Шпеер (СИ)

— Не знаю никакого Друда! — возмутился Локхарт. — Если вы обнаружили какое-то сходство, то это лишь демонстрирует параллельное течение мыслей моих и диккенсоновских! Значит, я на верном пути, — вздернул подбородок он.
Редактор скрестил руки на груди.
— Сходство мыслей? Ради бога, никто не против, но снять под копирку целую главу? Хотите эксперимент, мистер Локхарт? Я закрою на всё глаза и пропущу вашу повесть в печать. Да критики от вас камня на камне не оставят! Вы нагло похитили сюжет, запорошили цветистыми словесами и — вуаля, принимайте, чем богаты, тем и рады!
Светлые брови Локхарта сердито сошлись на переносице.
— Я лишь развил диккенсовскую мысль! Я пошел дальше! Я...
— Вы застряли сразу же, как только оборвался сюжет «Друда», — насмешливо сказал редактор и обернулся к Гарри. — Мистер Поттер, мне изложить в письменном виде доказательства плагиата?
— Нет-нет, — поспешно сказал мистер Локхарт. — Не стоит. Я пересмотрю последнюю главу, быть может, там и в самом деле есть некоторые огрехи... — он обернулся к вальяжно сидящему в кресле Снейпу. — А вы... Представляю себе, с каким садистическим удовольствием вы бы писали ваши доказательства! — горько воскликнул он.
— О, да, — расплылся в гнуснейшей улыбке злодей. — С детства обрывал крылья мухам и топил котят... Гилдерой, идите себе с богом, — устало вздохнул он. — Вложите хоть немного себя в новую главу, умоляю. У вас ведь прекрасный стиль, не пойму, что вам мешает... Быть может, какой-то страх?
— Страх? — переспросил писатель и вдруг нахмурился. — Страх... Северус, боюсь, вы близки к истине, — пробормотал он. — Мне надо подумать.
Буркнув себе под нос что-то похожее на «спасибо, до встречи», золотоволосый желтой змеей ускользнул в дверь.
— Жестокие, черствые люди, — донеслось из-за перегородки.
— Не слушайте никого, — нежно проворковала секретарша. — Гениальным людям всегда нелегко.
— Гермиона, доброе мое дитя, — печально отозвался писатель.
Директор и редактор дружно вздохнули.
— Мистер Снейп, — начал Гарри, скользя взглядом по расслабленной фигуре злодея, непринужденно раскинувшегося в кресле для визитеров. — Все-таки я согласен с мистером Локхартом, порой вы ведете себя... отвратительно, — не выдержал он.
— Неужели? — разбойник опять зевнул, как сонный лев.
— Да-а-у-а, — отреагировал директор. — Думаете, я забыл, как вы дали по шее господину Макнейру?
— Мистер Поттер, если бы вы знали, сколько раз МНЕ дал по шее добрый господин Макнейр... Чудом жив, — редактор закинул руки за голову и вкусно потянулся.
«Ах ты, сволочь», — нехорошо и сладко пронеслось в голове Г. Дж. Поттера.
— Не понял, хотите сказать, Макнейр... — начал Гарри.
— Мы с Уолденом — члены литературного клуба, в котором и не пахнет литературой, — лениво ответил редактор. — Там же и Альбус... был, — быстро поправился он, — и Белла, и Минерва, и наш блистательный Гилдерой, — он откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза. — В проклятом клубе можно найти что угодно, кроме этой самой литературы... Например, бокс. Мы с Макнейром там и познакомились... — он устало потер сонные веки.
«А я думал, ты меня защищал», — мелькнуло у Гарри.
— Понятно, — пробормотал он. — Я о другом хотел спросить... Вы давно знакомы с Сириусом?
Черные глаза внезапно стали настороженными.
— Я ведь уже говорил, — редактор скрестил руки на груди, от его расслабленности не осталось и следа. — Я семь лет в «Хоге».
Гарри впился в злодея изучающим взглядом.
— А раньше... Вы знали Сириуса РАНЬШЕ?
— Я его и сейчас не знаю, — холодно сказал редактор, проигнорировав вопрос. — А в чем дело, мистер Поттер?
— Вы вчера упомянули какого-то общего знакомого, — начал Гарри.
Лицо собеседника искривила гримаса досады, если не злости. Его взгляд скользнул по кабинету, будто отыскивая невидимые уши.
— Разве? Вы ничего не путаете, шеф? — буркнул он и встал, явно не стремясь продолжать разговор. — К чему эти расспросы?
— Я переживаю за Сириуса, — вздохнул Гарри, огорченный нежеланием редактора поддержать беседу о крестном. — Чем больше думаю о его исчезновении, тем меньше мне все это нравится.
 
— Наверняка сбежал от долгов, — громко сказал редактор, слегка повернув голову к перегородке секретарши.
Гарри изумленно вытаращил глаза.
— Но вы сказа...
Мистер Снейп метнулся к нему так быстро, что Гарри и понять не успел, как это произошло. Пальцы злодея коснулись директорских губ прежде, чем он вымолвил и слово.
— Не здесь, — обжег ухо горячий быстрый шепот.
Не подумав, что делает, Гарри на мгновение прижался щекой к скуле разбойника. Мимолетное прикосновение было таким приятным, что вопрос о крестном тут же выветрился из сладко опустевшей головы. Увы, редактор отстранился так же быстро, как налетел.
«Вот кто отделяет личное от работы», — внезапно подумал Гарри, только сейчас осознав, что редактор Снейп в «Хоге» и Северус Снейп, гуляющий по ночам, — совершенно разные люди. Впрочем, возможно, он и сам вел себя иначе вне рабочих стен.
— Постарайтесь быть повежливее с авторами, профессор, — сказал директор вслух, взволнованный случайным (или не очень) прикосновением к вражеской теплой щеке и ощущением кончиков пальцев разбойника на своих губах.
— Всенепременно, — насмешливо отозвался редактор и щелкнул ногтем по дамблдоровской пирамидке. Быстро и бесшумно шагнув к выходу, мистер Снейп резким рывком распахнул дверь.
— Ай! — взвизгнула секретарша, отпрыгнув от двери. — Хиггинс! Вы меня напугали!
— Укрепляйте нервы, мисс, — недобрым шелковым голосом сказал редактор. — В вашей профессии это залог успеха.
Он на секунду обернулся, встретился многозначительным взглядом с удивленно распахнутыми глазами директора и вышел.
* * *
— Знаете, мистер Снейп, — Гарри открыл холодильник и оценивающе уставился на хвостик сельди. — У вас мания преследования. Телефоны, видите ли, прослушиваются, компьютеры просматриваются, секретарь не просто так у дверей крутится, — он повертел в руках жалкий хвостик и со вздохом положил обратно.
Идти куда-то ужинать не хотелось, готовить и того меньше. Насыпав в тарелку овсяных хлопьев, подозрительно похожих на труху, директор залил скромную пищу молоком и пристроился за столом.
— Думаете, я не видел, какие у вас на окне ставни-жалюзи? Пуленепробиваемые, небось. Ни в одном кабинете таких нет, только у вас и у Слагхорна. Даже Дамблдор ничего не боялся, — Гарри вздохнул и умолк, занявшись своим скромным ужином.
— Гадость овсянка, — сурово сказал он, опустошив тарелку. — Снейп бы такое не ел. А Шпеер так тем более. Кстати, Шпеер...
Директор поплелся в комнату, отыскал черную книгу и устроился в большом кресле, подтянув колени к подбородку. Нащупав закладку (маленькую фотографию Сириуса), Гарри с минуту разглядывал лицо улыбающегося крестного, тяжело вздохнул и погрузился в чтение.
«Чудом уцелев после града камней, выпущенных из пращей несогласных, всё же продолжаю. Подозреваю, большинство противников моей аксиомы попросту не знакомы с историей, архитектоникой и методами масонства, иначе предложенная параллель мгновенно сняла бы покровы с многих и многих тайн госпожи Кроули.
На мой взгляд, ни одна другая существующая управленческая структура, будь то любая форма государственного правления, разновидность подпольной мафиозной или террористической организации, прочие виды явной либо скрытой власти, не отображает настолько явственно мир Магов, кроме как структура Объединенной Великой Ложи Англии (далее ОВЛА).
Небольшое отступление. Человек имеет природное свойство бояться неведомого и невидимого. Все, о чем мы знаем мало или не знаем вовсе, вызывает страх. Это естественно — а вдруг за поворотом нас поджидает затаившийся враг?
Маглы ничего толком не знают о магах, кроме сказок, легенд, лжеисторий, Умных Теорий или Страшных Разоблачений, пущенных в ход особо сообразительными маглами (а порой и хитрыми магами). Тайна, изящно присыпанная порохом лжи и окутанная туманом неизвестности, порождает страх: магов побаиваются, осуждают, клеймят, обвиняют в шарлатанстве, втайне завидуя могуществу и пугаясь: а вдруг те и в самом деле однажды повернут земную ось? Некоторые смелые маглы, напротив, с пеной у рта утверждают, что маги — притворщики и лицедеи. Есть и третья категория — восторженных почитателей и будущих адептов.