Позвонок (СИ)

Вдоволь натоптавшись, мистер Фауст свернулся калачиком и тихо заурчал. Успокаивающее тепло, словно от объятий, тут же разошлось по телу Брауна.
— Ты как чувствуешь, да? — тихо произнес Франк, глядя на черный комок с ушами.
Парень как раз докурил. Еще дымящаяся краснеющая точка огарка устремилась вниз маленьким метеором и, упав на землю, погасла. Браун повернулся в сторону стола, где остывала чашка кофе, и понял, что обойдется — слишком уж мирно отдыхал котенок на его животе. Он достал из пачки еще одну сигарету.
  
Так и прошла ночь — под взглядом миллионов звезд была уничтожена целая пачка. Сон не пришел к Франку Брауну. Видимо, вместо подростка, он выбрал Фауста, ибо тот спал без задних ног.
Лилово-розовая полоса небес, предвещавшая скорый рассвет, окончательно взбодрила юношу. Он ждал ее, ждал новый день так, как не ждал ничего и никогда. Планшет тянул к себе магнитом, но часы показывали только пять утра. Слишком рано. Нужно ждать еще.
Осторожно взяв мистера Фауста на руки, Франк отнес его в общий зал и уложил на диван. Кот даже не подумал сопротивляться, продолжил грезить на новом месте.
Ждать… Ждать…
Парень стал перед закрытой дверью в комнату брата. Вновь напряжение привело мышцы в тонус. Склонив голову на бок, Браун задумался над тем, чтобы наблюдать трансляцию Фрика там, среди вещей, которых касался Роберт, в комнате, которая все еще хранит его запах. Это было бы символично, но… он не мог. Не мог просто сидеть на заднице и смотреть. Ему хотелось если не участвовать, то присутствовать рядом, чувствовать ветер, уносящий души «Дьявольских костей» в Преисподнюю. Зажившие раны на торсе заныли, будто тому в подтверждение.
Искупавшись, юноша надел чистую черную рубашку, серые джинсы, пересобрал хвост, зарядил вальтер, о котором больше не думал, как о подарке Ромула. Для него пистолет превратился в безликое орудие убийства.
Чем ближе стрелки часов подходили к одиннадцати, тем спокойнее ощущал себя Франк Браун. Он не мог это объяснить, однако, все его эмоции покрывались инеем. Разум становился чище, сердце стучало размеренно и спокойно. Даже когда в воображении вырисовывался Яков.
Парень засунул нож и запасные патроны в карманы джинсов, затем, прихватив беспроводные наушники и взяв планшет в руки, вышел из квартиры. Разумеется, миску мистера Фауста он предварительно наполнил вареным куриным мясом.
Ясная погода располагала к хорошему настроению. Щебетали птицы, а сочные изумрудные листья деревьев отбрасывали прохладную тень на аллею. В центре города кипела жизнь. Прохожие спешили по своим делам, снуя разноцветными потоками между высотными зданиями.
На Центральной улице, что располагалась через дорогу от офиса Винстента Диюри, Франк нашел себе укромное место на скамье под липами во дворе жилого дома.
Наконец-то, одиннадцать.
Похолодевшим пальцем старшеклассник коснулся ярлыка в центре нарисованного чернильного солнца. Весь мир вокруг будто замер.
На экране появились четыре кадра, демонстрирующие разные виды. Одна камера показывала крышу офиса. Вторая — темноватое окно, сквозь которое виднелся силуэт человека в белой рубашке. Третья смотрела на пропускной пункт с коммутаторной. Двое вооруженных охранников стояли у входа снаружи, один сидел за стойкой внутри (его было видно в окно), отвечая, непосредственно, за контроль входящих и выходящих. Еще один, словно неподвижная статуя, замер у двери в сам офис.
Четвертую камеру протирали чем-то черным и плотным. Затем Франк увидел внимательный большой глаз с черной склерой и алой радужкой. Фокус камеры отдалился, и теперь в кадре появился портрет Фрика целиком. На нем был расстегнутый длинный плащ из нейлона, капюшон которого лежал на спине.
Франк вложил в ухо один из наушников. Зафиксированный наушник с микрофоном был также и в проколотом ухе Фрика.
— Доброго утра, Франк, — приветливо отозвался неформал. — Я тебя не вижу, но знаю, что ты не дома.
Браун хмыкнул:
— Откуда знаешь, если не видишь?
— Сердцем чую. Сиди, где сидишь. Мне это не помешает. Главное — к офису не подходи.
— Вижу, ты установил камеру с видом на крышу, на КПП и на окно в чей-то кабинет. Кто там?
Всмотревшись получше в интересующий кадр, подросток заметил движение в окне, где за столом сидел человек в белой рубашке. Там появился кто-то еще. Некто в черном одеянии, с длинными темными волосами активно жестикулировал, а тип в белой рубашке слушал его и мотал головой.
У Франка Брауна перехватило дыхание. Теперь холод эмоций начал жечься где-то в легких, от него, казалось, можно было выдохнуть паром.
Видеокамера показывала Якова. Ошибки быть не могло — Браун узнал его.
— Там Винсент, — ответил тем временем Фрик. — Я пронаблюдал: сегодня все в сборе. Кроме Атланта. У него больничный.
— Больничный? — изогнул бровь Франк, хотя можно было и не спрашивать — парень догадывался, что за участь постигла бухгалтера Луккезе.
— Уверен, ты хорошо понимаешь, как некоторая работа способна вредить здоровью. Итак, приятель, готов смотреть кино?
— Готов. Но Якова я хотел бы получить живым.
— Помню. Пожелания приняты к сведению.
Снова он ничего не пообещал. Это калило юношу, который упрямо не хотел видеть иного исхода, чем живой Яков у него в руках. Конечно же, он понимал, что при зачистке с Яковом может произойти, что угодно, но некая сила так и душила его непринятием других вариантов развития событий. Франк зажег сигарету.
— Цель искусства — потрясать души, — вкрадчиво произнес Фрик. Он перестал наводить на себя крохотную камеру и закрепил ее на груди. Теперь Браун увидел, что неформал находится на крыше соседнего офисного здания, которое было выше пятиэтажного офиса «Дьявольских костей». В кадр попала большая сумка и приклад снайперской винтовки на треноге. — Так потрясем же…
— Нет, в этом месяце я никого в отпуск не отпущу, — уверенно покачал головой Винсент Диюри, совсем юный холеный паренек с идеально уложенными волосами цвета грязного золота.
Яков нервно завел смоляные пряди за уши обеими руками, таращась на Черепа:
— Какого хера, босс?! Я отпахал, сколько нужно, теперь хочу на море. Сейчас сезон!
— Лоренс посоветовал отпускать людей в отпуск со следующего месяца, когда закрепимся на новой точке.
— На какой еще новой точке?!
— Ночной клуб «Абисс».
— Впервые слышу о нем, Винс. Слушай, не делай мне мозги, окей? — Яков выдохнул и потер шею, ощутив прохладную липкость Джулии, затаившейся на коже прозрачным пятном. — Я уже купил билет на самолет. Какой-то сраный клуб вы и без меня возьмете.
Но подросток был неумолим. Он снова покачал головой.
— Я сказал нет. Впереди много работы. Нужны все Кости. Особенно, Фаланги.
Внезапно послышался короткий взрыв где-то наверху. По зданию прошлась легкая вибрация. Винсент и Яков настороженно переглянулись, а после охотник с осуждением сказал:
— Вот видишь, Винс. Ты своим решением разгневал Господа.
Но Диюри было не до шуток. Он тут же связался с охраной по рации:
— Что произошло? Что это за звук?
Ему ответил спешащий мужской голос:
— Да мы понятия не имеем. Где-то наверху. Может, последний этаж или крыша. Послали проверить ребят…
Резкое шипение вынудило парня резко отложить рацию и прочистил пальцем ухо.
— Что за фигня? — буркнул он, хмурясь в непонимании.
Зато органы чувств Якова заработали, как надо. Зрачки его черных глаз расширились от нахлынувшей тревоги. Инстинкт самосохранения приказал ему уйти. Сейчас же. Джулия тоже взволнованно зашевелилась в шее.
Решив прислушаться, мужчина попятился и молча вышел из кабинета Диюри.
Браун же увидел в первом кадре, как вентиляционный короб на крыше офиса задымился.
— Ты сломал им вытяжку? Как?
— У тебя когда-нибудь были радиоуправляемые самолетики, Франк?
Фрик подошел к винтовке и занял позицию. Он был в перчатках.