Шпеер (СИ)

— Я согласен, — сказал молодой человек.
И тогда волшебник коснулся его груди своим посохом, с рукояткой в виде змеиной головы. Из сердца вылетело белое облачко, втянулось в змеиную пасть и исчезло.
Парень ничего не почувствовал и засмеялся.
— Вот и все, — улыбнулся Алхимик. — Иди. Я дарю тебе мир и власть. Отныне ты Рыцарь Тайны.
Он вложил ему в руку тяжелый и острый меч.
— Это оружие Тайны. Береги его как зеницу ока. С ним ты завоюешь мир.
ххх
Рыцарь окунулся в новую жизнь. Алхимик не обманул — его жизнь изменилась, как по волшебству. Молодой человек получил всё — власть, золото, прекрасных женщин и даже мужчин. Он управлял людьми, дергая их за невидимые ниточки, это было легко, ведь он познал все тайны человеческой души.
Прошло много лет. Рыцарь уже был немолод. Однажды он оглянулся на свое золото, на многочисленных слуг и рабов.
— Скучно, — сказал он. — У меня всё есть. И даже самое лучшее на свете — Тайна, которую не знает никто. Почему же я не чувствую себя счастливым? Я убью того проклятого колдуна и верну свое сердце.
Он глянул в зеркало и заметил, как постарел.
Ему стало противно, он треснул по зеркалу золотым подсвечником, и оно осыпалось. Рыцарь вышел во двор своего замка, где цвели розы и лилии, били из золотых статуй фонтаны, резвились красивые наложницы, и это опять было скучно.
И тогда Рыцарь взял свой меч, с которым не расставался даже ночью, и пошел в Темный Лес.
Там, среди кустов, сидел на камне Мальчик.
— Ты не видел тут старого Алхимика? — спросил Рыцарь.
— Поцелуй меня, и я скажу.
Рыцарь поцеловал его — ведь он знал, что за всё надо платить. Особенно за тайны. Мальчик обнял его и поцеловал в ответ. Рыцарь забыл, зачем пришел в лес.
— Я люблю тебя, — сказал Мальчик.
— Глупости, — рассердился Рыцарь. — Любви не бывает.
— Бывает, — сказал Мальчик. — Я даже знаю, где она спрятана.
— Как можно спрятать то, чего нет?
Мальчик взял Рыцаря за руку.
— Если ты что-то не видишь, не значит, что его нет. Идем со мной, и я покажу тебе.
Рыцарь не поверил, но согласился. Всё равно ему было скучно.
Они прошли сквозь Темный Лес и вышли к подножию горы. Там блестело маленькое круглое озеро, из скалы в него стекала вода.
Рыцарь склонился над озерцом, круглым, как чаша. Под водой, глубоко-глубоко, лежало что-то красное и красиво сверкало.
— Что это там, на дне? — удивился Рыцарь.
— Твое любящее Сердце. Алхимик бросил его на глубину.
— Я нырну за ним. Постереги мою одежду и меч.
— Ты не достанешь его один, — сказал Мальчик. — Прыгни со мной, мы доплывем вместе и поднимем со дна твое Сердце.
— Если мы нырнем вместе, кто-нибудь украдет мой меч. В нем сила Тайны, его старается захватить всякий, кому не лень. Я стерегу его денно и нощно.
— Посмотри, какое красивое Сердце, — сказал Мальчик.
Рыцарь нагнулся над водой. Чем больше он смотрел на Сердце, тем сильнее хотел его заполучить. Ведь у него было всё, что и не снилось простым смертным, кроме одного — Сердца. И он привык получать всё, что ни пожелает.
— Верни его, и ты узнаешь, что такое любовь.
— Хорошо, — после долгих раздумий сказал Рыцарь.
Он снял доспехи, воткнул меч в землю и взял Мальчика за руку.
И они прыгнули.
Вода была холодной как лед и безумно соленой — это сочились слезы Сердца. Рыцарь и Мальчик опускались на дно, и чем ближе подплывали к Сердцу, тем теплей становилась вода. Они плыли долго, воздух вышел из груди, и Рыцарь даже подумал, что умрет раньше, чем получит желаемое. Мальчик держал его за руку, и каждый раз, когда Рыцарю казалось, что он задохнется и не доплывет, Мальчик крепче сжимал ладонь, и у Рыцаря прибавлялось сил.
Еще немного, и они достигли дна. Вода, уже горячая, засветилась красным, Сердце засияло так, что стало больно глазам. Мальчик потянул Рыцаря за руку, и, сделав последнее усилие, они прикоснулись к Сердцу.
Все вокруг вспыхнуло и завертелось. Что-то ударило Рыцаря в грудь. Ему стало больно, нестерпимо больно. Он сжал зубы и закрыл глаза. Мальчик обнял его, и боль стала отступать, а потом прошла вовсе. И Рыцарю стало так хорошо, как никогда раньше. Он обнаружил, что дышит, удивился и открыл глаза.
 
Вода исчезла вместе с озером-чашей. Он и Мальчик стояли в зеленой долине, держась за руки. Всё вокруг пело о любви — и птицы, и деревья, и небо над головой — и даже солнце пело. Но громче всех пело Сердце Рыцаря — оно было счастливо.
Рыцарь прижал к себе Мальчика и поцеловал его улыбающиеся губы.
— Я тебя люблю, — сказал он. — Всем сердцем.
Меч Тайны исчез. На его месте цвел розовый куст».
Гарри умолк, глядя в исписанный листок, не осмеливаясь поднять взгляд на Северуса и наткнуться на скептическую редакторскую ухмылку. Тот не перебил его ни разу. И сейчас тоже молчал.
«Заснул от скуки?»
— Шатц?.. — Г. Дж. быстро глянул на его лицо и остолбенел.
Кусая губы, Северус смотрел в потолок. Темные глаза расширились и странно блестели.
— Mir fehlen die Worte, ⁴ — прошептал он.
________________________________________________________________________________________
1) Weihnachtsschmuck — новогодние украшения.
Возможно, Северус не позаботился о елочных украшениях потому, что в Австрии не принято щедро завешивать елку шариками и гирляндами. Традиционное Christbaum, Христово дерево, никоим образом не напоминает вешалку для игрушек, а украшается настоящими горящими свечами.
2) «Химмельхеррготт», Himmelherrgott — переводится то как «боже милостивый», то как «черт возьми», зависит от эмоциональной окраски. Архаизм, уже и из уст немецких бабушек и дедушек не услышишь. То же самое, как если бы Гарри воскликнул «Разрази меня гром!»
3) Mein Licht in der Dunkelheit — Мой свет в темноте.
4) Mir fehlen die Worte — У меня нет слов.
* * *
  
63. Между прошлым и будущим
 
— Sch-sheiße!..
— Твою мать! Черт! Опять!
В ушах еще стоял глухой звук удара и металлический скрежет. Белое противно пахнущее облако упруго мялось под руками.
— Liebling, ты в порядке?..
Гарри вынырнул из синтетических объятий подушки безопасности, злобно отбиваясь от автомобильного сюрприза.
— Молодец, Шумахер, припарковался!
Среди медленно сдувающихся облаков появилось встревоженное лицо Северуса с нелепо взъерошенными волосами.
— С тобой точно всё в порядке?
— Да! — рявкнул Гарри. Очередной выстрел пневмоподушки напугал до дрожи в коленках. —Ты куда смотрел, Ша?
— На тебя... — покаялся Северус. — Извини, Liebster. Испугался?
— Нет! А вообще... Да! — Гарри сердито ткнул кулаком в непрошенное спасательное средство.
— Прости, — хмуро сказал специалист по парковке о бордюры. — Я задумался. Глянул на тебя и...
— Нашел время глядеть, — проворчал Гарри, втайне довольный. — Будто не насмотрелся, Шатц!
Северус оттолкнул подушку, перегнулся к застрявшему в синтетических облаках Г. Дж. и медленно провел пальцем по его губам. В виноватых глазах пряталась нежность.
— Не насмотрюсь никогда, — он обрисовал контур не дающих ему покоя губ. — Никогда.
— В следующий раз я поведу, — Гарри прикусил ласковый палец, не утерпел, схватил руку Северуса и поцеловал ладонь. — Некоторые Шумахеры пялятся, куда не надо. Дай гляну, вдруг это диск?..
Северус перехватил его руку, пытающуюся открыть дверцу.
— Погоди, — он крепко сжал его ладонь в своей. Черные глаза заблестели от волнения. — К черту диск! Скажи мне одну вещь, Liebling. Помнишь, ты хотел... признать наши отношения? В «Хоге» и... И вообще, — пробормотал он.
Гарри изумленно открыл рот.
— Ты... серьезно? — прошептал он. — Ты ведь не хотел!
— А теперь хочу, — буркнул Северус. — Пусть каждая собака знает, что ты мой. Ты ведь МОЙ?
Гарри обнял его за шею, спрятал лицо в короткие густые волосы и жадно вдохнул их запах.