Неджентльмен

Барни продолжал оглушительно лаять. По лестнице, на ходу натягивая брюки, уже спускался Чарлз.
— Изабел! Что здесь?..
Дейзи словно обезумела.
— Подонок! — завопила она и набросилась на него с кулаками. — Грязный ублюдок! Где ты был? Я ненавижу тебя! Ненавижу!
Подоспел Ник и схватил ее за руки. Дейзи принялась отчаянно отбиваться от него, по щекам ее градом катились слезы. Наконец Ник обхватил ее двумя руками и потащил к выходу. Как сквозь сон слышала она приглушенные рыдания матери и тихий голос Чарлза, пытавшегося успокоить ее. Возле дома Дейзи вдруг обмякла и голова ее безвольно поникла на плечо Ника. Они стояли в кромешной темноте, а она все плакала и плакала и никак не могла выплакать все слезы.
  
Он усадил ее в машину и завел мотор. Она думала, что они поедут обратно, но через пятнадцать минут Ник остановил машину возле какого-то отеля. Он вынул ключи и повернулся к ней.
— Дейзи, послушай меня. Если у них есть свободные комнаты, мы остановимся здесь. Мне понятна твоя реакция, но утром тебе придется взять себя в руки и спокойно поговорить с матерью.
Дейзи только по-детски кивала.
Через несколько минут Ник вернулся, и их проводили в ничем не примечательный двухместный номер — бежевые покрывала на кроватях, такое же бежевое ковровое покрытие на полу, пресс для брюк, чай-кофе в ассортименте.
Дейзи как подкошенная рухнула на кровать.
Ник заказал в номер два бренди и заставил ее выпить. Сев рядом с ней на кровать, он одной рукой обнял ее за плечи.
— Я не хочу его видеть, — снова и снова твердила она. — Я не хочу его видеть.
Он убрал волосы с ее заплаканного лица.
— Дейзи, что бы ни случилось, но это не твоя жизнь. Ты должна предоставить все решать матери.
Пока он находился в ванной, Дейзи разделась и легла в постель. Ежась от холода между жесткими накрахмаленными простынями, она видела, как Ник разделся и погасил свет. Вместо того чтобы занять свободную кровать, он забрался к ней.
Дейзи растерялась. Не могла же она сказать ему: «Извини, Ник, сегодня ничего не получится, у меня был выкидыш».
Она облизала сухие губы.
— Ник, сегодня ничего не выйдет, у меня…
— Мы будем просто спать, — успокоил он ее. — Необязательно заниматься любовью.
Убаюканная его теплым дыханием, Дейзи мгновенно уснула.
Проснувшись, она увидела, что Ник в одних брюках, без рубашки, стоит у столика и наливает в чашки кипяток.
— Кофе отвратный, но лучше, чем ничего, — сказал он, присаживаясь на краешек кровати и целуя ее в губы. — Как ты себя чувствуешь?
В памяти ее как кадры кошмарной кинохроники начали прокручиваться события прошедшего вечера. Дейзи зябко поежилась.
— Не представляю, как мне теперь смотреть маме в глаза. Его-то уж я точно не могу видеть. Если он еще у нее, я не поеду.
— Я позвоню ей. Скажу, что ты хочешь встретиться с ней наедине.
Она попробовала кофе, он оказался не так уж и плох.
Ник надел рубашку.
— Пойду поищу зубные щетки и бритву. Не ехать же в таком виде. — Он повернулся к ней. — Тебе что-нибудь нужно?
— Нет-нет, все в порядке.
Под словом «что-нибудь» Ник наверняка подразумевал нечто сугубо женское, вроде прокладок, тем самым он давал понять, что его ничуть не смущает перспектива подобной покупки.
— Я скоро. — Он поцеловал ее и направился к выходу.
Когда он уже открывал дверь, Дейзи окликнула его:
— Ник!
Он оглянулся.
— Да?
— Если тебе попадется где-нибудь дезодорант «Нивея»…
— Будет сделано. — Он улыбнулся и исчез за дверью.
Дейзи лежала под бежевым покрывалом в бежевой комнате и думала, как бы она пережила вчерашний день, не окажись рядом Ника. И как пережить сегодняшний день, который представлялся ей кошмаром даже при том условии, что Ник будет с ней?
У Тэры глаза на лоб полезли. — Твой отец? — пронзительно воскликнула она. — Ты шутишь!
Дейзи приготовилась к долгому разговору.
— В общем, это как бы не только его вина, — объясняла она чуть позже. — Словом, в тот момент он был обручен, а маме, естественно, ничего не сказал. На пароме у него украли пиджак, в котором был ее адрес, поэтому он не мог ей написать. А когда от нее пришли первые письма, он был в колледже и их вскрыла его мать, якобы по ошибке. Она пришла в ужас оттого, что он хочет порвать с невестой, которая устраивала его мать по всем параметрам — такая милая и вся из себя правильная, — и следующее письмо отправила назад. А когда мама приехала, она просто заявила, что таких здесь нет. Тогда мама решила, что он специально дал ей неверный адрес. Она во всем винила себя, считая, что его испугала ее настойчивость.
Джейн тихонько присвистнула.
— Вот ведь старая перечница…
— Так как же он все-таки узнал? — спросила Тэра, разливая по бокалам белое бургундское.
— Ему рассказала его мать. Она заболела, не то чтобы смертельно, короче, запаниковала, решила, что умирает. Надо полагать, совесть замучила. Она показала ему письма. Это было месяцев пять назад. Но обо мне он по-прежнему ничего не знал — мама ему об этом не сообщала. Ну, он решил написать, но адрес был не тот, какое-то время он разыскивал ее, и в конце концов они встретились…
— Боже мой. — Тэра вздохнула. — Должно быть, чудно найти родного отца после стольких лет. Какой он?
Дейзи пожала плечами.
— Довольно симпатичный. Но он для меня чужой. Не могу же я сразу воспылать к нему любовью. Потом мы встретились с ним. Он специально приехал в местный паб. Я вам передать не могу, как здорово, что со мной оказался Ник. Я чувствовала себя ужасно неловко.
Но я рада за маму. Теперь она по-настоящему счастлива. По крайней мере, он вполне обеспечен. Даже процветает, так что не будет сидеть у нее на шее, как Майлз.
— А как же та девушка? Он женился на ней? — спросила Джейн.
— Да, но они развелись несколько лет назад. Видимо, по обоюдному согласию. Она снова вышла замуж. — Дейзи помолчала, затем добавила: — У него два сына, Джеймс и Оливер.
— Черт побери! — У Тэры округлились глаза. — Так, значит, у тебя есть два брата! Надеюсь, они не такие прохвосты, как Том.
— Хуже Тома не бывает, — пошутила Дейзи.
— Ах ты мерзавка! — Тэра запустила в нее подушкой.
Под общий смех Дейзи окончательно успокоилась.
— Ник из-за меня пропустил почти целый день. Разумеется, он ничего мне не сказал, но все-таки неловко…
— Э-э, брось, — проронила Тэра. — Надо же иметь кого-то под рукой в таких случаях.
Когда Тэра отправилась спать, Джейн разлила остатки бургундского.
— Выходит, ты до сих пор ничего не сказала Нику? — спросила она.
— А какой теперь смысл? — Дейзи тяжело вздохнула. — По правде говоря, я хотела. И уже почти совсем решилась, но как-то не вышло. Да и время было не самое подходящее для таких откровений. Мы ехали по шоссе М-4, сама знаешь, какое там движение. К тому же Нику надо было хоть на пару часов появиться на работе, и я подумала, что у него и без меня забот хватает. Такого со мной еще не случалось, и я так благодарна ему за то, что он поддержал меня в трудную минуту… — У нее комок подступил к горлу. — Еще я все время хотела сказать, что люблю его, но все как-то язык не поворачивался.
— Потому что он не сказал это первым.
Дейзи кивнула и обхватила голову ладонями.
— Дейзи, это может сказать любой. Иан почти никогда не говорит мне, но ведь я знаю, что он любит меня.
— Я знаю, но…
Джейн посмотрела на нее как-то виновато.
— Послушай, я обещала держать это в тайне, но Иан… в общем, он рассказал Нику про ту историю с магазинной кражей. Уже давно. Я дала слово молчать, ну да ладно. Короче, это Ник сделал так, чтобы с тебя сняли обвинение.
  
Дейзи оторопела.
— Ник? Каким образом?
— Он кого-то там знал. Кажется, у него работает внук того мужика, которому принадлежит эта торговая сеть. Тому шепнули пару слов, и все шито-крыто.
Дейзи на мгновение лишилась дара речи. Она-то разливалась соловьем, в деталях рассказывая ему эту историю, а он даже виду не подал, что ему все прекрасно известно.