-под ног. Тоска и отчаяние стали ее постоянными спутниками.
— Я никогда не поверю в это, слышишь, никогда! Готова поверить во что угодно, но только не в это!
Дженни отвела глаза, и Кейт поняла: справляться с бедой ей придется в одиночку.
— Послушай, Джен, я готова жизнью поклясться: Патрик не мог заниматься такими делами. Я все понимаю, он далеко не святой. Но представить, что он мог влезть в такую грязь… Нет, никогда!
Дженни не поднимала на подругу глаз.
— Кейт, признайся, ты ведь толком и не знаешь всех его дел, разве не так? — умоляющим тоном произнесла она. — Ну признайся хоть сама себе, пожалуйста. Он владел стриптиз-клубом, а ты очень долго и представления не имела об этом его бизнесе. Помнишь?
 
— Отлично помню, Дженни, но ты упускаешь из виду, что стриптиз-клуб — совершенно законный вид бизнеса в нашей стране и владелец подобного заведения не считается автоматически извращенцем, поощряющим детскую проституцию. Или я ошибаюсь? А может, ты и меня подозреваешь? А, Дженни? Может, мы на пару с ним стряпали порнографию? Послушай, он отлично знал о моем расследовании, и если он знал о существовании гнусных фильмов и о мамашах, которые торговали своими детьми, почему же он даже не попытался их предупредить? Господи, Джен, неужели ты искренне считаешь Патрика замешанным в торговле детьми, полагаясь только на слова этой грязной сучки Сьюзи? А ведь нас предупреждали, что она из себя представляет, разве ты не помнишь? Подумай, Джен! Разве признание Сьюзи не кажется тебе подозрительным?
Дженни ничего не ответила, но ее молчание для Кейт было красноречивее слов.
Кейт схватила сумочку и выбежала из офиса. Уединившись в машине, Кейт почувствовала, как ком подкатывает к горлу и слезы подступают к глазам, слезы злости и отчаяния. Ей показалось, что отношения с Патриком завели ее в такую пропасть, откуда ей уже никогда не выбраться.
Зазвонил мобильный, на связь вышел Голдинг:
— У меня есть копия ее заявления, мэм. Она к вашим услугам.
Кейт улыбнулась. Мысль о том, что у нее остался хотя бы один верный друг, согрела ей душу.
— Привези копию в больницу, и мы посмотрим, как отреагирует Патрик.
Помощь пришла, откуда ее совсем не ждали. Долгое время Кейт не испытывала к Голдингу никаких симпатий. Дженни — совсем другое дело! Дженни, которая жила у нее в доме и считалась лучшей подругой, усомнилась в ней, в ее искренности. Дженни думает, что Кейт готова пойти на все ради спасения Патрика. Да, жизнь действительно непредсказуемая штука, никогда не знаешь, с кем найдешь, а с кем потеряешь, кто протянет руку в трудный момент, а кто нанесет удар в спину.
Ничего, Кейт пойдет до конца. В конце концов она узнает правду. Знать правду — это не так уж мало.
Кейт выжала педаль газа до упора, и машина с ревом рванулась с места. На предельной скорости Кейт направилась в больницу.
— Ради бога, Кейт, не принимай все так близко к сердцу. Какому-то засранцу ее заявление выгодно, ты же должна это понимать.
Кейт опустилась на кровать рядом с Патриком и крепко сжала его руку:
— У нее действительно что-то есть, иначе она не зашла бы так далеко. И, видимо, что-то конкретное. Иначе она бы не осмелилась. В итоге меня при всех поставили в дурацкое положение, причем умышленно. — Кейт глубоко вздохнула. — Ты когда-нибудь принимал участие в создании порнофильма или в его финансировании? Для меня это очень важно, Патрик. Пожалуйста, расскажи мне все.
Патрик провел рукой по лицу. Он ожидал подобного вопроса и понимал: отвечать придется по совести.
— В чем я только не участвовал, Кейт! Возникало множество разнообразных проектов, и, естественно, мои деньги могли тратить без моего ведома. Извини, дорогая, я действительно не могу поручиться за свою незапятнанность — многого я просто не знаю. А уж про клуб и говорить нечего. Там я мог влипнуть в любую пакость.
Кейт рассчитывала услышать что-нибудь в этом роде, но это никак не облегчало ее положения. Утешением служили лишь искренность и честность Патрика. За них Кейт была ему благодарна.
— У Голдинга есть копия заявления Сьюзи. Там наверняка будут фигурировать чьи-то фамилии для достоверности. Голдинг скоро будет здесь, вот и посмотрим, нет ли там знакомых фамилий.
Патрик вздохнул:
— Кейт, мне действительно жаль, что все так получилось. Как ты думаешь, меня арестуют?
Кейт пожала плечами:
— Тебе надо договориться с врачом. Пусть заявит, что ты еще слишком слаб для допросов, ну а остальное предоставь мне. Возможно, и удастся отвертеться.
Патрик попытался улыбнуться: