"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

А я вот не могу ее пить. Вообще мед не люблю. Воротит. Сколько мать пыталась приучить, мол, и здоровья добавляет и вообще полезный.
От воспоминаний о матери в груди снова жалобно защемило. Чтобы как-то успокоиться, я опрокинул в себя кружку с остатками пива.
– Давно не виделись, Олежа, – сказала девушка, положив голову мне на плечо. – Я-то уж думала, что ты и забыл обо мне. Другую себе нашел.
– Как же, – я усмехнулся. – Вы же на уборочной заняты были. Да и нет ни здесь в Васильевском, ни во всем княжестве девушки красивее тебе.
– Я бы попросил, – заметил Павел, который как раз обнял подсевшую к нему Сашу.
– Красивее, чем ты и Саша, – поправился я, сам поражаясь своей гибкости и дипломатическим способностям.
– Я соскучилась, – прошептала Маша на самое ухо.
– Я тоже, – ответил я и поцеловал ее в щеку.
Но мне снова стало не по себе. Должен я ей открыться или нет? Должен рассказать правду, и поделиться переживаниями? Предупредить, что скоро уеду и, возможно, даже не вернусь?
За соседний столик уселась группа молодых парней, одетых в стеганые поддоспешники. У каждого на поясе висело по короткому мечу в ножнах и по длинному ножу. Прочее они, похоже, решили оставить в караулке деревенской стражи. Ну и правильно, это же праздник, никаких боев тут не планируется.
Это были новики из брянской дружины, и таких в сопровождении наместничьего мытаря оказалось большинство. Теперь я понимал почему: нет смысла гонять настоящих ратников, чтобы собрать с селян налоги. А так и груз в относительной сохранности, и парни опыта наберутся.
Хотя, конечно, без опытных воинов тут все равно не обошлось. Все-таки на дорогах, бывает, пошаливают банды разбойников, а продуктов, которые мы отправляем в город, хватит для средней ватаги не на один год. Хорошая добыча. Но кусачая.
– Эй, девушки! – закричал один из них, махнув рукой Маше и Саше. Те естественно обернулись. – Подсаживайтесь к нам. Зачем вам эти деревенщины?
Я почувствовал, что парни напряглись. Конечно, можно просто проигнорировать болтливого новика, девчонки все равно даже не подумают сесть к ним. Но ведь эти не отстанут. Будут весь вечер насмехаться над нами,
– Да, вам ведь, наверное, интересно, кто такие настоящие мужчины! – вторил ему другой новик – рыжий и весь в веснушках.
– А ты себя что, настоящим мужчиной считаешь? – поднял я голову и спросил, чтобы все слышали.
– У тебя не спрашивал еще, – огрызнулся тот. – Помалкивай лучше, пока я тебе ребра не пересчитал, деревенщина.
Я посмотрел на Машу, которая помотала головой, умоляя меня не ввязываться в драку, но остановиться уже не мог. Сам не знаю почему. То ли психанул из-за того, что меня унижают на глазах у моей же девушки, то ли слова Павла о «хозяевах жизни» запали слишком глубоко в душу, то ли напряжение последних дней дало о себе знать. А, может быть, отцовская гордость проснулась.
Конечно Игнат во время обучения не раз подбадривал меня затрещинами и насмешками, но одно дело, когда над тобой потешается мудрый и опытный воин, а самое главное – учитель, который тебе ничего кроме добра не желает. А этот наглый новик – совсем другой случай. Какое вообще право он имеет задирать людей?
Я поднялся из-за стола, повернулся к парню и сказал:
– Так, может быть, выйдем на улицу и разберемся, кто из нас настоящий мужчина?
– Вот как? – он тоже поднялся, отстегнул от пояса ножны и положил на стол. – Парни, смотрите, какой смелый деревенщина. Вот сейчас потеха будет.
Все вместе мы вышли на дорогу у ворот харчевни. Толпа, заметив готовящееся веселье, обступила нас, образовав круг около десяти шагов в поперечнике. Я обернулся и с облегчением заметил, что и мои друзья стояли в этом кругу, около самого забора. И Маша тоже пошла.
Мы с новиком оказались друг напротив друга. Он, похоже, абсолютно не воспринимал меня в качестве противника и продолжал потешаться:
– Ну что, деревенщина, сейчас вежеству учиться будешь. Но ты не бойся, убивать я тебя не стану. Так только, обработаю слегка, чтобы понял, кому дерзить не следует.
 
Мы принялись кружить по доступному нам пространству, не сокращая дистанцию. Пару раз он делал вид, что пытается броситься на меня, но я резко отскакивал назад.
Я прекрасно понимал, что в честной драке этому парню не соперник. Хотя бы потому, что одет в праздничную рубаху, а он – в плотный стеганый поддоспешник. Да его наверняка и биться учили не один год. Ему сейчас на вид семнадцать, обучение новики начинают в пятнадцать, а к восемнадцати тех, кто доживет, принимают в полноправные ратники. А сколько я занимаюсь у Игната? Меньше двух недель.
Но он действительно думал, что я – деревенщина, который ничего не умеет. И в этом был мой единственный шанс – ударить первым, пока парень ничего не понял, завалить на землю и добить. Нужно только подгадать момент.
– Что, боишься, парень? Если струсишь, так и скажи. Все это и так понимают. Особенно вот та красавица, – он повернул голову к Машке, на мгновение упустив меня из поля зрения.
И дал мне тот самый момент, которым я не преминул воспользоваться. Рванув с места, я врезался в не ожидающего этого новика всем своим весом, одновременно поставив подножку. А когда парень свалился на землю, ударил пяткой в грудь, чтобы выбить из него не только дух, но и мысли о том, чтобы продолжать драку.
Та самая связка движений, которой меня учил Игнат, и которой он в самый первый раз уронил меня. Со взрослым мужчиной она бы не сработала, но новик был примерно моих размеров и моего же веса. К тому же он настолько не ожидал от меня решительных действий, что не успел отреагировать на добивающий удар, крепко получил пяткой по ребрам, резко выдохнул, и похоже потерял сознание.
И как назло, именно в этот момент ряды зевак раздвинулись и из-за них вышли староста с княжеским мытарем. Кажется, они как раз что-то активно обсуждали, но увидев меня над поверженным дружинником, Демьян осекся на полуслове, глаза его расширились, и он завопил:
– Стража! Схватить его и десять ударов плетью!
Вот ведь сука! Неужели старик настолько дорожит своим положением, что даже не попытается разобраться, а попросту отдаст меня на растерзание? Ну уж нет!
Я наклонился, выхватывая из-за голенища нож, разогнулся, встал в стойку. Они тут пусть и в доспехах, но хоть пару я порезать успею. А просто так себя плетьми пороть не позволю, еще чего!
И что удивительно, Павел и Роман присоединились ко мне. Пашка резким движением оторвал от порядком покосившегося забора короткий дрын и встал справа, Ромка подхватил с земли табуретку и прикрыл меня слева. Я, конечно, уважал своих приятелей и дорожил нашей дружбой, но даже не предполагал, что парни могут вступиться за меня в такой ситуации. Тем более, что Роман приходился старосте сыном.
Но сейчас стража бросится вперед и нас попросту затопчут. Что могут противопоставить трое парней двум десяткам дружинников? Пусть из них пятнадцать – всего лишь новики.
– Не надо, – прохрипел, приподнимаясь на локтях побитый мной парень. – Не надо, боярин Сергей, он не виноват. Это я его на драку подначил.
– И он тебя побил? – удивился мытарь, повернулся к старосте и спросил. – Демьян, кто этот парень? Он из стражи местной?
– Нет, боярин Сергей, – помотал головой староста, который, как мне показалось, уже успел пожалеть о своей поспешности. – Это Олежа. Сын местной лекарки.
– Той, которую волкулак задрал? – надо же, ему и об этом рассказать успели. – Теперь верю, что он и в правду на тварь с вилами кинулся. Только из-за чего он вдруг на новиков моих бросаться стал?
– Я его оскорбил, – ответил парень, который, наконец, встал на ноги. Он пытался бодриться, как-то странно кособочился. Оставалось надеяться, что я ему ничего там не сломал. – Брякнул, не подумав, вот он меня и вызвал.
– И ты дал себя побить, Михаил? – снова спросил мытарь.
– Так вышло, – потупился тот. – Недооценил.
– Олег, – повернулся ко мне человек наместника, и пристально посмотрел на меня. Взгляд его мне сразу не понравился: какой-то уж слишком цепкий. И глаза желтые, мелкие. – Я приношу извинения за своего воина. Как мне стоит его наказать?