"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
Сначала от рук отбился Лука, который связался с блатными и остатками богатовских, а Гоша ничего не смог с этим сделать. Можно сказать, он и допустил это, ведь Эдик туда полез с его ведома. Старый вор играл в свои игры.
Потом, когда Луку грохнули пивзаводские, ничего не поменялось, зато всем стало понятно, что Гоша рынком больше не владеет. А потом и вообще, они собрались и уничтожили эту новую бригаду, но ничего это не дало. Приехал смотрящий и всё разрулил. Разделил всё так, чтобы не было разборок.
И теперь на рынке было целых три группировки, а не одна, как раньше. Братва мясокомбината была недовольна, что Гоша уступил с этим. Говорили между собой, что могли удержать этот рынок сами без помощи смотрящего, смогли бы додавить Эдика и блатных, и не пустить туда пивзавод.
И говорили об этом всё громче и громче, с каждым днём. Черепу постоянно приходилось вмешиваться, напоминать, что Гоша продумывает всё, и это наверняка тоже его хитрая выдумка. Это слушали все, ну а Череп вспоминал предостережение Захара. Понимал, что Гоше очень не нравилось, когда братва слушала Черепа, а не его самого.
Хотя Гоша вида не подавал, наоборот, говорил, что благодарен за помощь. Хитрил он, а когда Гоша хитрит, ничем хорошим это не закончится. Наверняка боится, что Череп позовёт всех за собой. И что кто-то может за ним пойти. Не зря же Захар говорил об этом перед смертью.
Дома у Гоши оказался неприятный гость. Ворон, который какими-то невероятными ухищрениями встречался с лидером мясокомбинатовских так, что об этом не знал даже Душман, отчитывался перед Гошей.
Приезжал он часто, хоть и тайно. Однажды Ворон перейдёт в мясокомбинат, как и Фрол в своё время. Череп догадывался, что у Гоши наверняка есть какой-то компромат на бригадира пивзавода, так что его визиты Ворона не удивляли.
Только в этот раз Череп решил не заходить сразу, а послушал перед дверью. Охранники удивились, но ничего не сказали. Даже дома у Гоши Черепа слушают лучше, чем хозяина. И Гоша явно будет с этим что-то делать, ему такой влиятельный подопечный не нужен.
— Ну и нарвался он, — Ворон, похоже, уже заканчивал. — Цыган наехал на этих охранников, сдал их мусорам, а потом поехали на комбинат с грузом. Думал, что не помешают, и спокойно всё перевезут, весь состав.
— И чё дальше? — спросил Гоша.
— Этот Волков связался со своими знакомыми среди гэбэшников, те и подтянулись на стрелку. Захар успел свалить, ну а чекисты давай груз трясти, и нашли какие-то чемоданы.
— Какие?
— Никто не знает. Говорят, Захар продавал китайцам чертежи какой-то ракеты, или хрен пойми что ещё, — Ворон закурил. — В общем, чекисты явно дали понять, что вот именно это тащить нельзя, и очень жёстко это показали, никто даже не ожидал. Вот Захара и слили свои же. Чтобы отмазаться, будто с ним не связаны. Сам знаешь, кто его кокнул.
— Мутное дело, — медленно произнёс Гоша. — А что Цыган? Куда он делся?
— Неизвестно. Крюков думает, что он на мусоров работал, а те его вытащили. Но про это помалкивают, — Ворон откашлялся. — А то все же говорили, что мент всегда ментом остаётся. Так и вышло, а Крюков не слушал. Сейчас и на Душмана косятся, он тоже мент, сидел на красной зоне.
— Он не мент, — возразил Гоша. — И не сидел. Я пробивал его, он чекист бывший, с позором уволили ещё при Андропове.
Ворон не ответил. Череп слышал и другие версии про Душмана, но откуда взялся он, никто, кроме него самого, не знает. Наконец, Ворон вышел из кабинета, холодно посмотрев на Черепа, и спустился вниз, в бар, но не уехал.
Череп вошёл в кабинет Гоши и уселся в кресло. Если что, в кобуре на лодыжке спрятан маленький пистолет, на всякий случай, если прикажут убрать. Но сегодня был только разговор.
— Гриша, слушай, — Гоша медленно повернулся к Черепу. — Ворон пробил про ЧОП тот, Волковский который. Не по понятиям они там делают, предъявить им надо.
Череп удивился, а Гоша продолжал:
— Тогда пацанов в ментовку сдали, Кабана и Димона, помнишь? Братву из читинского района на днях руоповцам передали. Их менты сколько раз отмазывали? И за Богатова, и за остальных, хотя ловили со стволами. Надо разбираться с этим, пока не стало поздно.
— А что разбираться?
— Территория там наша, — заявил Гоша, закуривая сигару. — А они там работают, нам не платят. И за комбинат пробить надо, говорят, там крутятся большие бабки, пусть долю нам выделяют. Съезди к ним, Гриша, спроси за косяки эти, и пусть за крышу платят, если в посадки не хотят уехать.
Если бы Гоша вдруг вскочил и выпрыгнул в окно, Череп удивился бы меньше. Гоша использовал понятия, только когда ему было это выгодно, на самом деле ему всегда было на них плевать. На заре 90-х, когда мясокомбинат просто кишел бывшими зэками, Гоша это демонстрировал, уничтожая своих врагов без всяких понятий. Какое-то время его даже называли беспредельщиком и отморозком, пока он не подчинил себе группировку и не избавился от всех, кто был против него.
А теперь говорит про понятия? Человек, который пьёт с мэром и начальником городской милиции, который лично знает зама руководителя РУОП в области, и который всегда говорил, что эту блатную пену надо душить, иначе охренеют?
Гоша хитро усмехнулся, будто читал мысли.
— Ты же сам всё понимаешь, Гриша, — он налил Черепу коньяк. — Братва волнуется, надо их немного отвлечь чем-нибудь другим. Вот и наедем на этих недомусорков, долю с дела получим, пацаны тогда успокоятся. И по понятиям предъявили, и крышу поставили, а то эти лохи там совсем охренели, корчат из себя крутых со своими пестиками. Пора спустить их с неба на землю.
— Понял, — глухо сказал Череп, смотря на шефа.
— Вот и займись, — Гоша поднял рюмку, будто пил за его здоровье. — Потом отметим и будем думать, как бани делить, которые у Луки были. Думаю, тебе их отдам. Ты же правильный, авторитетный, прямой, не хитришь, за что тебя все и уважают, Гриша. Продолжай в том же духе.
* * *Когда Череп вышел, вернулся Ворон. Гоша уселся в кресло, сложив толстые руки перед собой, и внимательно посмотрел на гостя.
— Значит, Волков корешится со Студентом?
— Так говорят.
— Тогда, короче, передай Студенту, что слышал от своих, будто Череп хочет сам по беспределу наехать на комбинат без моего ведома. Студент Волкову скажет, а тот своих знакомых комитетских подтянет, ну а я тут шепну кое-куда, чтобы наверняка всё было. Ну а ты сделаешь всё, как надо, получишь, что договаривались. И точки его, и всё остальное.
— А если братва твоя возмутится? — спросил Ворон. — Я-то же пришлый, и зону топтал, а у тебя из бригадиров никто там не был. Пока слушать начнут…
— Как скажу, так и будет, — отрезал Гоша жёстким голосом. — Мне надёжные люди нужны. Ну а как решим с Крюковым, они все там сами ко мне побегут, упрашивать будут, чтобы взял, как и тебя. Ты, главное, меня слушай, и не пропадёшь. Как с этим делом решим, занимаемся дальше. И ты думай поменьше, я же за вас всех думаю. Жаль только, что Гриша про это забыл. Ну, что поделать, надо так. Глупый он, но навредить нашему делу может.
— Опасный, — Ворон кивнул.
А Череп, когда уселся в машину, по привычке проверил заднее сидение, что никто там не спрятался. Потом сел впереди, выдохнул и поправил зеркало заднего вида, чтобы посмотреть сам на себя.
— Череп правильный, Череп прямой, — со злостью произнёс он, копируя интонации Гоши. — Череп тупой… так же думаешь, падла? Вот и думай дальше. Слить меня хочешь гэбэшникам или ментам? Ну нет, не дождёшься.
Глава 13
В своё время я намучился с этим, ещё в локомотивном депо. Мужики там пили постоянно. Только отвернёшься, и уже набухались, а потом прячутся от начальства по тепловозам и всяким закуткам. Дело такое, с опасными последствиями, что здесь, что там.
На железке спьяну легко было оступиться в работающем дизельном помещении или поскользнуться на масле, да и без этого поджидала куча опасностей. Мне ли, погибшему в первой жизни от плохо закреплённой колёсной пары об этом не знать.