"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Урод, бля! — выругался я, глядя на вяло шевелящееся тело. — Вот зачем?
Продолжил движение и вскоре выскочил между сарайчиком и избой. Обнаружил попавшегося в ловушку с «ведром» браконьера. Нога у него прочно засела в крюках. Причем, высоты сапога не хватило — часть крюков вонзились выше в бедро. При моем появлении, тот торопливо схватился за ружье.
— Не глупи! — рявкнул я, глядя на него разъяренным взглядом. — Ты даже оружие вскинуть не успеешь! Выбирай, хочешь стрелу в горло? Или жить дальше?
Человек, с испуганными глазами, замер в нерешительности. Прикидывал перспективы.
— Бросай!
Спустя несколько секунд, он кивнул и все-таки отбросил ружье.
— На хрен, — морщась от боли, прохрипел он. — Я на такое не подписывался!
— Правильный выбор! Вытащи ведро и сними снизу! — посоветовал я, отбрасывая его оружие подальше в сторону. Чтобы не передумал и не воспользовался в самый неподходящий для меня момент.
Отморозка Уткина нигде не было видно, поэтому я сразу заскочил в дом, успев перепрыгнуть через ловушки егеря.
Обратил внимание, что дверная растяжка тоже сработала — не поздоровилось тому, кто стоял у входа в момент активации. На гвоздях была кровь. Также я заметил, что на полу валялась разбившаяся масляная лампа.
На столе, в дальней комнате лежало еще одно ружье, но необходимости в нем не было. Сюда я заскочил по другой причине…
Приставил лестницу к стене, полез по ней наверх.
Уже когда я собирался пить чай, обратил внимание, что в зимовье имеется чердак. Он был совсем небольшим, даже не знаю, зачем он понадобился егерю. Наверняка старик хранил там что-то ценное.
Когда я влез внутрь, услышал гулкие шаги на крыльце.
— Смирнов, хватит! Игры кончились! Выходи! — раздался голос Василия. Мне показалось или в нем были нотки боли? — Твой подельник у меня! Если не спустишься, голову ему прострелю… Ну!
  
Глава 21
 
Схватка
 
Я спешно соображал, что предпринять.
Осматривать чердак времени не оставалось. Мало ли что в больную голову дезертира придет? Возьмет да и вынесет мозги Федору, с него станется.
И все же я обратил внимание, что на чердачном перекрытии в ряд стояли три деревянных ящика с забитыми крышками. Лишь на одном, самом дальнем, крышка была сорвана и внутри, я разглядел сено. А на нем…
Усмехнулся. Нащупал в кармане спички.
— Смирнов! Я знаю, ты здесь! — снова крикнул Уткин, стоя на входе. — Спускайся! Иначе…
— Иначе что? — громко перебил я. — Убьешь завхоза товарища Снегирева? Так он тебя за такое по головке не погладит!
— Да кому нужна эта крыса?
Чердак действительно был своеобразным. Сверху была двускатная крыша. У него не было глухой зоны, попасть в него можно с обоих концов, достаточно просто приставить лестницу. Крепилось все это на четырех опорах из деревянного бруса. Вроде не очень надежно, но тем не менее держалось хорошо. Выглянув с противоположного конца, я увидел Уткина.
Морда и камуфляж на груди у браконьера были в крови — кажется, гвозди от сработавшей ловушки, зацепили щеку, разодрав кожу. Ничего серьезного, но все равно неприятно.
Рядом с ним, с разбитым лицом стоял Федор, поджимая руку. Кажется, он был ранен. В другой руке у Уткина было зажато ружье. Я сразу отметил, что его он держит левой рукой, в то время как правую использует только как опору. Ага, значит, раскаленную ручку он все-таки схватил… Вроде бы маленькая пакость, зато какой эффект. Не думаю, что ему удобно управляться с оружием таким образом. Ну, если, конечно, он не левша.
Ствол был нацелен на Федора.
— Крыса? — имитируя удивление, переспросил я. — Какая же это крыса? Это человек!
Я хотел потянуть время, понять, на что готов браконьер, решивший ранее сжечь меня заживо! У него наверняка есть какой-то козырь в рукаве. Намотал на палку обрывок тряпки, чиркнул спичкой. Поджег.
— Не язви. Как еще назвать человека, который шлет письма с обвинениями у тебя за спиной? — небрежно хмыкнул Уткин, глядя на мои манипуляции. — Нет, Федор самая настоящая крыса. Паразит, пригревшийся на теплом месте. Мы с Сергеем Сергеевичем давно знали, что среди наших людей есть недоброжелатели. Но признаться, даже я был удивлен, когда он сообщил мне имя нашего завхоза.
 
Повернув голову к раненому, он процедил:
— Гнида ты, Федор! И я еще с тобой самогонку распивал с одного стакана? Последний ломоть вяленого мяса делил… Тьфу! Да мы же вместе от волков отбивались, забыл?
— Да пошел ты! Скотина ты, а не товарищ! — пробурчал тот, за что получил прикладом ружья по затылку. — Ненавижу!
— Ну-ну… Крысе право голоса не давали, — цыкнул Уткин, ткнув стволом ружья ему под ребра. Затем покосился на меня. — Ну, а ты… Ты-то Смирнов что скажешь? Все же хорошо было! Ну?
Я ничего не ответил. Но и спускаться вниз пока не собрался. Стоит мне повестись, как он выстрелит мне в спину.
— Что там у тебя? — прищурился Василий, не дождавшись от меня реакции. — Арбалет, что ли? Серьезно?
— Вполне. А вот что несерьезно, так это намерение собирать в лагере преступников и делать их них охотников, — парировал я. — Вы же даже не браконьеры, вы мелкое отребье, изгнанное в тайгу. Кстати, напомни, сколько человек ты с собой привел? И куда они делись?
— Они мне не нужны, — помедлив, прорычал Уткин. — С тобой я и сам справлюсь. А потом новых людей наберем. Думаешь, ты что-то решил своим цирком?
— Конечно, — осклабился я. — Кстати, рука не болит, нет?
— С-сука! — с ненавистью процедил он, — Жаль тебя тогда медведь не сожрал, меньше проблем было бы.
Я демонстративно усмехнулся.
— А я не вкусный. Кстати, а напомни, чем я тебе не угодил? Все никак вспомнить не могу!
Повисла напряженная пауза.
— Брось арбалет и спускайся. Тогда поговорим.
— А ты сначала Федора отпусти! — выдвинул я свое условие. Честно говоря, я был уверен, что он на это не пойдет. Но к моему удивлению, браконьер вдруг ударил его под колени, отчего тот рухнул на пол. Затем, не церемонясь, двинул его деревянным прикладом ружья в затылок. Завхоз охнул и с грохотом упал на деревянный пол. Через секунду, ружье тоже полетело на пол.
— Видишь? Мне не нужно оружие! — с вызовом произнес тот. — Спускайся! Не переживай, сильно бить не буду.
Я отвлекся лишь на секунду — положил арбалет на ящик. Но этого хватило, чтобы браконьер молниеносно выхватил из-за спины припрятанный наган и почти не целясь, выстрелил в мою сторону. Я успел уйти с линии огня, но вторая пуля распоров камуфляж, попала мне в мягкие ткани, рядом с плечом. Содрала кожу, разорвала мышцу. Обожгло острой болью. Отпрянув, я откатился вглубь чердачной ниши. Изловчился и швырнул вниз найденную в ящике пол литровую стеклянную бутылку со спиртом. Та вдребезги разбилась о твердый деревянный пол, залив содержимым грязные доски. Следом полетел и подожженный ранее факел.
Мгновенно пыхнуло.
Снизу раздался крик, грохот.
Скорее всего, Уткина зацепило — с того места, где я находился, весь обзор закрывало чердачное перекрытие и ящики и я не видел наверняка. До арбалета не добраться — он сразу же выстрелит.
Мельком выглянул и понял — нужно сваливать с чердака.
Перекувыркнувшись, я ухватился за лестницу и ловко спустился вниз, спрыгнув почти с середины. Посреди комнаты бушевало голубоватое пламя. Сам Уткин все-таки попал в поле действия. Его сапог и правая штанина до самого колена, горели. Он пытался потушить пламя, используя собственную шапку.
Увидев меня, он тут же выстрелил.
Затем еще раз.
Нырнув за дощатую перегородку, я хотел добраться до заготовленного ружья, но тот уже занял невыгодную для меня позицию.
Вот сволочь и стреляет метко. Явно в прошлом был опыт обращения с наганом. Ну, еще бы… Дезертир же!
— Смирнов, ты же понимаешь, что никуда тебе из дома не деться? — усмехнулся Уткин, потушив свою штанину. Идти ко мне он не рискнул, поэтому пока нагнетал обстановку, ожидая пока я сам совершу ошибку. Видно было, что ему хотелось поиграть.