Позвонок (СИ)

— Мы с тобой, чувак! — растрогался Землерой. Он вскочил и выпрямился, прижав кулак к груди. — С тобой моя машина!
— И мой пистолет-пулемет! — поднялся темнокожий Джокко.
— И мой металаиськатель! — добавила Ко, звонко расхохотавшись, прикрыв темные губы тонкими пальцами.
  
Глава 19
 
Хэтчбек Землероя с трепетной осторожностью свернул с дороги и, переваливаясь с боку на бок, будто толстая наседка, покрался к величественно возвышающейся над заснеженным полем чаще. Черные силуэты деревьев сплоченным частоколом огораживали территорию «старой земли». Неприветливую, непрощающую территорию.
  
Мрачный купол сумерек к этому моменту уже покрылся копотью, приняв расцветающую ночь. Находиться в лесу в такое время суток, тем более, зимой, было глупостью.
Землерой оставил фары автомобиля включенными, их свет теперь разрезал глубокие тени между древесными стволами и уносился глубоко в заросли. Это была идея Франка Брауна. Впредь машина будет служить компании подобием маяка, чтобы не заблудиться во время поисков.
Также длинноносый раздобыл для товарищей не только металлоискатели, но и рации, а также налобные фонарики и оранжевые светоотражающие жилеты.
— У меня кузен держит магазин для охотников, — пояснил свой щедрый арсенал Землерой.
Ветер начал усиливаться. Среди дикой местности холод казался особенно принизывающим. Бедняге Ко пришлось натянуть толстые темно-синие колготы с толстым слоем шерстяного начеса и бесформенный вязаный свитер-унисекс. Совершенно не в ее стиле, однако, в такую погоду особо не повыпендриваешься. Благо, бесформенное утепленное тряпье скрыл длинный пуховик насыщенного фиолетового цвета с широким тугим поясом.
Остальные ребята тоже утеплились, понимая, что бродить по «старой земле» придется долго. Землерой вовсе навешал на себя столько свитеров, что полностью утратил вид худощавой палки.
Округлившийся еще сильнее от пухлой белой куртки Джокко первым натянул поверх шапки бини резинку фонарика и наушники металлоискателя. Парень был твердо настроен на результат — это читалось по его хмурому лицу.
— Я готов, Франк, — уверенно сообщил он, опуская косматые брови еще ниже.
— Хорошо, — кивнул ему тот. Браун окинул взглядом остальных присутствующих, которые, вроде бы, и были при полном снаряжении, но выглядели несколько потерянными. Еще бы, никому в здравом уме не хотелось бы очутиться ночью в незнакомом диком лесу. Не просто так сюда отказались соваться волонтеры. — Начнем?
После неуверенных кивков от Землероя и Ко, юноша достал из машины рабочий гаражный ноутбук и включил. Прежде, чем уехать в глухие места, парень предусмотрительно скачал вложения писем от мистера Белл, поэтому теперь без потребности в интернете смог показать ребятам последнюю зону, где утонул сигнал от Роберта.
— Мы приблизительно здесь, — Франк осторожно прикоснулся краем ногтя к экрану. Согласно изображению, компания уже находилась в пределах обозначенной территории, но лишь на самой окраине. Большая часть уплывала дальше, в лес.
Браун пальцем поделил область поисков на четыре части так, словно рисовал лучи, выходящие из точки текущего местоположения.
— Будем расходиться отсюда, где стоит машина Землероя. Она так и будет светить нам фарами, поэтому не теряйте из виду огни. Каждый из нас будет прочесывать свой «конус».
— Каждому по куску пирога, — нервно улыбнулся Землерой, но окружающим было не до шуток.
— Пирог или конус — мне все равно, как вы будете называть свои участки, — раздраженно продолжил Браун. — Левый берет Ко. Будешь идти отсюда, постепенно захватывая все больше и больше места. Параллельно с Ко будет идти Землерой. Затем я и справа — Джокко. У всех будут фонарики на лбу, так что мы сможем ориентироваться на свет друг от друга. Не забывайте также про рации. Если увидите что-то подозрительное, тут же связывайтесь со мной.
— Никада не биля в лису, — с тревогой выдохнула Ко, опустив взгляд на собственные ботинки с высокими голенищами.
— Здесь никого, кроме нас, — Франк указал на непорочную снежную гладь. — Никто, кроме нас, не будет оставлять следы. Если почувствуете, что заблудились — ступайте обратно по своим же отметинам. Всем понятно, что делать?
Ко и Землерой закивали почти синхронно.
Группа товарищей сфотографировала на телефоны изображение области поисков с экрана ноутбука, а также изображение Роберта с ориентировки. На всякий случай.
Вскоре снег между тесно растущими деревьями запестрел множеством глубоких следов. Ребята каждый шаг делали на свой страх и риск, проваливаясь то по колено, а то и по бедро. Джокко повезло больше всех: его участок оказался мелким и глубже, чем по голень, ноги полного юноши не погружались.
Компания договорилась выставить настройки металлоискателей на максимальную чувствительность. Вряд ли в этом богами забытом месте кто-нибудь терял монетки или выбрасывал мелкий мусор, поэтому каждый сигнал обретал особую ценность, его ждали, как чудо.
Под сцепленными ветвями крон ветер терял свою силу. Остаточные студеные порывы беспощадно разбивались о стволы временно мертвых деревьев. Но он выл, свистел, угрожал незваным гостям «старой земли», караулил их на выходе из рощи.
Джокко неистово потел. Нет, ему не было жарко — он с трудом подавлял приступ панической атаки, подползающей к горлу рвотным позывом. Прежде парень никому не рассказывал о том, как боится остаться в темноте один. Да, где-то вдалеке мелькали крохотные огоньки налобных фонариков, в кармане лежала рация, и можно было в любой момент связаться с кем угодно из группы, но даже это утешение таяло во тьме зловещей старинной чащи.
Парень водил металлоискателем над снегом, то и дело, меняя хват на рукоятке из-за постоянно влажнеющих в перчатках рук. Снег монотонно хрустел под его ногами, и это был единственный громкий звук в ближайшей округе. Но вдруг неподалеку нечто темное метнулось от одного дерева к другому. Джокко замер. Онемение расползлось по мышцам его конечностей и спустилось к нижней части живота, пока сердце заскакало в попытке пробить грудную клетку, чтобы точно так же ускакать прочь.
Парень сощурил нездорово блестящие карие глаза в попытке разглядеть что-нибудь в луче света от фонаря, но ничего подозрительного не заметил.
Хруст ветки с другой стороны заставил юношу подскочить на месте и замахнуться металлоискателем, словно битой. Джокко задышал чаще. Он боялся всей своей сутью, но был готов обороняться. В конце концов, его работа вынудила воспитать в себе силу воли и некоторые боевитые черты в характере.
Крупные капли пота сорвались из-под шапки и застряли в бровях, вызвав зуд. Нервно утерев лицо одной рукой, Джокко бдительным хищником воззрился в сторону шума, но снова ничего не обнаружил.
«Это какой-то зверь, — предположил он, чтобы себя успокоить. — Ну а кто же еще? Таких же отчаянных идиотов, решивших тут прогуляться, больше не сыщешь».
Путь пролегал глубже и глубже. Огибать густые кустарники и подрост становилось все труднее. Колючки и ветки цепляли белый пуховик юноши, оставляя царапины и затяжки.
Запутавшись в одном из таких диких кустарников, Джокко не выдержал и потерял самообладание. Он грубо схватил тонкие разросшиеся ветки и изо всех сил рванул в сторону. Острая боль тут же пронзила ему пальцы, но парень лишь злостно скрипнул зубами. Ну конечно же он напоролся на шипы. Да так, что синтепон полез из свежей рваной щели.
Попятившись прочь от агрессивного растения, что так и норовило обмотать ветвями с ног до головы, Джокко сделал шаг назад и понял, что более не чувствует подошвой земли. Вернуться в исходное положение было уже невозможно, и юноша полетел в белоснежный плен. Только вот снег был не плотным, он легко пропустил сквозь себя мчащегося по склону оврага упитанного паренька.
Испуганный, исцарапанный и, теперь еще, грязный Джокко очутился на дне подло спрятанного зимой оврага. Под животом и ладонями захрустел лед мелкого ручейка.