Дариар. Дорога к дому (СИ)

— Вы не похожи на драконов, — я решил, что в данном случае скепсис уместен. В меру, конечно же, но уместен. — Драконы слишком крупные создания, а вы выглядите почти как люди. Даже если учесть, что вы оборотни, где закон сохранения масс?
— Сколько умных, но совершенно ненужных слов, — Нордэшан покачала головой. — Я не буду сейчас рассказывать об астральных проекциях, поглощающих избыток масс и возвращающих их по требованию. Сомневаюсь, что ты сразу все поймешь, а времени, чтобы разжевать данную информацию у меня не так уж и много. Просто поверь, мы — драконы оборотни, и других драконов на Дариаре не существует.
— И я, конечно же, должен поверить на слово, замечательно.
— Я могла бы сейчас долго разглагольствовать о погоде и ценах на укроп, все-таки старухам в моем возрасте свойственна некоторая болтливость, — я недоверчиво посмотрел на ее прекрасное лицо. Даже если бы меня сейчас начали резать, я не дал бы ей больше тридцатника. Резать, мой разум зацепился за это слово, а язык, независимо от головы, ляпнул.
— Да, чудеса пластической хирургии как они есть, ведь магия же на драконов не действует. — Только когда последнее слово слетело с языка, я понял, что я только что произнес. Захотелось подойти к стене и как следует долбонуться о нее лбом, но я сдержался, и прямо посмотрел на нее. Нордэшан переваривала мой опус в течение минуты, нахмурилась, но потом откинула голову и расхохоталась.
— Ты такой смешной, мальчик, — наконец проговорила она, вытирая слезы.
— Я безумно рад, что мне удалось вас развеселить, но, может быть, перейдем уже к делу? Что вам от меня нужно?
— Хм, я тоже не люблю долгих прелюдий, — она мне подмигнула, а я почувствовал, что начинаю краснеть. Я что, решил посостязаться в острословии с многовековой рептилией-оборотнем? Желание побиться головой об стенку становилось навязчивым. — Значит, перейдем сразу к делу: ты мне совсем не нужен. Хотя, ты безумно интересный мальчик, а твой двойственный запах… — она втянула носом воздух, как это делал не так давно Самезар, и прикрыла на мгновение глаза. — Запах чужого мира, запах тайны, он сводит с ума тех, кто может его чуять.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, — я почувствовал, что невольно нахмурился и сложил руки на груди в универсальном жесте закрытости от собеседника.
— А ведь действительно не понимаешь, и это еще больше подогревает к тебе интерес. Но, как я уже говорила, именно сейчас ты мне не нужен. Мы когда-то, несколько веков назад слегка повздорили с Дальмирой, и эта стерва придумала простой, но гениальный план: запереть весь наш народ, точнее то, что от него осталось, в этом проклятом лесу, и тянуть понемногу из нас силы — есть определенные методики, — добавила она, заметив мой скепсис, написанный на лице большими буквами. — У драконов сил много, но не безгранично, я уже и не помню, когда слышала плач малыша, только-только разрешившейся от бремени молодой драконицы. А ведь утрата способности к размножению, это всего лишь вершина айсберга.
— А я тут при чем?
— Не перебивай, что за привычка перебивать в разговоре женщину, особенно ту женщину, которая по возрасту тебе в прабабки годится? — ее глаза сверкнули, а я снова почувствовал, что краснею, но сдержать эту реакцию моего, все еще незрелого, несмотря на пять дополнительных лет, тела. — Мы не просто так сидели в этом отстойнике так долго, стараясь не попадаться на глаза выкормышам Дальмиры. Нам удалось разработать ритуал, который разрушит чары, и мы сможем покинуть эту клетку. Почти все уже давно готово, кроме одного, нам нужна кровь существа, на которого заклятья ограничения передвижения или совсем не действуют, или действуют весьма слабо и только на него, не затрагивая при этом весь его род. Нам нужна кровь человека.
— Человека, почему именно человека? — я почувствовал, как между бровей залегла складка, от постоянно хмурого выражения моего лица.
— Потому что только человек способен игнорировать некоторые правила, — драконица впервые показала мне, что все же немного раздражена.
 
— А, понятно, свобода воли и все такое. И много нужно крови?
— Достаточно для ритуала, но не столько, чтобы навредить донору.
— Держите, — я протянул ей руку, намекая, что пускай достает сейчас большой шприц и выкачивает из меня красную жидкость. Никого другого из своей команды я подвергать опасности не собирался. Но Нордэшан покачала головой.
— Твоя, увы не подойдет, ты маг, то есть не совсем человек в полном смысле этого слова.
— Так мы все маги, — ядовито произнес я, расправляя рукав. — Вы не тех дождались, мне жаль.
— Не все, — она покачала головой. — Среди вас есть один полноценный человек.
— Лорен недавно стал магом…
— Я говорю не об этом сумасшедшем, которого пришлось усыпить, слишком уж он рвался к своему господину, — драконица поморщилась.
— Что вы с ним сделали? — я почувствовал, как мои руки сжимаются в кулаки.
— Накачали снотворным, растворенном в прекрасном вине. Правда, чтобы влить в него это вино, пришлось потрудиться, все-таки в наши планы не входило вредить ему.
— Тогда я не понимаю, о ком вы… — я замер. Как же я мог забыть, док! Он не маг, но он настолько хорош в своем деле, что я, если честно, постоянно забывал об этом нюансе. — Понятно. Но я не могу приказывать ему. Я могу только попросить и побыть посредником в переговорах, — добавил я неуверенно. Вообще-то я мог ему приказать и клятва, которую Льюис принес, не позволила бы ему игнорировать мой приказ. Но я не хотел приказывать, только не в этом.
— Отлично, — Нордэшан громко хлопнула в ладоши, дверь тот час отворилась, и в комнату заглянул Шадорос. — Пригласи сюда человека.
Дракон кивнул, и дверь снова закрылась. В комнате наступила тишина, которую никто из нас не хотел нарушать. Я бросал на Нордэшан косые взгляды и пытался представить ее в образе дракона. Наверняка ведь это незабываемое зрелище. И все-таки тишина напрягала, и, похоже, не только меня.
— Что ты хочешь получить в том случае, если все пройдет успешно, — нарушила воцарившуюся тишину драконица.
— Я? — вообще-то, я хотел бы, чтобы нас все-таки выпустили отсюда живыми, предварительно накормив.
— Именно. Ты предводитель вашего небольшого отряда. Кстати, за столько времени ты так и не представился, это невежливо.
— Простите, — извинялся я неискренне, и она это прекрасно чувствовала, а я знал, что она знает, но мы держали хорошую мину при неважной игре, потому что я все еще опасался за наши жизни, а она просто в нас нуждалась. — Кеннет Сомерсет, герцог Сомерсет.
В это время дверь в очередной раз открылась, и вошел Льюис, постоянно озиравшийся по сторонам.
— Док, тут такое дело, — я замялся. — В общем, драконам необходима кровь чистопородного человека, чтобы провести сложнейший ритуал, который разрешит их затруднения. — Я не стал озвучивать истинную причину, это было не мое дело, за что заслужил благосклонный взгляд Нордэшан. — А так вышло, что только ты обладаешь всеми нужными им требованиями.
— Хм, — Льюис поднял глаза, разглядывая потолок. Я проследил за его взглядом, но ничего интересного не увидел, потолок как потолок, деревянный, с крупными поперечными балками. — Сколько нужно крови?
— Вот этот флакон, — драконица извлекла жестом фокусника из рукава изящный хрустальный флакон, довольно большой, кстати, с поллитра не меньше. Я невольно нахмурился.
— Хорошо, — кивнул Льюис, приняв решение. — Теперь поговорим об оплате.
— Оплате? — Нордэшан так удивилась, что даже утратила на мгновение часть своей неземной привлекательности, став обычной красивой женщиной.
— Конечно, не думаете же вы, что я расстанусь со своей кровью просто так? — Льюис хитро улыбнулся. — Ведь, если я все правильно понимаю, а я разбираюсь в некоторых тонкостях некоторых ритуалов на крови, уж поверьте, то, как вы перед нами расстилаетесь: накрытый стол, очень аккуратное усыпление нашего не совсем адекватного Первого дружинника… кровь должна быть отдана добровольно, не так ли? Если бы не этот нюанс, нас бы просто прирезали и нацедили столько крови, сколько вам необходимо, да еще и с избытком.