Неуправляемый мужчина (ЛП)

Самое приятное в этих двух днях было то, что после того, как Тэк умчался на своем байке после наших выяснений, я видела его только дважды. В первый раз он буквально ревел, когда я уже уезжала в первый же рабочий день. А второй раз он стоял, уперев руки в бока, у черного хода магазина автозапчастей и разговаривал с двумя другими готовыми с ним к бою байкерами. Он стоял ко мне спиной, разговор у них получался невеселый. У меня в сумочке лежал список, и я отправлялась за ланчем для Элоизы, механиков и для себя, поэтому не обратила на него никакого внимания. Когда я вернулась, Тэка с двумя суровыми байкерами не обнаружила на том же месте, он не появлялся до моего отъезда.
Сегодня был мой третий день, первый без Элоизы, но с Тэком. Я поняла, что он находился на территории компаунд-парка, когда подъезжала без десяти восемь, и заметила, что одна из больших дверей гаража была открыта, он склонился над двигателем ярко-вишневого автомобиля. Тэк повернул голову, взглянув на меня, как только я это увидела, тут же старательно стала избегать встречаться с ним глазами, пока парковалась. Я так же старательно выбросила его из головы, когда схватила коробку пончиков, которую принесла механикам, вышла из машины, отперла офис, включила свет и компьютер, а затем начала готовить кофе.
Через сорок пять минут стали приходить парни. Я слышала, как они разговаривали, некоторые заходили выпить кофе и съесть пончик. Я сидела за столом, потягивая кофе, уставившись на заказ запчастей, собирая его в компьютере, совершенно не понимая, что означают все эти штуковины, черт возьми, а также ужасные неразборчивые слова, нацарапанные на клочке бумаги и внешне похожие на санскрит, как дверь, ведущая в гараж, вдруг открылась.
Я посмотрела на дверь, губы стали складываться в улыбку до того, как увидела Тэка, а не одного механика.
Улыбка застыла. Затем взгляд вернулся к экрану компьютера.
Я попыталась сделать вид, что Тэка нет со мной в комнате, но мне это не удалось. Я точно знала, что он здесь, поскольку остановился напротив моего стола, хотя я старательно избегала на него смотреть.
— Кажется, я говорил тебе об одежде, Рыжая, — проворчал он.
Я не отрывала глаз от экрана компьютера, сделала глоток кофе, продолжая щелкать мышкой.
— У вас нет руководства для сотрудников, — сообщила я экрану компьютера.
— Повтори, — потребовал он.
Я подняла на него глаза.
Черт, он был великолепен. В еще одной белой футболке, обтягивающей грудь, с широкими плечами и накаченным прессом. Эта футболка была заляпана мазутом. Его руки тоже были измазаны мазутом, хотя в руках он держал грязную тряпку. Он пытался оттереть руки, и, судя по всему, как и все механики вытирал одной и той же тряпкой уже десять тысяч раз, не стирая.
Я мысленно отметила себе, поискать в интернете, как нужно стирать тряпки с мазутом, потом повторила:
— У вас нет руководства для сотрудников.
— И что? — Спросил Тэк, уперев руки с грязной тряпкой в бедра, обтянутые выцветшими джинсами.
— У вас нет официального дресс-кода. Поэтому я могу носить все, что захочу. И я серьезно отношусь к своей работе, поэтому ношу деловую одежду.
Так и было. Еще одна юбка-карандаш, на этот раз цвета слоновой кости. Милая бледно-розовая блузка с едва заметными рукавами и вытачками на животе. И бледно-розовые босоножки на шпильках, которые я считала потрясающими. Настолько потрясающими, что купила блузку, еще одну юбку и пару слаксов к ним, потому что так полюбила эти туфли.
— Детка, это же гараж. Ты же не одеваешь первоклассное дерьмо в гараж. Ты одеваешь джинсы.
Я отодвинулась от компьютера и повернулась к нему в кресле, откинув голову назад.
— Ты хочешь, чтобы я составила Руководство для сотрудников, включающее дресс-код? — Спросила я.
— Да, Рыжая, хочу, — ответил Тэк.
— Конечно, — кивнула я. — И когда я должна его сделать?
— К концу сегодняшнего рабочего дня.
Я моргнула и сказала:
— Это невозможно. Со всем остальным, что мне нужно еще сделать, это займет неделю. Может две.
 
— У тебя есть время до конца дня. И мне нужно, чтобы все детали были заказаны, и я хочу просмотреть заказ, прежде чем ты его отправишь.
О боже. Я начала по-настоящему паниковать. Я работала над заказом и не хотела его испортить. Поскольку положение было мое шатким, и я многого еще не знала, поэтому была уверена, что все испорчу.
— Будет готов через час, — сказала я ему, вероятно, глупо, так как было очень сомнительно, что я смогу выучить санскрит за час, так же как узнать о машинах и байках.
— У тебя нет часа. Я ухожу через тридцать минут. У тебя есть тридцать минут, — ответил он.
Черт возьми!
— Отлично, — отрезала я.
Он хмуро посмотрел на меня, потом развернулся, остановившись как вкопанный.
— Черт, — пробормотал он и опять повернулся ко мне. — Ты принесла пончики?
— Да, — ответила я.
— Зачем?
— А почему бы и нет?
— «Почему бы и нет» — не ответ на мой вопрос «Зачем?», Рыжая, — ответил Тэк, снова поворачиваясь ко мне всем телом.
— Парням нравятся пончики, — ответила я ему.
— Ну и что?
— Я покупаю пончики для своих коллег. Так поступают хорошие люди. Я хороший человек.
— Ты собираешься умаслить их задницы и сделать их похожими на тебя. Не спей приносить пончики, поняла?
Чёрт побери. Что было с этим парнем?
— Я хотела сделать что-то приятное, — констатировала я очевидное, успокаивая саму себя.
— Ага, сделала. Больше так не делай, — ответил он.
— Это же просто пончики, Тэк.
— Больше так не делай, Рыжая.
Я сердито посмотрела на него и спросила:
— Ты такой большой придурок только со мной или со всеми?
Он сунул тряпку в задний карман и, скрестил руки на груди, сказав:
— Послушай, дорогая, я же говорил, что не хочу, чтобы ты здесь работала. Поэтому нечего удивляться, что я веду себя с тобой как придурок, потому что я не передумал насчет своего решения. Я не хочу, чтобы ты здесь работала.
Я уставилась на него. Затем подумала о заказе запчастей для автомобилей и мотоциклов, понятия не имея, как его выполнить. Я чувствовала, что моя попытка сделать этот заказ, совершенно ничего не понимая, вероятно, разозлит его еще больше и даст повод меня уволить. Потом я подумала, что переспала с ним, думая, что это было нечто особенное, что-то прекрасное, а оказалось совсем не так. Затем подумала о том, что он не хотел, чтобы я здесь находилась, так почему же я так упиралась, желая здесь работать? Он мне совсем не нравился. Он был придурком. И тот факт, что я спала с ним, меня огорчал. Мысль о том, что придется изо дня в день иметь с ним дело, не вызывала у меня восторга. Конечно, мне нравились некоторые парни в гараже, и когда они приходили, мы болтали с ними по-дружески, но у меня ни с одним из них не было отношений.
Так что же, черт возьми, я здесь делаю?
— Отлично, — заявила я и снова посмотрела на экран компьютера.
— Что? — Спросил Тэк.
— Отлично, — повторила я, обращаясь к экрану компьютера, продолжив объяснять монитору: — У Элоизы не хватило времени всему меня научить. Я не знаю, что мне делать. Ты поймешь это за тридцать минут. Я тебе не нравлюсь. Ты мне тоже не нравишься, — я мельком взглянула на него, — так что согласна. Я отработаю этот день, и ты меня больше не увидишь.
Брови Тэка поползли вверх.
— Ты дважды наседала на меня, чтобы получить эту работу, а сейчас так просто сдалась?
— Я не собираюсь работать в месте, где не могу есть пончики, — сообщила я ему, снова посмотрев на экран компьютера, застучав по клавишам. — Ты переступил черту. Так что, да, все просто.
Затем я сделала еще один глоток кофе.
— Я думал, тебе нужна эта работа, — сказал Тэк.
— Я найду другую, где смогу носить свои сказочные розовые босоножки, не выслушивая всякое дерьмо от раздражающих, пугающих байкеров.
— Ты наседала на меня и говорила, что тебе необходима эта работа, а сейчас сдалась, потому что не можешь носить туфли сексуальной цыпочки и есть пончики?!