"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Заметив дорогую машину и наши костюмы, машину тут же окружили гостиничные носильщики в несуразной роскошной форме, чтобы выгружать и нести вещи. Среди чемоданов была одна клетчатая китайская сумка, в которую жена Лёни завернула мужу в дорогу всякой домашней вкуснятины. Там и соленья, и сало, и много чего ещё, без чего Лёня не мог прожить даже в короткой командировке. Он даже пошёл следом, глядя, чтобы щуплый паренёк, схвативший сумку, ничего не расколотил.
Павел Андреевич и его помощник с нами распрощались, пообещав заехать к шести вечера. Лимузин забрали, но оставили рядом чёрный Мерседес, если понадобится куда-то съездить, и охранника внутри. Он сразу спросил, понадобится ли в ближайшее время, и услышав, что нет, приступил к чтению газеты. На главной полосе большими буквами писали про ядерные испытания в Пакистане.
Для нас из-за разницы во времени был вечер, но в Петербурге ещё день, время обеденное. Пока оформлялись, некоторые из нас уже начали зевать. Но молодым хотелось впечатлений.
— Макся, — чему-то смутившийся Кирилл дёрнул меня за рукав пиджака. — А чё, можно погулять?
На шею он повесил сразу два фотоаппарата, Палароид и Кодак. Уж если снимать, то по полной, а плёнкой он закупился с запасом.
— А я бы сходил похавать, — Женя зевнул. — Пока соберёмся, пока то да сё, чё там в номере сидеть? К шести вернусь, а потом с Волком уеду.
— И вечером можно сходить? — Кирилл чуть не пританцовывал от нетерпения, глядя на стеклянные двери гостиницы и город за ними.
— Можно, — я кивнул. — Но в девять вечера чтобы как штык был в номере. Ты там деду обещал готовиться к экзаменам, помнишь? Он тебя с таким условием и отпустил.
— Да, — Кирилл закивал и шепнул мне на ухо: — Деда мне целую тысячу из пенсии дал, прикинь?
— За раз всё не трать.
Занудствовать я не хотел, брат впервые оказался в большом городе, хочется всё посмотреть, тут уж не до учебников. Да и парень неглупый, всё сдаст. Ну а и из-за разницы во времени скоро ему всё равно захочется спать, знаю по себе, так что долго бродить он не будет.
— Завтра тоже погулять можешь, потом с тобой съездим в пару универов, время найду. Ну а сейчас… одного вот только тебя не хочу отпускать.
— Да мы тут, Волк, пошаримся с ним вместе, — Слава проводил взглядом блондинку с зонтиком, идущую мимо. — Так, по окрестностям, чё тут есть, глянем. Да и вечером походим. Не хочу я в эти рестораны идти, на рожи их смотреть. А если чё, проблемы будут, зови.
Ну, хоть у Славы и есть талант тоже влипать в неприятности, но он никогда никого не задевает первым, его слушается Кирилл, да и при случае, уж кто-кто, а Слава за себя и остальных постоять может.
— Ладно, — я кивнул. — Побродите. Тут красиво.
— Деваху себе присмотри местную, Кирюх, кхе! — со смехом добавил Женя.
— У него же есть, — задумчиво сказал Слава.
— Ну так Волк-старший с одной всю жизнь так и будет, — Женя засмеялся. — А вот младший любит всех вместе и каждую по отдельности, знаю я его, — он похлопал смутившегося Кирилла по плечу. — Я тоже с вами ненадолго выйду перед встречей.
— А ты, Кирюх, — Лёня усмехнулся. — Смотри, чтобы эти два кадра никуда не влезли. Знаю я их. Только оставь их вдвоём, а потом: «Автомат нам верните», — он громко засмеялся.
— Вот и решили, — я кивнул. — Пейджеры вам дали, телефоны-автоматы тут повсюду, мой сотовый все знаете. Пока гуляйте, а вечером поедем на встречу. Машину вам дадут, если нужно. А пушки пусть будут у Дениса.
Обсудив всё это, Женя, Слава и Кирилл вышли в город. Лёня пошёл в номер подремать, со мной остался Денис Машуков, держа в руке металлический кейс, который он не доверил носильщикам.
— А сложности будут, Макс? — спросил он, поднимаясь вместе со мной на этаж.
— В нашем деле они всегда могут быть, сам знаешь, — сказал я. — И старикан чего-то недоговаривает. На словах всё отлично, но вид у него настороженный.
Машуков кивнул.
— Хорошо, что ты заметил.
С марта, когда нашими силами пришлось задерживать людей Исы и бороться с Черепом, много чего произошло. Но всё удавалось разрешить без стрельбы, угроз, компромата, только разговорами.
  
Большой криминальной войны в городе удалось избежать, местные банды, даже пивзавод, поняли, что мы им теперь точно не по зубам, а Ремезов, переживший и покушение, и интриги своих московских коллег, немало поднялся в области и получил влияние.
Полковник не загордился, не забыл, благодаря кому остался жив и на работе, да и наша помощь с арестом груза не прошла незамеченной, как и разборка с людьми Исы. Часть своего влияния Ремезов использовал, чтобы помочь нам отбиться от РУОП, налоговой и прочих местных органов власти, а с бандитами мы успешно говорили и сами.
Так что пока мы работали спокойно и готовили комбинат.
Но уже первого июня цеха начинали свою работу. Пусть и в ограниченном режиме, для выхода на полную мощность потребуется несколько лет, но трубы завода уже скоро начнут чадить. И этот дым заметят те, кто пока не лез на комбинат, ожидая начало работы.
Мне много чего надо было обсудить с питерскими. В основном с Белоглазовым, с ним надо решить вопросы о выделении дополнительного транспорта на север области, новую охрану для завода. Но ещё был и разговор с Вишневскими насчёт пары важных вещей.
— А с Вишневскими поговоришь? — напомнил Денис, когда мы зашли с ним в лифт. — Насчёт тех америкосов? Нельзя им верить, давно это знаю.
Он поморщился. Капитан Машуков — ветеран Афганистана и Чечни, американцев очень не любил, постоянно припоминал их оружие в руках душманов и чеченских сепаратистов. У него даже был трофейный Ка-Бар, нож американских морпехов, а ещё военный рюкзак, захваченный во время операции, его он всегда брал для вылазок на природу.
И вот, несколько американцев, солидно выглядящих бизнесменов, недавно приезжали на завод на севере области и к нам на комбинат. Они готовы были предоставить инвестиции на 100 миллионов долларов, но на короткий срок.
И в то же время какой-то мутный банк, связанный с американской фирмой, предлагал кредит на такую сумму. В обоих случаях именно в долларах, то есть в у.е., а не по курсу в рублях.
Сумма большая, но я-то знал, что после августа эта сумма станет намного больше, и Вишневские этот комбинат могут просто-напросто потерять, не сумев выплатить всё в срок. Но оба брата не знали и не могли знать, что будет в августе. Будь кредит в рублях, было бы проще.
Зато этим моим знанием про август можно и нужно было воспользоваться. Про это я не забывал и готовился, раз уж вышла передышка. Заветная дата всё ближе, а у меня всё же пока оставалась возможность прямого разговора с Вишневскими благодаря акциям, которыми я владел.
Будь я в прошлой жизни не железнодорожником, а экономистом, было бы проще. Зато в этой у меня было множество знакомств, которых не было тогда.
Так что я готовился, просматривая разные варианты, как нам пережить то время. А их было много…
— Насчёт них, да, и не только, — сказал я. — Нам нужно работать вдолгую, Денис, а не просто срубить денег на контракте. Комбинат будет работать.
— Да, — он только пожал плечами. — Тут уж ты думай, у тебя хорошо получается.
В номере я помылся, немного полежал на мягкой кровати, посмотрел в окно на реку и серое небо, созвонился с Тамарой, потом оделся и вышел. До встречи ещё было полно времени, но мне хотелось пройтись и подумать.
Своих я встретил у реки недалеко от гостиницы. Женя прислонился к оградке набережной, поедая мороженое в вафельном стаканчике, Слава смотрел через реку на большой храм, держа в руках шаверму, а Кирилл перебирал готовые фотографии из Полароида.
— А он же реально чукча, — рассказывал Женя. — Письмо недавно пришло, он с ним фотки вложил. В чуме там сидел, на моржей охотится, на китов. Написал ему, к нам позвал, чё ему там на Чукотке жопу морозить. Ну чё, Волк, поспал?
— Нет, — я встал рядом с ним. — О чём разговариваете?
Мимо прошла толпа молодёжи, которых в наших краях в то время почти и не было. Все в кожанках со стальными набивками, у одного солидных размеров панковский гребень зелёного цвета, у другого — пирсинг на лице. Женя так удивился их внешнему виду, что даже ненадолго отвлёкся от мороженого.