"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Заносите, — коротко бросил он и пошел в сторону крыльца дома.
Мы посеменили следом. Из просторной гостиной мы по относительно узкому коридору, стараясь не зацепить висящие на стенах картины, проследовали за ним. Коридор привел в рабочий кабинет. Стены украшали полки с фолиантами, портреты целителей старых времён и регалиями нашего спасителя. У дальней стены стоял рабочий стол, обтянутый по старинке зеленым сукном. В центре был большой стол, немного напоминавший операционный. Над ним свисало целых три лампы, как над бильярдным столом.
— Кладите его сюда, — Юрий Алексеевич указал на операционный стол. — Без носилок, разумеется.
Мы втроем аккуратно подхватили Антона и уложили на стол, головной конец которого хозяин дома приподнял, наступив на педаль у его основания. Раненый застонал, но похоже изо всех сил применял свои далекие от совершенства методики самоисцеления, поэтому держался молодцом.
— Сядьте туда и не вмешивайтесь, даже если очень захочется, — строго сказал хозяин дома, указав нам на ряд резных стульев справа от рабочего стола.
Мы молча заняли предложенные места и неотрывно наблюдали за его манипуляциями. Целитель расстегнул на Антоне пиджак и рубаху, внимательно осмотрел установленный мной дренаж. Он что-то бормотал себе под нос и я не мог понять, он ругается или наоборот восхищается.
  
Глава 16
 
— И кто научил тебя такому разумению? — лекарь обернулся и посмотрел на меня поверх пенсне.
— У моего отца была большая библиотека, — начал я, думая о том что же говорить дальше, чтобы войти в доверие и не наговорить лишнего. Если в этом мире сохранились все княжеские рода и великие династии, то стоит упомянуть и о великих медиках прошлого и позапрошлого столетия. — Я нашел много старых книг среди которых были труды Пирогова, Склифосовского и Валентина Феликсовича, вашего дедушки.
— Ты читал «очерки гнойной хирургии»? — лицо старика вытянулось словно я узнал его семейный секрет или великую тайну. — Так понимаю, ты увлекался медициной гораздо больше, чем многие известные мне целители. Тогда почему пошёл в академию службы государевой безопасности, чьи гербы я вижу на лацканах ваших пиджаков, а не поступил учиться на лекаря в институт Склифосовского?
— Хотел, — обсуждение этой темы было мне неприятно. Я уставился в пол, рассматривая доски паркета. — Но оказалось что у меня совершенно нет никаких предрасположенностей к развитию этих навыков и недавно я в этом убедился. Когда меня тестировали после достижения первой ступени, выяснилось что на лекарских способностях я должен поставить крест. Современная медицина с помощью магии для меня недоступна, поэтому приходится довольствоваться тем, что я вычитал в этих старинных трудах.
— Искренне сочувствую, — сказал старик и покачал головой. — Но ты хотя бы это не бросай и развивай свои способности. При твоей работе это пригодится.
Юрий Алексеевич повернулся к постанывающему Антону. Старик провёл рукой перед его лицом и Антон успокоился, закрыл глаза, задышал глубоко и ровно. Затем его руки остановились над грудной клеткой парня. Может быть мне показалось, но от ладоней исходило голубое свечение. Я услышал странный хруст и треск, потом тихое шипение. Трубка была извлечена из раны между рёбрами, прямо под ладонью края раны начали затягиваться и вскоре там оказался свежий рубец. На всю процедуру ушло не более пяти минут.
Юрий Алексеевич снова провёл рукой над лицом Антона, и он открыл глаза. Первым делом он ощупал свои рёбра и глубоко вдохнул. Когда понял, что дышится легко и ничего не болит, он улыбнулся до ушей и попытался встать. Целитель рукой остановил его.
— Не торопись. Я заживил твои раны и переломы, но надо ещё немного полежать, чтобы восстановиться полностью, — сказал легендарный потомок великого врачевателя и обратился к нам. — Посидите пока здесь с ним и проследите, чтобы он не рыпался. Я пока распоряжусь, чтобы приготовили ужин с расчётом на гостей.
— Что Вы, Юрий Алексеевич, — покачал я головой. — Не надо, не удобно как-то. Антон восстановится и мы уедем.
  
— Стоп! — сурово ответил он. — Даже не пытайся со мной спорить. Сегодня вы мои гости и я с большими удовольствием предоставлю вам ночлег. Утром поедете в свою Москву, в этот гудящий и вопящий муравейник.
Я хотел возразить, но он прижал палец к губам и покачал головой.
— После ужина я хотел поговорить с тобой тет-а-тет. Для твоей же пользы.
— Хорошо, — ответил я, а сам не знал, радоваться мне или переживать по поводу его интереса.
Старик вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Слава Богу не на ключ, значит доверял. Я первый встал со своего места и подошёл к Антону. Он выглядел совершенно здоровым. Нормальный цвет лица, спокойное дыхание.
— Как себя чувствуешь? — решил я всё-таки поинтересоваться.
— Да вроде нормально, ничего не болит. Я так понимаю, мы добили вторую ступень?
— Правильно понимаешь, — хмыкнул я. — Предлагаю завтра утром поехать не в Москву, а в учебку в Семеновском. Мне же обещали поддержку в развитии навыков, думаю и вам не откажут.
— Да можно, — ответил он после недолгого раздумья. — У нас есть несколько дней до начала учебного года. Если ребята не против.
Я обернулся в сторону Кэт и Андрея. Оказывается они уже стояли рядом со мной. Андрей с удовольствием продемонстрировал большой палец, Кэт испытующе посмотрела на всех по очереди, махнула рукой и согласилась. В этот момент дверь в кабинет открылась и заглянул хозяин особняка.
— Молодые люди, пройдем в столовую. Пока готовится ужин, мы можем употребить аперитив и поболтать. Да, да, и ты, мой пациент, тоже присоединяйся, уже можно.
Антоха спрыгнул со стола с таким удовольствием, словно только и ждал, когда разрешат. Мы вереницей последовали за хозяином. Столовая находилась здесь же, на первом этаже, рядом с гостиной. Длинный, накрытый белоснежной скатертью стол, мог бы уместить десятка полтора гостей. Нас было шестеро, к компании присоединилась супруга учёного. Несмотря на преклонный возраст, она была на высоте. Строгое закрытое платье и величественная осанка. Прям королева, не меньше.
— Добрый вечер, — голос был бархатистый, грудной и чувствительно более молодой, чем его обладательница. — Меня зовут Клавдия Тимофеевна. Я лучший друг и соратник Юрия Алексеевича и по совместительству жена. Хотя в последнем не уверена, его главная жена — медицина.
— Ну хватит тебе уже, Клава! — засмущался учёный. — Ты моя главная, любимая и единственная жена! Не говори глупостей при гостях.
— А это не глупости, Юрочка, — сказала она и грустно улыбнулась. — Науке ты уделяешь гораздо больше времени, чем мне. И это несмотря на то, что ты на пенсии и отошёл от дел. Так что я просто констатирую факты.
— Ну, будет тебе, ты преувеличиваешь, — проговорил он и погладил супругу по плечу и указал на меня. — Я хочу рассказать тебе про молодого человека, который изучил труды основателей хирургии, в том числе работы моего деда.
— Вы читали «очерки гнойной хирургии»? — искренне удивилась Клавдия Тимофеевна, склонившись над столом в мою сторону. — Но где вы нашли сию достойнейшую книгу? С появлением магии в нашей жизни она стала непопулярна и большая часть экземпляров считается утраченной.
— Да, я читал, — ответил я. — Разумеется, там многое устарело и потеряло смысл в свете современных познаний, но я считаю, чтобы стать настоящим врачевателем, жизненно необходимо ознакомиться с этой нетленной рукописью.
— У вас большое будущее, Паша. Надеюсь вы не возражаете, что я буду называть вас по имени?
— Что вы, конечно не возражаю. Только вряд ли меня ожидает большое будущее на этом поприще, как бы я ни старался. На моих способностях к целительству стоит блок, который я не могу обойти. Зато передо мной открылся путь воина. Говорят, что у меня в этом плане очень радужные перспективы.
Я замолк и пожал плечами.
— Да как же так? — лицо пожилой дамы резко посерьёзнело, она нахмурилась и задумалась. — Воин это замечательно, но неужели ничего нельзя сделать на пути к врачеванию?