Шпеер (СИ)

Краем глаза он уловил движение Северуса, но побоялся отвести взгляд от внимательных, препарирующих глаз мистера Риддла.
— Убийцу или убийц нашли?
— Нет, сэр. Даже не поняли, за что их расстреляли. Родители были студентами колледжа. Они... погибли совсем молодыми.
— Искренне сочувствую, мистер Поттер. Являетесь ли вы кандидатом в ОВЛА?
«Черт бы тебя взял!» — Гарри уже понял акулью тактику: Риддл задавал вопросы, не связанные между собой, и делал это так быстро, что шансов солгать почти не оставалось.
«Я на экзамене. Я в школе на экзамене, — он попытался дышать ровно. — Мне просто нужна хорошая оценка».
— Э-э... Я потенциальный кандидат. Как бы я ни хотел ускорить процесс, это не от меня зависит. Аластор Муди... Я во всем на него положился. Пока что литературу читаю.
«Бл..., где «Пилигрим»? — пронеслось в его голове. — Северус, небось, выкинул».
— С какой целью вы намерены вступить в ложу?
— Ну... Во-первых, меня интересует духовное развитие. Но если быть до конца честным... Мне нравится быть рядом с сильными людьми. С теми, кто способен изменить настоящее и будущее. Я верю, что смогу внести свой вклад в полезные преобразования. Пусть даже я буду маленьким кирпичиком в пирамиде.
«И брошу маленький кирпичик Кое-Кому в голову».
Дальше вопросы понеслись с такой скоростью, что посторонние мысли напрочь улетучились из головы Г. Дж. Допросы Крауча и Скримджера в сравнении с бомбардировкой Риддла казались добрыми беседами у камелька.
— Считаете ли вы, что цель оправдывает средства?
— Смотря какая цель, сэр.
— Подразумевается благая. Будь вы врач, разрабатывающий вакцину от рака, пожертвуете ли вы жизнью ребенка, чтобы спасти миллион?
— М-м... Возможно.
— Пожертвуете ли вы жизнью сотни детей, чтобы спасти население планеты?
— Сотни? Боже. Э-э... Да, сэр. Думаю, это того стоит.
— Пожертвуете ли вы жизнью самого дорогого для вас человека, чтобы спасти население планеты?
— Нет. Никогда! Лучше я пожертвую своей.
— Хм... Судя по всему, такой человек существует.
— Нет, — испугался Гарри. — Это чисто теоретически. Для меня близкие люди — это святое.
— Остальных вам не жаль.
— Жаль, сэр. Но вы просили говорить правду. Я могу наговорить красивых слов, но не обещаю, что это будут честные слова. И, если быть совсем откровенным, я не знаю, как поведу себя на месте врача, смогу ли пойти на убийство хотя бы одного ради спасения многих. Я просто сказал, что верю, иногда цель оправдывает средства.
— Вы верите в бога?
— Нет. Во всяком случае, в доброго старика в облаках. Который только и думает, как бы человека наказать. Но я верю, что всё не просто так... Что-то есть над нами, какие-то высшие силы. Тот, кого называют Архитектором Вселенной. Может, когда-нибудь мы узнаем и поймем, но пока... Извините, сэр, для меня это самый сложный вопрос.
— Не только для вас, мистер Поттер. Вам нравятся книги Шпеера?
— Да. То есть, нет.
— Так да или нет?
— Мне нравится, как он пишет, но мне не нравятся последствия, которые повлекла за собой их публикация.
— Назовите человека, которого вы видите в роли директора «Хога», помимо вас.
— Северус. Северус Снейп.
— Когда вы в последний раз видели Сириуса Блэка?
— Эм-м... В сентябре. Он уехал в Шанхай и до сих пор не вернулся.
— Членом какого политического кружка был ваш отец?
— Мой отец? Он разве был членом какого-то... Первый раз слышу.
— Чем, по-вашему, привлекает людей Альбус Дамблдор?
— Не знаю. Он... сильная личность. Мне так показалось. Я его не знаю. Но на его похоронах был весь Лондон. Это о чем-то говорит.
— Какие отношения связывают вас с Северусом?
— Мы... большие друзья.
— И только?
— Мы встречаемся.
— Как давно Северус приехал в Англию?
— Ну-у... точно не помню. Давно. Он говорил, но я забыл.
— Десять лет назад? Пятнадцать? Двадцать?
— Не помню, клянусь.
Сейчас Риддл и в самом деле напоминал крупную акулу, кружащуюся вокруг тонущего Г. Дж. и выгрызающую клочья мяса то с одного, то с другого бока жертвы.
 
— Где вы приобрели подавитель аудиосигнала, установленный в вашей квартире?
— Северус поставил. Это игрушки Дамблдора, у него их много.
— Во всей Британии только две таких игрушки. Почему вы упали в обморок во время обыска?
— Э-э... Ну... Там было душно. Я перенервничал. У меня нашли какое-то заболевание. Как его... вегетативный криз.
— Это не заболевание. Вам известно местонахождение Альбуса Дамблдора?
— Нет, сэр.
— Что вас связывает с Северусом?
«Он держит меня за руку. Даже сейчас, мистер Риддл!»
— Ничего. То есть секс.
— Кто убил полицейского, из-за которого сел в тюрьму Сириус Блэк?
— Не знаю. Это случайность.
— Чем обусловлено неадекватное поведение Северуса во время обыска?
— Разве он был неадекватным? — удивился Гарри, повернул голову и успел встретиться взглядом с черными глазами. Северус быстро опустил ресницы, будто соглашаясь.
«Черт! — пронеслось в голове Г. Дж. — Что он такого мог сделать? Он был спокойней всех!»
— По-вашему, вменяемый человек попытается прорвать оцепление из отряда полицейских, прошедших спецподготовку? За многие годы нашего знакомства с Северусом он ни разу не повысил голос. Чем вы объясните вашу обоюдную бурную реакцию на такую рутинную вещь, как обыск?
«Шестерых раскидал — это про него было! О, боже, я идиот! Думай, думай быстрее!»
Мыслей не было — казалось, Риддл высосал все соки из его мозга. Осталось последнее, не отобранное полицейскими оружие: фантазия.
— Я скажу вам правду, сэр, если вы обещаете... не предпринимать против нас каких-то законодательных мер.
Мэр нахмурился. Его губы зло дернулись, в глазах полыхнул опасный огонек.
— Не надо выставлять мне условия. Отвечайте на вопрос. Ваш правдивый ответ и есть гарантия вашей неприкосновенности.
Маленький гробик с надписью «Неприкосновенность Г. Дж. Поттера» тихо и плавно опускался на дно Темзы, исчезая в мутной воде.
— Хорошо. Я вам верю, — Гарри «доверчиво» распахнул глаза. — Понимаете, у нас на этот день была запланирована очень скучная лекция. Может, для сотрудников это и интересно было, но ни я, ни Северус никакого открытия Америки не ждали. И вообще день дурацкий был... Мы не выспались, — он слегка покраснел, на этот раз невольно. — Короче, так вышло, у меня были очень интересные таблетки... Настроение поднимают, и всё такое. Мы с Северусом закинулись по одной. Это еще перед лекцией было. Сначала потрясающе было. Но потом... Думаю, из-за этой гадости у меня и приступ был. Если бы меня не забрали, наверное, я бы весь «Хог» разгромил. Такое состояние, как вам объяснить... Будто внутри вулкан. Одному сержанту чуть в морду не... Простите, чуть не ударил. Извините, я понимаю, это противозаконно, но вы хотели правду, вот я и...
— Что за препарат?
— Мет. Метамфетамин то есть.
«Господи, благослови Макнейра и его хреновые детективы! Ой, сейчас прицепится, где взял!»
— Чем вас привлекает ДПШУ? — вместо этого спросил Риддл, никак не прокомментировав рассказ про таблетки.
— Дэпэ... что? Ах, вы про шотландский устав? Я не говорил, что он меня привлекает. То есть, я люблю рыцарей, всё это, конечно, красиво, но в реальности за градусами ДПШУ стоят амбиции. Мне трудно судить, я пока только читаю об этом.
Бомбардировка мозга вопросами возобновилась по новой.
— На кого работает Джейн Грейнджер?
— На вас. В смысле, она на нашей стороне.
— Дамблдор настолько доверчив, что принял ее в совет акционеров?
— Не думаю, что он доверчив, сэр, но Джейн Грейнджер когда-то защищала в суде Сириуса Блэка. Может, это сыграло ей на руку. Я ничего о ней не знаю.
— Ее дочь вела себя достаточно агрессивно при обыске. Чем вы можете это объяснить?
— Просто у нее характер такой. Между прочим, она соавтор вашей «Автобиографии».