Тайное царство секты Бай Хе (СИ)
—Я подарю тебе сказочное богатство, — на этот раз голос, похожий на шелест ветра, казался несколько обескураженным. Ну что тут можно сказать? То, что я планирую просить духовных камней у деда, не значит, что моя казна скудна, это значит, что я не хочу ее делать таковой. Богатство — это, конечно, хорошо, однако путь культиватора в целом, и путь меча в частности, учит презирать мирское. Хотя презирать мирское с полным кошелем проще, чем без него.
Я в очередной раз отмахнулась от голоса и сосредоточилась на дыхании. Вдох-выдох, вдох-выдох. Голос стал тише и в какой-то момент исчез совсем. Вот сразу бы так. Не люблю, когда в моей голове кто-то лишний обитает, мне и себя порой много.
Я проснулась неожиданно посреди ночи. Раскаты грома сотрясали небо. Кто-то прорвался или просто испортилась погода? Тяжелые капли дождя, ударившись о крышу, дали ответ на вопрос. Я открыла окно, впуская в спальню холодный, влажный воздух. Сон, оставивший неприятное послевкусие, рассеивался, стирался из памяти. Наблюдение за дождем, в конце концов, тоже своеобразная медитация.
Глава 4
День выдался хмурый и пасмурный. Ночной дождь затих, оставив после себя тяжелое серое небо, давящее не хуже ци от высокоуровневого практика. Идеальный день для того, чтобы сидеть дома, пить чай, и читать про любовную любовь девятихвостой лисы и гениального, но не понятого миром героя. Можно поиграть на гучжене, можно заняться вышиванием, можно медитировать. Но нет, я иду к Вратам, чтобы направиться на аукцион. Торговый дом “Хуэй Мао” выбрал своей резиденцией северный город Ченьшунь, большой, шумный и беспокойный. Причем находящийся довольно далеко от секты Бай Хе, если рассматривать чисто географически. Однако Врата позволяли практически мгновенно перемещаться на огромные расстояния. И их тоже подпитывала сложная, неповторимая формация. Впрочем, в отличие от системы Иньин Гу Врата располагались по всему континенту, являясь важной торговой и транспортной артерией. Так что хоть воссоздать формацию не может пока никто, за исправностью следят. Даже демонические секты, которые нет-нет, да и вылезают из своей норы, не рискуют устраивать хаос возле Врат.
Поглубже натянув капюшон отделанного горностаем плаща, я недовольно пробурчала себе под нос те слова, которые не должна знать приличная леди из приличной семьи. Ожидаемо я не выспалась, и чувствовала себя хуже обычного, даже тоник, который я пью по утрам вместо чая, казалось, горчил больше чем обычно.
—Госпожа,— суетливая Чуань-Чуань всплеснула руками.— неужели вы не возьмете с собой охрану? Не возьмете меня?!
Я закатила глаза и медленно сделала пару глубоких вдохов и выдохов. Вот почему у меня так мало горничных. Мне хватает одной. Я, разумеется, понимала ее беспокойство, но иногда мне очень хотелось побыть одной, и это был именно такой момент.
—Ченьшунь относительно безопасный город. И если меня не занесет в район речных портов, то все пройдет хорошо. Тем более, я уже не раз бывала на аукционе.
Не то чтобы Чуань-Чуань мне поверила, но смирилась. Просто пока она провожала меня до Врат, мне успели выдать целый ворох указаний: не ходить по переулкам, только по центральным улицам. Не останавливаться где попало, есть список проверенных гостиниц. Обязательно взять паланкин либо повозку. Не замерзать. Не пить слишком горячие и слишком холодные напитки, не есть уличную еду. Не заказывать слишком жирное, слишком острое и слишком пряное, когда я остановлюсь на обед. Не покупать сомнительные вещички на уличных лотках. Когда я шагнула во Врата и голос Чуань-Чуань стих, я вздохнула с облегчением. Вот клянусь всеми Буддами, вернусь и сразу займусь поисками жениха для нее. Идеальный, на мой взгляд, вариант — практикующий из дальней секты. А себе новую горничную возьму — немую!
Ченьшуань встретил меня столь же ненастной погодой, шумом, гулом и толпой людей. Буквально не успела я отойти от Врат, как в меня врезался какой-то тип, шныряющий взглядом по округе и одновременно не видящий ничего перед своим носом. Было очевидно, что он больше сосредоточен на том, чтобы высмотреть кого-то в толпе людей. Людей, бредущим по своим делам, которым нет никакого дела до девушки в плаще. Таких девушек здесь много. Плюс-минус еще одна не сыграют особой роли. Здесь, в толпе, которая обезличивает тебя, стирает индивидуальность до песчинки, увлекаемой ее волнами, можно быть собой, как бы странно это ни звучало. Скинуть оковы, налагаемые статусом и фамилией, принадлежностью к секте или пути. Даже то, является ли твоя секта праведной или нет, не столь уж и важно, пока ты соблюдаешь законы города и не переступаешь определенных границ. Я перемещалась по городу с толпой, рассматривая окружающее. Несмотря на то, что я уже не раз здесь бывала, я все еще любила рассматривать повседневную жизнь людей. Вот мимо прошли трое практиков в светлых дорогих одеждах. Явно представители не самой маленькой секты. Расслабленные, спокойные, они даже мысли не допускают о том, что кто-то может причинить им вред или ограбить. Мелкий попрошайка пристал к какой-то зажиточной матроне с добрым лицом и не очень добрыми слугами, получив, с одной стороны - удар кнута, с другой — мелкую монетку, брошенную в пыль, и кусок пирожного. Две девушки самого нежного возраста, болтая о чем-то, выбирали украшения на расстеленной у дороги тряпке. Тканевые цветы, деревянные шпильки - вот нехитрый ассортимент старого торговца, которого, непонятно за какие заслуги, не гоняет стража с этой довольно оживленной улицы, полной состоятельных людей. Впрочем, блажь купить простую деревянную шпильку возникает и у девушки, которая имеет добрую сотню шкатулок, полных украшений из драгоценных камней, золота или серебра. Не удержалась и тоже подошла посмотреть. Шпильки действительно простые, даже не из духовных деревьев, просто вырезаны с некоторым изяществом. Даже слуги в Бай Хе не носят подобных. Купила две.
Гул толпы иногда перекрывал голос зазывал, приглашающих в лавки купить новые румяна, драгоценные ткани, туфельки или мечи. Практиков много. Мечами пользуется если не половина, то треть как минимум, так что не удивительно, что и оружейных лавок тут много. А еще зазывалы приглашали попробовать разнообразных закусок, от жареных кузнечиков до лепешек в меду. Ни кузнечики, ни лепешки меня особо не привлекали. Притупленный постоянным принятием лекарств вкус сложно было чем-то стимулировать. Хотя любимые лакомства были и у меня. И разумеется, мне Чуань-Чуань строжайше запретила их есть. Но где я, и где Чуань-Чуань. Воспользовавшись отсутствием контроля, я поступила совершенно по-детски: купила связку засахаренного боярышника. От кислых ягод тут же свело зубы. Вкусно! Вредно, но вкусно. Я зажмурилась от удовольствия и съела еще одну ягоду. Хотела съесть еще одну, но на меня снова налетели, выбив из рук надкусанные ягоды. И снова тот же тип, что и у Врат. Странно, мне казалось, он направлялся в другую сторону. Мужчина недовольно зыркнул на меня, но тут же пробормотал что-то, что при сильном желании можно было принять за извинения. С трудом усмирив поднявшееся в душе раздражение, я отряхнула плащ, печально оглядела недоеденный боярышник, к которому уже семенили муравьи, непонятно как выживающие в городе, и поспешила уйти в более тихую часть улицы.
Традиционно аукцион начинается с закатом, так что у меня достаточно времени, чтобы погулять и решить кое-какие дела.
У меня был план, и я его придерживалась. Первым пунктом была улица Нюйу. Здесь традиционно продавали все, что необходимо для рисования талисманов и сами талисманы. Мне уже давно стоило пополнить свои запасы, рисовая бумага и киноварь давно подошли к концу. Полагаясь на о-фуда, надо понимать, что это расходный материал, и каким бы мощным не было заклинание, в талисмане оно одноразовое. Именно поэтому тот, кто полагается только на талисманы, в затяжной битве обязательно проиграет. О-фуда заканчиваются гораздо быстрее, чем ци. А еще это дорого, если, конечно, ты сам не рисуешь талисманы. Так как я редко, — почти никогда,— покидала секту и сталкивалась с монстрами, дьяволами и демонами, то можно было сказать, талисманы я рисовала для своего удовольствия. Иногда отдавая деду и в секту, иногда продавая, что тоже ставили мне в укор.