Забить гол (ЛП)

После того как они ушли, я забаррикадировала дверь своим чемоданом. Быстро переодевшись, я распустила свой светлый хвостик на голове и потрясла волосами. Небрежные, длинные волны обрамляли мое лицо, а когда я надела бейсболку задом наперед, это сняло акцент с моих женственных черт. Я ухмыльнулась своему загорелому отражению в зеркале.
Впереди отличная ночь в Рио.
— ЭНДИ! Впусти нас! — Кинсли забарабанила в мою дверь.
Или нет.
Я схватила телефон с кровати, отодвинула свой чемодан и открыла дверь, за которой стояли переодетые и готовые к вечеринке Бекка и Кинсли.
Нет. Просто нет.
Они выглядели совершенно нелепо в одинаковых красных спортивных костюмах Адидас, черных бейсболках и солнцезащитных очках. Либо они вышли из музыкального клипа 80-х, либо теперь они официально являлись частью моей службы безопасности. В любом случае, я никуда с ними не собиралась.
— Какого черта на вас надето, девочки? Я не пойду с вами на вечеринку, пока вы будете в таком виде.
Они вышли за мной из квартиры, поправляя свои бейсболки и уверяя меня, что они просто отлично гармонируют.
Я бы так не сказала.
Конечно, они все еще были сексуальными, уверенными и готовыми надрать любому задницы в футболе, но они немного перегибали палку. С тех пор как Лиам и Пен надели им на пальцы свои кольца, ничего не могло удержать их от превращения в реальных взрослых. (Они буквально выпрыгивали из штанов от радости, чтобы посмотреть «Парки и зоны отдыха» в пятницу вечером, прежде чем лечь спать в 21:00).
— Что насчет ваших мужей? — спросила я, ища законные основания, чтобы они не могли пойти со мной. — Уверена, они не захотят, чтобы вы тусовались с кучей холостяков.
— Пока одевалась, я все уладила, — сказала Кинсли, жестом показывая на свой красный костюм. — Обращаю твое внимание, что Лиам доверяет меня, и взял с меня обещание, что я не отпущу тебя одну.
Я застонала.
И Лиам туда же? Сколько «родителей» у меня в этой поездке?
Я пыталась идти быстрее, надеясь, что если буду делать четыре шага на их один, они, в конце концов, отстанут от меня. Но не тут-то было. Они не только поддерживали мой темп, но и взяли меня под руки, из-за чего я засмущалась.
— Будет весело! — сказала Бекка, немного затормозив. — Девичник!
Кинсли кивнула.
— Завтрашняя тренировка не раньше полудня, так что мы можем оторваться по полной.
Кинсли и Бекка были всего на четыре года старше меня, но когда мы подходили к месту вечеринки, мне казалось, что я иду со своими родителями.
— Оу, диско-шар! — воскликнула Бекка, проходя через двери. — Кто привез гребаный диско-шар на Олимпиаду?
Бразильские пловцы встретили нас с широкими улыбками.
— Добрый вечер, дамы, — сказал один из них с сильным акцентом, практикуя английский.
— Извини! Я жена Лиама Уайлдера, — сказала Кинсли, помахав своей левой рукой в воздухе, как Бейонсе. Бекка сделала то же самое, и так как они крепко держали меня под руки, я не смогла улизнуть. Их обручальные кольца образовали настоящее силовое поле целомудрия вокруг нас, которое, казалось, никто не замечал, кроме меня.
— Пойдем возьмем пунш? — спросила Бекка.
— Скоро соревнования, думаю, мы должны пить только воду, — сказала Кинсли.
Дорогой Боже, мне нужно сбежать от них.
— Девочки, я пойду в уборную, — сказала я, выскальзывая из их хватки.
Бекка выглядела встревоженной, как будто потребность сходить в туалет была признанием какой-то неописуемой вины.
— Ох, нам пойти с тобой?
— НЕТ! — закричала я, затем понизила голос до шепота: — Я… эм… мне нужно по-большому.
— Ох, кто-то нервни-и-и-ича-а-а-а-ае-е-ет, — сказала Кинсли со знающей ухмылкой.
— Это ее первая олимпийская вечеринка, конечно, кишечник «не находит себе места»! — рассмеялась Бекка.
Я закрыла глаза, сделала два глубоких вдоха и затем нацепила на лицо фальшивую улыбку.
— Честно говоря, я так рада, что вы, девочки, пошли со мной. Я сейчас схожу в уборную, а когда вернусь, мы сможем веселиться вместе остаток ночи.
 
Моя фальшивая речь выбила их из колеи так сильно, что они отпустили меня в уборную одну. В свои двадцать один я никогда не думала, что с этим могут быть проблемы. К счастью, когда я пропала из их поля зрения, то наконец увидела вечеринку во всей красе.
Квартира бразильских спортсменов была в два раза больше нашей. Гостиная была заполнена многонациональными группками Афродит и Адонисов. Кинсли и Бекка остались в холле, и когда я протиснулась через толпу в поисках уборной, которая на самом деле не была мне нужна, я поняла, что избегать их остаток ночи будет довольно легко.
Все пытались перекричать музыку, и я не могла отличить один акцент от другого. Я уловила английскую речь, но когда повернулась, не могла понять, кто произнес ее. Я прошла мимо группы шумных парней, который загораживали мне дорогу к столу с выпивкой, но мне удалось протиснуться незамеченной в основном благодаря их гигантскому росту.
— Оу! Куда идешь? — спросил один из них с сильным акцентом, когда я взяла пиво со стола и попыталась вернуться обратно в безумие вечеринки.
— Ох. — Я рассмеялась. — Просто брала что-нибудь выпить.
Я вертела банку в руках и на их лицах появились улыбки. Очевидно, они одобряли алкоголь. Со своим ростом и густыми бородами они были похожи на викингов, которые случайно попали в 2016 год. На одном из них была футболка, которой хватило бы, чтобы покрыть все мое тело. Они явно были из команды по регби.
— Хорошо, ребята, веселитесь, — сказала я, пытаясь прошмыгнуть мимо них.
Тот, что был ближе всех ко мне — гигант с рыжей бородой, которая опускалась ниже подбородка — хлопнул меня по плечу. Мои колени подогнулись под его весом.
— Постой! Выпьем! — проревел он.
Я раздумывала секунду. Пить в компании шумных игроков в регби не было в моих планах, но если я зависну с викингами, Кинсли и Бекка не смогут меня найти. Я снова осмотрела их, и на их лицах появились широкие нахальные улыбки. Казалось, что кривые или отсутствующие зубы были для них в порядке вещей, но они казались довольно безобидными.
До тех пор, пока кто-то из них снова не хлопнет меня по плечу.
Это буквально было похоже на то, будто в тебя врезается машина.
Десять минут спустя — детали были расплывчатыми — Гарет (бородатый чувак) взвалил меня на плечо и таскал меня по вечеринке, как пиньяту. Его товарищи по команде толпились вокруг него и научили меня застольной песне, которая звучала как матросская песня пиратов викторианской эпохи.
— Что мы будем делать с пьяным матросом? Что мы будем делать с пьяным матросом? Что мы будем делать с пьяным матросом рано утром?
На самом деле я не знала слов, но я пела вместе с ними во всю силу своих легких.
— Что мы должны делать с кро-ко-ди-лом? Иногда, иногда пьяный Джеймс Тейлор…. РАНО УТРОМ! — орала я, извиваясь на плече Гарета. Я смешала два сорта пива и алкоголь плескался в моем желудке самым худшим способом.
— Продолжай, милочка, — сказал Гарет, откидывая голову, чтобы посмотреть на меня.
— Боже мой! Ты только что назвал меня милочкой!
Я запрокинула голову назад и рассмеялась, что было не самым гениальным моим решением. Смещение моего веса назад нарушило равновесие Гарета. Мы представляли собой отличную картину: пьяный енот на плече у медведя. Уверена, он весил в пять раз больше меня, но он не смог удержать меня, и, прежде чем я поняла это, медленно упала на пол. В какой-то момент я подумала: «Вот на этом месте сексуальный принц поймал бы меня, если бы я была диснеевской принцессой». Эта мысль закончилась, когда я грохнулась с тяжелым «ох», и весь воздух выбило из моих легких.
Музыка перестала играть, а смех затих, когда люди встали вокруг меня.
Они думают, что я умерла или что-то подобное? Стоп, я умерла?
Я снова и снова моргала, пытаясь уловить хоть какой-то определенный признак того, что еще жива. Свет над головой качался туда-сюда, но это могли быть ангелы, зовущие меня на небеса — или в ад, поскольку именно туда я направлюсь за то, что соврала Кинсли и Бекке.